Я медленно выдыхаю.
Спокойно, Лена. Ты сильная. Ты уверенная. Ты не будешь опускаться до ее уровня.
- Карина, - говорю я ровно, - ты бы чашки собрала. А то осколки - это травмоопасно.
Она фыркает, но нагибается, чтобы поднять поднос.
И в этот момент дверь кабинета открывается.
Александр выходит.
В дорогом костюме, с идеально завязанным галстуком (кстати, моя работа), свежевыбритый и пахнущий так, что у меня подкашиваются колени.
Замирает.
Пораженно смотрит на меня.
В его глазах - голод. Настоящий, хищный, опасный. Такой, от которого мурашки по всему телу, а внизу живота разливается сладкое тепло.
Он улыбается. Медленно. Многозначительно.
- Елена, - голос низкий, чуть с хрипотцой. - Проходи.
Мой мужчина кивает в сторону кабинета. Потом переводит взгляд на Карину, которая застыла с подносом в руках.
- Ксения, - говорит он ледяным тоном, - меня ни для кого нет.
- Меня зовут Карина, Александр Сергеевич, - лепечет она.
- Мне все равно. Соединяй только с мамой. Хотя нет... Даже если будет пожар - меня нет. Ни для кого нет.
Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но Александр уже берет меня за руку и тянет внутрь.
Дверь закрывается.
И в ту же секунду он прижимает меня к стене.
- Ты... - шепчет, впиваясь губами в мою шею. - Это... незаконно...
- Что именно? - выдыхаю я, потому что его руки уже блуждают по талии, задирают фартук, скользят под платье.
- Выглядеть настолько сексуально, - он кусает мочку уха. - Я же теперь не смогу работать. Только и буду думать...
- О чем? - мой голос предательски дрожит.
- О том, как снять с тебя этот наряд. Медленно. Смакуя.
- Александр Сергеевич! - дверь распахивается, и на пороге застывает Карина. Все с тем же подносом в руках. С круглыми глазами. С открытым ртом.
Она смотрит на нас. На его руки под моей юбкой. На мой сбившийся чепчик. На его помятую рубашку.
- Я... я... Так вы Лену заказали? Она из этих? - лепечет. - И там...
- Вон! - рявкает Александр, и я вздрагиваю. - Вообще никакой субординации нет! Я сказал - никого не впускать! Это касается и тебя! Уволю ко всем чертям!
Карина взвизгивает и исчезает за дверью быстрее, чем я успеваю моргнуть.
Александр выдыхает. Проводит рукой по волосам.
- Прости, - бормочет. - Она некомпетентный сотрудник. Вечно опаздывает, совершает ошибки. Но не будем о дурах.
Он снова тянется ко мне, но я упираюсь ладонью в его грудь.
- Зачем же сразу увольнять? - мягко говорю я.
- Потому что она слишком многое себе позволяет, тем более по отношению к тебе, - его глаза темнеют. - Я услышал все, что она сказала.
- Я справлюсь, - улыбаюсь ему. - Сама.
- Ты получила мой подарок? - переводит мой мужчина тему разговора.
- Именно из-за него и пришла, - я закатываю глаза. - Ты серьезно? Целая коробка? Я хотела только попробовать делать аромасвечи, а ты заказал полный комплект всего, назначения чего я даже близко не понимаю! Подогреватель какой-то, термометр, воск разных названий и предназначений, ароматы в таком количестве...
- Тебе нравится? - он обнимает меня, и его руки снова начинают путешествие под юбкой. Целует шею, ключицы, спускается ниже.
- Ты даже не представляешь, насколько, - выдыхаю я.
- Это хорошо, - мурлычет. - Это очень хорошо.
- Но у меня для тебя тоже подарок есть, - говорю я, и в этот момент сердце начинает биться быстрее.
Александр отрывается от меня. Поднимает голову. Смотрит в глаза.
- М-м-м?
- Я хочу съездить с тобой в одну клинику, - прикусываю губу. - И сделать УЗИ.
Он замирает.
- УЗИ, - переспрашивает медленно. Прищуривается. - Плохое или хорошее?
- Скорее хорошее?
- Нет, - его лицо расплывается в широкой, невероятно счастливой улыбке.
- Да, - киваю я. - Две полоски. На пяти тестах.
Мой мужчина подхватывает меня под ягодицы - так резко, что я вскрикиваю - и начинает кружить по кабинету. Чепчик летит в сторону, мои туфли чудом не сбивают вазу.
