Френк злился, злился на Ванду, на её непослушный характер, что она вдруг решила проявить. Личная жизнь у неё видите ли! О какой личной жизни можно говорить, когда она ещё совсем ребёнок? Неужели не замечала, как эти молокососы чуть ли не поедали и раздевали взглядом? Парня ей захотелось! Все приличные девушки сначала спрашивают разрешения у старших, а уж потом «дружат»!

Молодой человек вздрогнул. Парень. Он ведь действительно когда-нибудь должен появиться у его сестрёнки. Молодой человек хмыкнул. Парень. Уж он-то знал, что парням нужно от девушек. Глупенькая, наивная маленькая сестрёнка, наверняка мечтала о сказочном принце на белом коне. Всем девчонкам его подавай! А где их взять-то — на заводе не штампуют.

Френк посмотрел по сторонам заплывшим взглядом — вон, даже Сью, леди из леди, выскочила замуж за разгильдяя Нильса. А тот до сих пор, кажется, так и не повзрослел — всё дурачился! Да и кто повзрослел: ничего не поменялось у них в фирме — всё также шумели и бахвалились. Даже Ромео заразился этой дурной привычкой от своего наставника, как говорится, с кем поведёшься. Кстати о нём, что-то его не видно.

Френк приподнялся и пошатывающейся походкой вышел из паба, куда глаза глядят. Глаза-то как раз никуда не глядели, а вот ноги повели в сторону женского общежития. К Ванде. Глупышка, обижается, наверное, на него, ну да ничего, ей полезно, а то ишь… Молодого человека занесло в сторону, и он неуклюже свалился в кусты. Кряхтя и охая, Френк всё же сумел сесть, прислонившись к дереву.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Ух-ты, а вот и Ромео! Что ж ты тут делаешь, мальчишка? К моей Ванде пришёл, да? А что тебе от неё надо?»

Юноша помахал в сторону общежития, и вскоре к нему подбежала Ванда. Стройная, свежая, юная роза. Его цветочек, его радость. Молодые люди уселись в такси и укатили. Ну и катитесь!

— Эй, мужик, тебе плохо? — раздался нетрезвый голос незнакомого горожанина.

— Плохо, — согласился маг.

— Пошли, у меня выпить есть, — незнакомец помог молодому человеку подняться, и они пошли в ещё один паб.

Френк присел за деревянный стол и попробовал какую-то выпивку в кружке, но тут же выплюнул её на пол. Ужасное пойло, это даже выпивкой нельзя было назвать. Поэтому и швырнул кружку в стену, направляясь к выходу.

— Эй, ты что творишь? — кто-то из мужиков попытался его остановить, но худощавый молодой человек даже без магии хорошенько одарил бугая одним ударом — не зря он мастер рукопашного боя. Кто-то другой заметил на рукаве странного мужчины эмблему магической фирмы и остановил остальных. — Да хрен с ним, пусть идёт, от греха подальше.

И Френк ушёл, и вышел к пруду, и умылся, и сел на траву. Прохладная вода тонкими струйками стекала по его лицу, а ночной ветерок возвращал ясность мыслей. Ну и зачем, спрашивается, он столько пил, если Ванда так и не покинула его голову?

Френк признавал, что ревновал сестру. Ревновал ко всем мужчинам, что попадались в её окружении. Он понимал, что это ненормально. Наверняка так ревнуют родители своих чад, когда те вырастают. Потому, как их дитятко достойно самого лучшего. Да, наверняка и у него развился родительский комплекс.

Молодой человек зачерпнул ещё несколько пригоршней, вконец намочив себя всего. Ну и хрен со всем — надо взять себя в руки! И Френк взял. В конце концов, мужик он или нет? Отряхнув одежду и поправив меч, он отправился домой.

Ванда с Ромео приехали из соседнего города спустя пару дней весёлые и задорные. Едва переступив порог офиса, парня подхватили под руки друзья и увели в сторону. Но почему же Ванда с ними не пошла? А-а-а, там же одни парни, а она девочка! Сама же Ванда, найдя глазами брата, присела на стул рядом.

— Привет, давно не виделись, — начала она, виновато улыбнувшись.

— Привет, бывает, — Френк повернул голову в сторону монитора и тоже кисло улыбнулся уголком рта.

