— Привет — говорит Алекс, заходя внутрь с пакетом покупок — Как дела тигр?

— Бывало и хуже — говорю я.

— Ты был не в себе, когда пришел сюда.

— Да, извини за это. Как там твой вышибала?

— Хочет надрать тебе задницу, но знает, что это плохая идея — Алекс пожимает плечами — Всякое случается.

Он подходит к Вивиан сзади, заключает её в объятия и целует в щеку, что гораздо интимнее, чем просто дружеский поцелуй.

Если кто-то из них и догадывается, что я чувствую по этому поводу, они хорошо это скрывают.

Вот тебе и второй шанс.

— Я купил тебе новую одежду. Перевез твои вещи в другой отель. Спрятала твою машину. Ты не думал о том, чтобы купить что-нибудь не такое крутое, как Титаник?

— Как ты узнала, какой у меня номер?

Он показывает мне ключ от номера в мотеле.

— Нашел это у тебя в кармане.

Конечно. Моя паранойя обостряется еще больше. Где "Кадиллак"?

— В новом мотеле. Припарковался сзади. Ты всегда ездишь на нем с отверткой в замке зажигания?

— Подарок от Гриффина — говорю я.

— О, кстати, именно из-за него я его перевез. Подумал, что если ты не бредишь и он действительно такой крутой, каким ты его называешь, то было бы неплохо покончить с этим. Оказывается, ты прав.

Я напрягаюсь, мое сердце бешено колотится в груди.

— Он приходил сюда? Что случилось?

— Он и трое парней с оружием. Я никогда раньше не видел его с такой стороны. Он шумел. Хотел узнать, где ты. Не беспокойся об этом. У меня все это место защищено от посторонних глаз.

Он не собирался тебя искать.

— Это говорит о том, что ты хороший лжец — говорит Вивиан.

Да, это так. Я не знаю, то ли у меня сомнения, потому что я действительно думаю, что Алекс отдал бы меня Гриффину, то ли я просто хочу, чтобы его было за что ненавидеть, кроме Вивиан.

— Спасибо — говорю я.

— Я прикрою тебя. Знай это. Пожалуйста. Итак, что, черт возьми, произошло?

Я рассказываю им о том, как меня схватили у телефона-автомата, как меня задержали в моем номере в мотеле. О драке, о том, как я сбежал. Я опускаю несколько деталей, например, как я выбрался из дома Гриффина.

— Господи — говорит Вивиан. У тебя был тяжелый день.

— У меня бывало и похуже — говорю я, прежде чем успеваю одернуть себя.

Ее глаза сужаются, и она прикусывает губу, когда задумывается. Я уже и забыла, как это мило.

— Я разберусь с этим — говорит Алекс — Мне не нравится идея вести дела с парнем, который продолжил то, на чем остановился Будро.

— Он кажется менее сумасшедшим, чем Будро — говорю я.

— Это не делает его менее опасным. Я поспрашиваю окружающих. Он не единственный, у кого есть люди, знаешь ли.

— Что, ты собираешься поручить своим официанткам следить за ним?

— Нет, Макс.

— Вышибала?

— Бывший полицейский Лос-Анджелеса.

— Наверное, мне следует извиниться перед ним, а?

— Возможно, это неплохая идея — говорит он. Он протягивает мне пакет с покупками — Я купил тебе кое-что из новой одежды. Я думаю, что если ты выйдешь отсюда полуголой в окровавленных штанах, это только смутит клиентов.

— Я думал, я их всех распугал — говорю я.

— Это ночная тусовка. Поверь мне, этих людей не испугаешь.

Я заглядываю в сумку и достаю сотовый телефон.

— Больше никаких таксофонов — говорит Алекс — Живи в гребаном 21 веке.

Я фыркаю и бросаю его обратно в сумку. Там джинсы, ботинки и носки, футболка и толстовка с капюшоном с логотипом "Лейкерс" спереди.

От моей рубашки и галстука остались только ленточки. Я сминаю их и выбрасываю в мусорное ведро. Я надеваю футболку. Натягивать её поверх швов на спине и сломанного носа не очень-то весело, но она мне подходит.

Браунинг лежит в кобуре на дне сумки. Я оставляю его там и бросаю туда же свои туфли. Хорошенько отполирую их, и они будут в порядке.

