Я не знала, что эта ночь всё изменит. Не знала, что встречу того, кого три года пыталась забыть и вычеркнуть из своего сердца. Если бы знала… может быть, осталась бы дома. А может быть, всё равно пошла. Ведь рано или поздно это должно было случиться…

– Я стесняюсь.

– Чего это тебе стесняться? Ты расцвела за последний год, грех прятать от людей такие формы, особенно от мужского пола.

– Лейсан, не говори так. Ты же знаешь, мне этого не надо.

Подруга закатывает глаза и подталкивает меня ко входу в закрытый клуб, куда могут прийти только люди из высшего общества. Мы с Лейсан к ним, конечно, относимся, но обычно только подруга заинтересована в посещении таких заведений. А я спустя три года после скандального развода наконец решилась выйти в свет.

Сердце, конечно, подлечила, но шрамы остались. Теперь пора вновь вливаться в поток жизни. Я и моя семья уже не так на слуху, можно выдыхать и медленно вылезать из дома.

– Ты ещё скромно оделась для такого рода вечеринки. Но уже сняла свои балахоны, и за это спасибо.

– Ты знаешь, почему я их носила.

Я, конечно, не одевалась в дорогие вещи в стиле топ-моделей, чего от меня все всегда ждали, но и сказать про меня, что я совсем не прихорашивалась, тоже не получится. Балахоны я стала носить только когда отец огорошил меня тем, что выдаёт замуж за мужчину старше меня на целых десять лет. Я протестовала как могла, старалась оттолкнуть внешним видом будущего жениха. Но это мне не помогло, потому что наш брак с Ратмиром был очень важен для двух семей – отцы решили объединить бизнесы и укрепить партнёрство через нашу свадьбу. И соответственно, моему жениху было плевать, в чём я хожу.

Ну а дальше… Дальше лучше не вспоминать…

– Ладно, забей. Пошли уже быстрее, девочки уже ждут.

Войдя в клуб, я некоторое время не могла расслабиться. Моё появление после скандального развода явно не осталось незамеченным. Чувствовала заинтересованные взгляды, все наверняка гадали, зачем я решилась показаться на людях. Но это продолжалось, слава богу, недолго. Девочки после первых коктейлей переключились на мужчин, и я немного выдохнула.

Хотя расслабиться полностью всё равно не получалось. Держаться уверенной и сильной отнимало много сил. А мне просто хотелось отдохнуть и расслабиться. Впервые за три года почувствовать себя обычной девушкой, а не осколком разбитой мечты с тяжёлым багажом прошлого, который давил на плечи и не давал дышать полной грудью.

Зато внешне я изменилась к лучшему. Платье, которое выбрала Лейсан, сидело на мне идеально. Белое, обтягивающее, подчёркивающее все изгибы, которые появились за эти годы. Раньше я была тощей и угловатой, а сейчас наконец обрела женственные формы. Больше не та испуганная восемнадцатилетняя девочка, которую выдали замуж, а повзрослевшая девушка, которая научилась ценить себя.

– Рада!

Лейсан неслась ко мне, словно несёт информацию, от которой зависит моя жизнь. Широко распахнутые глаза и губы в форме "О", которые она и не думала из вежливости хотя бы растянуть в улыбку, говорили об этом громче любых слов.

– Ты не поверишь, но я только что встретила Динияра! Прости, я выболтала, что я тут с тобой, и он сказал, что подойдёт к нам.

– Чёрт!

В груди тут же тревожно забилось сердце. Я была в хороших отношениях с бывшим деверем, но после всего, что было между нашими семьями, и громкого скандала на весь город мне не очень хотелось видеть хоть кого-то из прошлой жизни.

– Ты знаешь, он стал ещё более сексуальным, девчонки к нему все липнут. Я бы тоже не отлипла, если бы не проболталась о тебе. Пришла, так сказать, с повинной, прежде чем ты узнаешь от него самого, что это я не смогла держать язык за зубами.

Не успеваю ещё что-то ответить, когда в поле моего зрения попадается Дин. Он широко улыбается, и я вынуждена собраться снова. Включаю сильную девочку и растягиваю губы в улыбке. Ненавижу надевать эту маску, но только она спасает меня все эти годы.

– Милашка, вот это приятный сюрприз!

