— Семя леса выбрало его! — благоговейно прошептала младшая.

— И что это значит? — перевел взгляд я с одного удивленного личика на другое.

Асалия помолчала.

— Это значит, что Семя тебя не отвергло. Даже вложи ты в него целое состояние — без его согласия оно бы не пробудилось, — эльфийка подняла на меня глаза, полные задумчивости. — Оно тебя приняло, Даллен. Само по себе. Твои намерения оказались ему близки. Этого оказалось достаточно.

Честно говоря, слабо верится, что это семечко обладает настолько «мудреным» сознанием… Но разубеждать в этом эльфиек я конечно же не собирался.

Лизалия тихо фыркнула и заговорила на своем эльфийском наречии.

— Сестра, можно подумать, мы не догадывались. Еще в тот день, когда он впервые пришел в лес и не начал рубить все подряд, я лично уже начала подозревать… Что он необычный человек.

— Но ты ведь согласилась со мной, что нам все же нужно было быть осторожными, — напомнила Асалия и бросила в мою сторону очередной неоднозначный взгляд. — Он ведь мог оказаться и волком в овечьей шкуре, втереться в доверие, а потом… Клац! — она сделала характерное движение ладонями и полусогнутыми пальцами, напоминающее состыкование челюстей.

— Осторожность и понимание — это разные вещи, — парировала младшая эльфийка.

…Я не знал, о чем они там щебетали на своем мелодичном эльфийском языке. Но судя по тому, как Асалия сложила пальцы, будто смыкая челюсти, речь шла обо мне. И вряд ли они обсуждали погоду. Я лишь мысленно предположил, что могли означать их слова и ужимки.

Кивнув, я оставил их перешептываться и переглядываться, а сам прошел вглубь эльфийской рощи.

Место для Семени нашлось само. Небольшая полянка, скрытая от посторонних глаз густым подлеском и нависающими ветвями старых дубов, что огораживали место от излишнего снега и сугробов. Здесь, прямо в центре, земля казалась мягче и пружинистей, чем вокруг, что говорило о достатке влаги.

Присев на корточки, я провел пальцами по мокрой, пахнущей прелостями почве, где почти не было чахлых сорняков и травы.

Асалия тенью оказалась позади, опустилась рядом, на одно колено, и достала из-за пояса небольшой нож с костяной рукоятью.

— Позволишь?

Я странно посмотрел на нее, но пожал плечами, не совсем понимая, что она хочет сделать.

Эльфийка сделала надрез на своей ладони — короткий, точный, почти без крови. Потом схватила мою руку и, прежде чем я успел отдернуть, провела лезвием по подушечке указательного пальца. Возникло характерное жжение на коже пальца, но оно тут же сменилось приятным холодом, словно в ранку закапали мятный настой. Пара капель успели упасть сначала на ладонь эльфийки, а затем, смешавшись вместе с ее кровью, часть капнула землю… Я уже догадался, что она проводила какой-то ритуал.

— Твоя кровь вместе с моей, — пояснила она, старательно отводя взгляд. — Она обогатит почву и позволит семени прорасти быстрее. Семя знает эльфийскую песню, но расти ему предстоит благодаря тебе, на твоей земле. Так будет правильно…

Не успела она договорить, как Система тоже отреагировала:

[Ритуал: Кровное единение. Участники: Лорд Даллен, Асалия (эльфийка)]

[Эффект: усилена связь с Лесным Стражем. Скорость роста +20%]

[Лояльность Сестер Лунных Эльфиек: 93/100!]

— Раз ты так говоришь… — задумчиво произнес я. Одно я кристально ясно понял точно: ускорение роста… Это хорошо.

Лизалия за нашими спинами едва слышно напевала что-то на своем мелодичном наречии, но воздух вокруг вдруг сделался плотным, и даже зимний ветер, круживший над поляной, стих, будто прижавшись к земле.

Я опустил семя в неглубокую лунку, которую мы вырыли пальцами и очистили от тонкого покроя влажного снега.

К моей неожиданности: как только семя оказалось в земле —она сомкнулась над ним сама!

Вот ведь… Порой забываю, что магия в этом мире обыденность, а не шарлатанство.