- Лена! - он смеется, и этот смех - самый красивый звук, который я слышала. - Лена, ты...
- Поставь! У меня голова кружится!
- Я тебя никогда не поставлю!
- Александр!
Дверь снова распахивается.
На пороге застывает Петр с папкой в руках.
- Босс, я там случайно... - лепечет он.
Александр медленно поворачивает голову.
Петр сглатывает.
- Понял, - выпаливает он. - Сам решу. И больше не отвлекаю.
Исчезает быстрее, чем Карина.
Александр ставит меня на пол. Проводит рукой по лицу.
- Точно уволю секретаря, - рычит. - Она не справляется. Не может остановить Петра.
- Даже ты его порой остановить не может! Слушай, пусть она еще немного поработает? - я поправляю чепчик и широко улыбаюсь. - Пусть ее зависть живьем сожрет. Очень хочу на это посмотреть.
Александр смотрит на меня. Долго. Внимательно. В его глазах что-то такое, от чего у меня перехватывает дыхание.
- Ты же моя... - шепчет. - Люблю тебя, знаешь?
- Знаю, - я тянусь к нему и целую в губы. Легко, невесомо.
- Как хорошо, что я не улетел тогда, - говорит он, прижимая меня к себе.
- Еще бы, - усмехаюсь я. - Кто бы тебе галстуки завязывал?
- И штаны сушил.
- И пуговицы пришивал.
- И сына родил, - он кладет ладонь на мой живот.
- А вдруг дочка?
- Еще лучше, - Александр улыбается. - Будет такая же сообразительная и невероятная, как мама.
Я смеюсь. Утыкаюсь носом в его пиджак. Пахнет домом, безопасностью, любовью.
- Саш, - шепчу я. - А ты не передумал? Насчет... ну, всего этого? Свадьбы, детей, совместной жизни?
- Лена, - он берет мое лицо в ладони. - Я не передумал. Я только начал. Мы только начали.
- Ты уверен?
- Я купил тебе оборудование для свечей на полмиллиона. Ты думаешь, сделал бы такое для девушки, которую не люблю?
- Я думаю, что ты сумасшедший.
- Твоими стараниями, - он целует меня в лоб. - Только твоими.
- Александр Сергеевич! - снова раздается за дверью голос Петра, но теперь он звучит осторожно, издалека. - Там мама ваша звонит! Говорит, что если вы не возьмете трубку, она приедет сама! И привезет... э-э-э... журнал с образцами свадебных платьев!
Я смотрю на Александра. Он смотрит на меня.
- Ты можешь возненавидеть меня, но я не говорил ей, что сделал тебе предложение.
- Я тоже. Это твоя мама, и ты должен решать, когда поставить родителей в известность.
- Тогда как она узнала?
- Подсказало материнское сердце? - предположила я, а потом глянула на дверь.
- Петр, - озвучил Александр мою догадку.
- Почему ты сразу на него наговариваешь? - шепчу я, хотя тоже на него подумала.
Только он такой косячный.
- Александр Сергеевич, так что мне ей ответить? - спрашивает помощник и снова стучит в дверь.
- Никакой личной жизни на работе, - сокрушенно качает мой мужчина головой.
Мы одновременно смеемся. Я отстраняюсь и подталкиваю его к двери, чтобы поговорил-таки с мамой. На выходе он оборачивается.
- Люблю тебя, моя горничная по обмену.
- По обману, говорила же. По обмену была та, другая горничная, настоящая. Я же была просто обманутой и несчастной горничной.
- А сейчас счастлива?
- С тобой - да! - отвечаю уверенно. - Все, поговори уже с мамой.
- Нет уж, меня ее угрозы не проймут, - вдруг разворачивается он и спешит ко мне. Подхватывает, усаживает на рабочий стол. - Если хочет ехать сюда с каталогом свадебных платьев, то пусть. Сейчас я занят самой сногсшибательной женщиной на всем свете.
- Но это же мама!
- Я ей перезвоню, - шепчет и снова целует, целует, целует. - Ты важнее всего остального.
- Так приятно звучит, - улыбаюсь я и спешно расстегиваю его пуговицы.
- Ой, оторвалась.
- Ничего, - сбрасывает пиджак, снимает рубашку. - Иди ко мне, иди сюда. Хочу тебя. Надевай почаще свою горничную.
- Могу потом другой костюм подобрать, - хихикаю я.