– И тебе привет, Динияр!

Он чмокает меня в щёки по очереди, я отвечаю, но не касаюсь его в ответ. Ратмиру это не нравилось, и эта дурацкая привычка держать дистанцию, несмотря на то что больше не жена ему, сохранилась.

– Как дела, как жизнь?! Ты когда успела вот так расцвести и… осмелеть?

Да-да, все помнят меня зашуганной и тощей девочкой. Помню, как Марат и Динияр даже дразнили брата на нашей свадьбе: мол, смотри, не сломай ей там ничего, она у тебя совсем хрустальная. Намекали на мои торчащие кости, невысокий рост и девчачью фигуру. Они не знали, что я это услышала, но тем не менее мне стало ещё больше обидно за себя.

А про "осмелеть" он, наверное, имеет в виду моё платье и сам факт, что я в клубе. Ведь раньше, даже если бы захотела, меня никто не пустил бы. Сначала отец, потом муж, и теперь снова отец. Только вот сейчас мне всё равно, что отец подумает или как долго и громко будет ругаться, когда узнает, что я тут была.

– Свобода творит чудеса, Дин, – отвечаю с жирным намёком, и он его моментально улавливает.

Прищуривается, а после, улыбнувшись, притягивает меня ближе к себе и, перебивая усилившиеся басы, наклоняется:

– Свобода тебе к лицу, милашка.

Искренне улыбаюсь ему в ответ и принимаю комплимент. Он ещё что-то говорит, но из-за музыки теперь я его почти не слышу. А потом он всё-таки перекрикивает шум и говорит:

– Может, выйдем? Тут неудобно разговаривать.

Я соглашаюсь. Кивнув, иду вперёд и тут же чувствую, как Дин накрывает мои плечи своим пиджаком. Галантно, ничего не скажешь. Хотя и странно немного. Раньше он всегда держал дистанцию, был подчёркнуто вежлив, но отстранён. А сейчас…

– Ратмир! Какой сюрприз!

Слышу, как Дин произносит это имя, и меня в тот же момент словно ледяной водой с головы до пят окатывает. Мир вокруг замирает. Сердце пропускает удар, а потом начинает бешено колотиться о рёбра. Воздух застревает в горле, и я не могу вдохнуть.

Не может быть. Не здесь. Не сейчас. Не тогда, когда я только-только начала собирать себя по кусочкам.

Медленно, очень медленно оборачиваюсь. И мой взгляд встречается с глазами человека, который когда-то был моим целым миром, а потом разбил меня вдребезги.

Ратмир Айдаров. Мой бессердечный бывший муж и моя всё ещё кровоточащая рана в груди, которая так и не зажила за эти три долгих года.

Он стоит передо мной – такой же красивый, такой же недосягаемый, такой же разрушительный для моего хрупкого равновесия. И смотрит на меня так, будто имеет на это право. Будто не он выбросил меня из своей жизни, как надоевшую игрушку…

– Ратмир, глянь туда.

Оборачиваюсь в сторону, куда кивнул Булат, и просто, блять, охреневаю. Моя бывшая жена, робкая, стеснительная и до косточки домашняя девочка, стоит в шикарном обтягивающем платье белого цвета и крутит бёдрами так, что ниже пояса всё мгновенно реагирует.

Три года назад она носила только мешковатые свитера и джинсы на два размера больше. А сейчас… Сейчас каждый изгиб её тела словно кричит: "Смотри, что ты потерял!"

– Опа-опа, это рядом не твой братишка лапы свои тянет к твоей бывшей?

Сжимаю зубы до скрежета. Похер должно быть. Но нет. Не похер. Почему, сука, так?!

Динияр стоит слишком близко к ней, его рука лежит на её талии, а она… она улыбается ему. Не той дежурной улыбкой, которую дарила мне во время нашего брака, а настоящей. Искренней.

– Не подойдёшь? – продолжает долбить мне мозги Булат.

– Тебе больше нечем заняться? Не пялься туда и мне на мозги не капай.

Друг усмехается и, хитро прищурив глаза, разливает по новой напитки по бокалам. Не отводит взгляда, сверлит медленно и методично. Хочет вывести меня. Всегда так делает, и это, сука, каждый раз срабатывает.