Я меняю порванные брюки от костюма на джинсы и надеваю теннисные туфли. Я перекладываю содержимое своего пиджака в карманы толстовки, когда замечаю выражение лица Вивиан.

— Господи — восклицает она, когда я достаю карманные часы, и её глаза широко раскрываются — Эта штука всё еще у тебя?

— Что с вами, людьми, происходит?

— У меня была такая же реакция — говорит Алекс — У него есть веские причины хранить их.

Вивиан переводит взгляд с Алекса на меня и обратно.

— Я бы с удовольствием послушала их.

— Часы, это энтропийная ловушка. Они вызывают старение, увядание. Высасывают время из вещей.

— Как и из живых существ — говорит она — я помню. Скажи мне, что ты ни на ком его не применял. Тот несчастный случай с котом был ужасен. Ты сказал, что собираешься от них избавиться.

— Я солгал.

— Вив — тихо произносит Алекс. Он кладет руку ей на плечо, но она сбрасывает ее.

— Ты бы предпочла, чтобы я просто выбросил это в мусорный контейнер и позволил какому-нибудь другому бедняге найти это? Представь, что обычный человек заполучил бы в свои руки эту штуку. Представляешь, какая это была бы катастрофа?

Она закрывает глаза. Я почти слышу, как она считает до десяти.

— Хорошо — говорит она. Она не смотрит на меня.

— Ранее ты спрашивал, не сменился ли кто-нибудь из людей Будро — говорит Алекс, возвращая разговор в прежнее русло. Что ж, похоже, вы встретили одного из них. Почему ты хотел это знать?

— Из-за, той части моего дня, когда мне надавали по заднице, предшествовало выяснение причин убийства Люси.

Я вкратце рассказываю им об убийстве Люси, о записке, которую оставил убийца, и о том, как он её оставил. Я не вдаюсь в подробности, но не сильно.

К тому времени, как я заканчиваю, и Алекс, и Вивиан плачут. Что касается меня, то я больше не могу сдерживать эти эмоции. Я только злюсь еще больше.

Я рассказываю им о своих неудачных попытках расспросить мертвых, о Санта Муэрте, о её подсказке, как найти призрак Будро. Я опускаю ту часть, где я должен убить Гриффина. Не думаю, что кто-то из них воспримет это хорошо.

Когда я заканчиваю, они оба хранят тяжелое молчание.

— Санта-Муэрте? — Спрашивает Вивиан — Она настоящая?

— Да. Она настоящая. Не сильно отличается от других вещей, которые можно вызвать. Просто... больше.

Я провел последние несколько лет, сталкиваясь с вещами, которые находятся на более высоком уровне пищевой цепочки, чем те, с которыми когда-либо сталкивалось большинство людей, будь то обычные люди или маги. Странно слышать этот вопрос.

— И ты думаешь, Будро вернулся? — Говорит Алекс.

— Нет. Это не может быть он.

— Правда?

Я выкидываю эту мысль из головы. Я убедился в этом. Я разорвал его на мелкие кусочки.

— Как ты можешь быть в этом уверен? — Спрашивает Вивиан.

Они знают, что я убил Будро. Они не знают, как. Они не знают, на что я был готов пойти, чтобы убедиться, что этот ублюдок никогда больше не сделает ни шагу ни в этом, ни в любом другом мире. Я не уверен, как они отреагируют на правду.

— Я просто знаю, хорошо? Я думаю, что это, возможно, что-то, что он оставил после себя. Какое-то важное воспоминание или что-то, что символизировало его, все еще существует.

— Это может быть что угодно — говорит Вивиан.

— Вот почему я думаю, что бы это ни было, у Гриффина это получилось. Ты сказал, что он единственный из старой команды Будро, кто остался в живых?

— Не единственный, нет. Я думал об этом некоторое время назад. Есть еще один парень, который, как мне кажется, еще жив со времен Будро. Парня зовут Генри Эллис — говорит он.

— Бродяга? — Спрашивает Вивиан.

Ты его знаешь?

— Да. Раз в неделю я дежурю в больнице скорой помощи в Харборе, и ходят слухи, что я помогаю с волшебным набором. Он часто приходит. Парень в полном раздрае.

— Это то, что я слышал — говорит Алекс — Работал непосредственно на Будро. Не знаю, чем он занимался, но я слышал, что у него перегорели цепи. Он не мог направлять энергию из общего источника, и его талант был не так уж велик с самого начала. Возможно, он что-то знает.