— Прости меня, — первой не выдержала Ванда, и голос её дрогнул.

— И ты прости, — Френк корил себя, что чрезмерно давил на неё — надо было помягче.

Как и пять лет назад Ванда, пустив слезу, упёрлась в грудь старшего брата, а он ласково поглаживал прямые локоны. И теплее этих объятий ничего не было.

Френк для себя всё решил — он не станет докучать сестрёнке своей назойливостью, но как старший брат просто обязан оградить её от всех бед и несчастий, а потому сидел, как бы, в засаде. Но просто обезвредить бандитов было бы не достаточно — доверчивая девушка должна сама увидеть коварные намерения новых «знакомых» воочию, иначе просто не поверит. И вот появилась она!

Расклешённая юбка нежно-жёлтого пальто, словно крылья бабочек, порхала на точёной фигурке юной сестрёнки, что спешила на свидание. У центрального фонтана её ждал один из тех двух парней с красивым букетом цветов. Тёплые рукопожатия и счастливое лицо девушки, утопающее в цветах, со стороны выглядели счастливой картиной. Если бы только это было действительно так. Молодые люди прогуливались по аллеям парка, постепенно удаляясь прочь, а Френк следовал за ними. Ванда беззаботно щебетала, совершенно не замечая, что её уводили в сторону парка, но в ту его часть, которая обычно являлась безлюдной, и где стоял за зарослями автомобиль.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Неужели Ванда ничего не замечает?» — удивлялся Френк, надеясь, что сестрёнка включит разум. — «Неужели потеряла бдительность? Будь это не свидание, а рабочее задание, то она просчитала бы всю обстановку, и однозначно насторожилась. Почему же сейчас она так беспечна? Неужели действительно влюбилась и потеряла голову?»

Всё произошло очень быстро: навстречу им вышли трое мужчин и стали окружать. Ванда смело и уверенно на них посмотрела, готовясь сотворить заклинание, как вдруг тот, от кого она никак не ожидала, её «парень», схватил за тонкие запястья, защёлкнув на них анти-магические браслеты. Откуда они у него взялись, такими могли пользоваться лишь Стражи Совета?!

Крик сестрёнки потонул в ладони её псевдо-парня. Френк с горечью в сердце видел, как беспомощно она озиралась в поисках хоть какой-либо живой души, но нет — она были одна наедине с похитителями. Абсолютно беззащитную и вырывающуюся девушку подхватили на руки и, заклеив рот скотчем, потащили к автомобилю.

Время действовать!

— Иммобулюс! Инкарцеро!

Френк выкрикивал заклинания одно за другим, сковывая бандитов, направляя на них острие меча и выводя их из строя. Обезвредив всех, он схватил за грудки самого наглого и хорошенько встряхнул:

— Кто заказчик? Кто?

— Да пошёл ты, — захрипел мужчина, но разгневанный маг заметил, как тот то и дело косился куда-то в сторону, где стоял ещё один автомобиль, который резко поехал.

— Арресто моментум!

Френк немедленно остановил автомобиль и, заключив бандитов в клетку, выводя руны прямо в воздухе, бросился к тому, кто отчаянно пытался сбежать. И надо же какая встреча! Им оказался один из тёмных магов, которого власти лишили магической способности. Преступник изменил внешность, но Френк хорошо его запомнил, потому как самолично оставил кривой шрам через лицо на грудь, и который никак не скрыть. Гнев от нового «бизнеса» бывшего мага переполнил Френка, и, едва сдерживая желание убить, он нанёс на лбу преступника позорное клеймо перед тем, как также, как и остальных, заключить в клетку из рун до прихода властей.

Только после всего этого он обернулся к сестре — Ванда стояла, прислонившись к дереву и потупив голову. Внешне она ничуть не пострадала, уязвлена была лишь её гордость, как мага, и обида на собственную неосмотрительность. Френк, не говоря ни слова, подошёл к ней и с ноткой раздражения избавил от позорных браслетов. Также молча, он пошёл прочь от ужасного места, схватив за руку сестру. Её тихие всхлипы заглушал вой приближающихся сирен стражей.