— Мы будем рядом, — тихо сказала Асалия, отчего-то посмотрев на меня с обнадеживающим выражением, и загадочно добавила. — Если что-то пойдет не так, ты сразу узнаешь…

Эльфийки бесшумно растворились в лесу, а я еще немного постоял, переваривая ее слова и глядя на то место, где сомкнулась земля. Потом развернулся и ушел.

Следующие три дня я приходил на поляну каждое утро.

Садился на замшелый валун у края и просто смотрел на взрыхленную землю. Снежок опадал всюду, кроме этого места… Или лучше сказать, он тут же таял, едва соприкасаясь с теплой почвой, где посажено семя?

Оком я пытался уловить хоть какое-то движение, хоть намек на то, что под слоем почвы произрастает жизнь. Но ничего не менялось. На вторые сутки Лизалия, заставшая меня за этим занятием, молча села рядом и просидела так со мной час, не проронив ни слова. Потом встала, отряхнула плащ и сказала:

— Растения не любят, когда их торопят.

На третье утро я пришел на поляну и увидел росток.

Он пробился из земли за ночь. Тонкий, не выше щиколотки, с двумя еще не расправившимися листьями, похожими на сложенные птичьи крылья. Стебель был не зеленым и не коричневым, а серебристым, отливающим бледным металлом там, где на него падал свет. Кожица стебля уже выглядела плотной, и когда я провел пальцем по его поверхности, почувствовал твердость и гладкость, почти как у полированной доски.

— Ну, здравствуй, — усмехнулся я тихо.

Росток внезапно дрогнул. Один лист медленно, с усилием расправился и потянулся ко мне. Я удивленно протянул палец, касаясь листка. Так мы и застыли на долгое время.

[Лесной Страж: уровень связи повышен]

[Текущая стадия: ⅖. Прогресс: 20%]

[Передаваемые эмоции: доверие, ожидание, спокойствие]

Система тоже отреагировала.

В тот день я просидел на поляне до самого вечера, находясь в каком-то медитативном или гипнотическом состоянии. Однако невзирая на вставший на уши по поводу моего исчезновения весь Орлейн, оно того стоило.

Проснувшись на следующее утро, я чувствовал себя непривычно — словно внутри что-то изменилось. А окончательное осознание, что «что-то произошло» настигло меня не в тишине Заповедной рощи, а средь бела дня, посреди обычной деревенской суеты. Тогда я стоял на заброшенном участке, отведенном под новые казармы, и слушал доклад бригадира-строителя, который руководил расчисткой и жаловался на сложность работы.

Грунт здесь был тяжелый, глинистый, и люди уже битый час мучились с лопатами, ломали черенки, пытаясь выровнять площадку под фундамент. Бригадир, кряжистый мужик с обветренным лицом, разводил руками, мол, вода застаивается, руки мерзнут, копать тяжело.

— Милорд, может привезти песку для подсыпки? — почесал он репу и выдал неплохую идею.

— Сколько вы песок сюда катить будете по метровым сугробам? А выкапывать? — я качнул головой и, задумавшись, опустился на корточки. По наитию положил ладонь на холодную влажную землю.

И тут кое-что случилось.

Я внезапно почувствовал землю. Ее тяжесть, ее плотность, а перед глазами возникла ее структура. Слева, метрах в тридцати, грунт выглядел суше — там, где корни старой яблони уходили глубоко, вытягивая влагу. Справа, ближе к оврагу, почва рыхлела, теряя связность. А прямо подо мной, на глубине около двух метров, билась тонкая, едва заметная жилка… Вода, мать ее. Я заулыбался, как дурак. Ладно, будет тут казарменный колодец. И песка теперь не нужно. Вода размягчит твердую почву, главное не переборщить.

— Копайте здесь, — указал я, поднялся и очертил пяткой полукруг. — Метр двадцать, может, чуть глубже. Наткнетесь на плитняк — обойдите его слева и копайте уже под него. Увидите кое-что…

Не успел я договорить, как перед глазами ярко вспыхнули сообщения Системы:

[Поздравляем! Обнаружена новая способность — Длань Земли (Ранг I)]

[Эффект: вы теперь чувствуете структуру, состав и скрытые ресурсы почвы в радиусе 10 метров]