— А я вот тебе подарок привезла, — Ванда подвинула брату маленькую коробочку. Молодой человек раскрыл её и удивился:

— Запонки?

— Да, почему нет? Я как увидела их в магазине, сразу о тебе подумала.

Запонки были слабостью Френка — у него их была целая коллекция, но подарки от сестры он ценил более прочих.

— Спасибо. Поможешь?

— Конечно!

Стена непонимания будто бы рухнула, и тёплые отношения названных брата и сестры возобновились. Как в старые добрые времена Френк и Ванда работали рядом и непринуждённо разговаривали до самого окончания трудового дня, а потом, взявшись за руки, пошли привычным маршрутом по улицам города.

— Ванда, — начал молодой человек.

— Не говори ничего, — остановила его девушка. — Я знаю, что была неправа. Прости меня, я всегда буду тебя слушаться, только не оставляй меня, пожалуйста.

— Ну, что ты, глупенькая, удумала? Как я могу тебя оставить, ведь ты моя любимая сестрёнка, — молодой человек нежно погладил Ванду по щеке.

— Не надо так, — девушка убрала руку от лица, смущённо отводя глаза в сторону. На самом деле ей хотелось, чтобы он настоял на своём, но…

— Почему? — не понял Френк.

— Потому, что я не могу так больше, — карие глаза заблестели, а по щекам потекли горючие слёзы.

— У тебя что-то случилось? Рассказывай, я — твой брат, и я тебя слушаю, — Френк заглянул в глаза сестрёнки и успокаивающим жестом вытер мокрые дорожки.

— В том то и дело, что ты только брат, — Ванда отстранилась и тоскливо посмотрела Френка. Она, как в детстве теребила подол и покусывала губу. Отвернувшись в сторону, «сестрёнка» долго молчала, а потом решилась: — Я… я больше не люблю тебя как брата, понимаешь? Я люблю тебя как мужчину!

Не дожидаясь ответа, девушка убежала прочь к общежитию.

Она, его сестрёнка любит его как… мужчину? Первая реакция была — перегрелась что ли? Да как такое вообще возможно? Как можно «любить» брата?

Френк долго ещё так стоял, находясь будто в прострации. Всю ночь он бродил в раздумьях, обдумывая слова Ванды. Почему она такое сказала? Так и не найдя ответ, молодой человек наутро вернулся в офис и угрюмо облокотился на подоконник рядом с кофемашиной в комнате отдыха, где секретарь Марта аккуратно протирала чашки и расставляла их в шкафчик.

— О, Френк, раненько ты! Налить чего? — глядя на убитый вид молодого человека, девушка помахала перед его глазами бутылью со спиртным. Хоть во время рабочего дня сие возбранялось, но уж больно было смотреть на его понурый вид с самого утра.

— Нет, спасибо. Кофе, пожалуйста, — Френк придвинул ногой табурет и уселся, бесцельно перебирая листочки комнатных цветов. — Как обычно.

— Кофе, так кофе, — мгновенье спустя, Марта подала ему чашку на блюдце с исходящим от неё ароматом. — Чего хмурый такой?

— Да так, — ответил Френк, так и не выпив, поставил чашку на подоконник и направился к своему рабочему месту.

— Ну да, ну да, — пробубнила Марта и занялась своими делами. Девушка просто изнывала от любопытства, но лезть в душу не стала. На её счастье в офис вошёл другой ещё один коллега.

— Привет, Марта!

— Доброе утро, Эрик.

— Чайку принесёшь с баранками и джемом?

— Конечно, для тебя даже луну с неба достану, — шутливо ответила она и пошла за так и не тронутой чашкой Френка.

Каждый раз Эрик неумело шутил и заказывал всё, что угодно, словно не на работу пришёл, а в кафе, ну, а сама девушка в ответ на это не особо старалась, как и сейчас, решив подать остывший чужой напиток. Впрочем, молодой человек это даже и не заметит — уж сколько раз было проверено.

Эрик, басовито и абсолютно не попадая в ноты, припевал популярную в последнее время мелодию, присоединился к Френку. Однако, взглянув на кислую физиономию того, задал только один, понятный им двоим вопрос:

— Ну?

— Баранки гну.

— Не помирились?

— Помирились, — Френк откинулся на спинку стула и пнул боковину стола. — Лучше бы в ссоре были, — и потому, как Эрик молчал, сам продолжил: — Она призналась.