Ванда несколько дней старалась не попадаться брату на глаза. Как всегда, тысячу раз Френк был прав. За всё время, как он стал её опекать, девушка лишь пару раз ослушалась его, и оба раза чувствовала вину за собственную неправоту, а стало быть, слово старшего брата — закон. И вот теперь что вышло!

А всё потому, что Ванда заревновала. Не как сестра, а как женщина. Девушка с юных лет обожествляла своего названного брата, ей нравилось в нём абсолютно всё: и спокойный нрав, и рассудительность, и решимость, и то, как он всегда приходил на помощь. Ванда уже не говорила о том, что её брат, нет «её» Френк, самый красивый, самый добрый, самый сильный, самый-самый…

Та незнакомка больше не появлялась на горизонте, а быть может просто хорошо маскировалась — в любом случае от этого у Ванды сжимались кулачки, и клокотало сердце. Тем не менее, девушка решила стать на неё похожей — быть может, так Френк обратит на неё внимание? Именно поэтому она накупила в тот злосчастный день целую кучу нарядов, которые теперь валялись в нижнем ящике комода.

О чём она только думала? Френк никогда не посмотрит на неё, как на женщину, с его вечной заботой: не холодно ли, сыта ли, хорошо ли спала? Всё это было очень приятно, но хотелось совсем другого. Да чего она себя обманывала — Ванда опустилась даже до того, что ревновала к девушкам-сослуживцам: то он слишком любезно разговаривал со Сью, то играл в карты с Кэтрин, то шептался с секретаршей Мартой. Об Эшли Ванда старалась вообще не вспоминать, та вечно практически висла на Френке, и это несмотря на то, что вышла замуж за Эммета из их же команды. К тому же постоянно намекала самой девушке присмотреться к Ромео: какой хороший мальчик вырос, как они хорошо вместе смотрятся, какая бы из них вышла прекрасная пара и прочее в том же духе!

Без неё знала! Как и то, что Ромео никогда не будет для неё никем другим, кроме как другом.

Ванда быстрым нервным движением пролистала журнал мод и отбросила его на край кровати. Ну чем сама-то не хороша? Она скинула с себя одежду и подошла к зеркалу: стройные ровные ноги, округлые бёдра, тонкая талия, аккуратная грудь и длинные волосы — в ней было всё то, что нравилось парням. Сколько молодых людей предлагали ей встречаться, а она отказывала? А как же — Ванда хранила себя для Френка!

Молчание брата тогда убило её. Ну, хоть бы отругал или, на худой конец, отшлёпал — она была готова и на это. Хоть какая-нибудь реакция с его стороны, но нет. Даже не упрекнул, что предупреждал. Просто привёл к общежитию и ушёл.

Ну и пусть! Девушка глянула на часы — пора собираться на день рождения к Шарли. Просмотрев наряды на вешалке, Ванда отвергла все. Вещей много, но почему же ей нечего надеть? Топнув ногой от злости, она решила пересмотреть своё отношение к последним покупкам.

Как ни странно, но сейчас, немного успокоившись, Ванда находила их вполне симпатичными — всё же хороший вкус привил ей Френк. И пусть на каждый день, особенно на задания, она надевала удобную и практичную одежду, но на выход наряжалась соответственно. Вот и сейчас, выбирая между двумя платьями, девушка попеременно прикладывала их к себе и смотрела в отражение. Наконец, решившись, она откинула в сторону летящее зелёное и начала гладить второе — слегка расклешённое тёмно-вишнёвое, в тон любимого джемпера брата. Закрепив заколку в низком хвосте, Ванда вдела в уши маленькие серёжки-гвоздики и надела подвеску на шею, копирующую символ на пряжке брата. И пусть в данный момент он злился, но хоть образно Френк будет с ней рядом.

Вскоре с улицы послышался знакомый свист, Ванда выглянула в окно и помахала рукой Ромео. Ну, вот и всё! Захватив сумочку и надев ботильоны на высоком каблуке, девушка выбежала на встречу к другу, на ходу застёгивая пальто, и уселась в такси.

Френк пил, пил несколько дней. Сначала со своей командой, потом со всеми подряд. Он намеренно сел играть в карты с Кэтрин и проспорил, а потому теперь имел полное право «не просыхать». На его счастье никто на подобное поведение не обращал внимание — от мага-картёжницы и не такое можно было попасть.