Открыв холодильник, задумчиво изучил его содержимое. Паштет и хлеб уже не вдохновляли, потому я достал сыр, сухую колбасу и маринованные грибы.

— Опа, — прошептал я, открывая штопором вино. — Ну здравствуй, винище. Ты-то мне и нужно для «глубокого анализа».

Я нашел высокий бокал, налил ароматную жидкость и с наслаждением сделал первый глоток. Грушевое послевкусие ударило в нос, мгновенно снимая напряжение. Закусил сырком, налил себе ещё полный бокал и пошел на диван — начинался выпуск новостей.

«Жизнь налаживается — девушки заняты делом, а я — герой дня и будущий депутат», — потянулся я, вытягивая ноги.

Вино мягко ударило в голову, размывая границы реальности. Со стороны комнаты доносились приглушенные возгласы — кажется, Арина что-то доказывала, а Анжелика смеялась. Эти звуки убаюкивали лучше любой колыбельной.

Решил вздремнуть — сделал ещё глоток вина, поставил бокал на пол, откинул голову на спинку дивана и едва прикрыл глаза и позволил себе расслабиться, как из телевизора полилась бодрая, нагнетающая тревогу музыка. Я вздохнул и нехотя открыл глаза.

— Уважаемые зрители, у нас срочные новости, — полным пафоса голосом объявила ведущая, элегантным жестом взяла листок и продолжила: — «Молния» из Рио-де-Жанейро. По сообщениям «Рейтерс», в столице Бразилии объявлен «Красный код» и на всей территории страны введено военное положение сроком на месяц. Режим полковника Дутры, захватившего власть под лозунгами «Бразилия для бразильцев» и «Долой янки», трещит по швам. В Рио и Сан-Паулу голодные бунты — из-за сбоев в поставках магических кристаллов и расходников остановились десятки принадлежащих иностранцам заводов, рост и так зашкаливающей инфляции ещё больше обесценил крузейро, а потому хунта сделала свой ход и объявила о введении войск в пограничный район Трес-Фронтерас. Это стык границ Бразилии, Колумбии и Перу, там расположено одно из наиболее сильных Мест Силы…

Я взял в руки вино и уставился в экран — слушать было интересно. Выходило так, что антиамериканский режим полковника Дутры решил сплотить народ проверенным и надёжным методом — «маленькой победоносной войной». Хунта объявила о «возвращении исконных энергетических ресурсов, принадлежащих бразильской нации по праву», и отправила вверх по Амазонке флотилию тяжелых речных мониторов и канонерок для прикрытия десантных барж. Сообщалось, что на судах замечены боевые маги из элитной бригады «Ягуар», которая сыграла ключевую роль в недавнем военном перевороте. В небо подняты звенья тяжелых бомбардировщиков ВВС Бразилии.

Эпицентр Места Силы находится в колумбийском городе Летисия, гарнизон спешно роет траншеи. В Колумбии началась паника, президент объявил мобилизацию резервистов. Богота заявляет, что захват совместно используемого Узла Силы Бразилией нарушит магический баланс всего континента, что грозит природными катаклизмами.

Власти Перу отправили речную флотилию к Санта-Розе, ещё одному городку на этом участке границы. Перуанские шаманы начали ритуал «Мутной воды», чтобы затруднить продвижение бразильской флотилии.

Ситуация в Трес-Фронтерас уникальна тем, что Место Силы очень нестабильно и это делает невозможным применение тяжелых магических вооружений или бомбардировок — детонация концентрированного эндейса в эпицентре может выжечь джунгли на сотни километров вокруг.

Фактор Вашингтона является ключевым в этой ситуации, поскольку антиамериканская риторика Дутры делает конфликт принципиальным для Штатов. Послу Бразилии в Вашингтоне вручена нота протеста — Госдепартамент пригрозил «самыми решительными мерами», если хоть один бразильский солдат пересечет границу нейтральной зоны Узла. Атлантическая Эскадра ВМС ФСША получила приказ сняться с якорей в Норфолке и полным ходом идти на юг, к берегам Бразилии.

— По словам наших военных экспертов, — рассказывала ведущая, — Дутра пытается действовать быстро: высадить десант с реки и воздуха, захватить Узел силами боевых магов и поднять бразильский флаг над Летисией. В случае успеха режим Дутры получит контроль над колоссальным источником энергии, что позволит ему запитать свои приграничные провинции и шантажировать соседей. Акции десяти ведущих мировых оружейных концернов подорожали сегодня на шесть процентов…

Новости меня совсем не порадовали — всё это было похоже на серьёзную заварушку с перспективами дестабилизации в такой большой стране, как Бразилия. Конечно, здесь она была достаточно бедная по сравнению с привычной мне реальностью, однако глобальное влияние такого кризиса может стать очень болезненным для многих.

— Ну их нахер, подобные новости, — я расстроился и выключил телек.

Допил вино, и вскоре дремота накатила мягкой, тёплой волной, накрыв меня с головой. Последнее, о чём я подумал перед тем, как провалиться в сон, было то, что политика — это, конечно, интересно, но здоровый сон — это святое.

Пришел я в себя я от того, что Анжелика бесцеремонно теребила меня за плечо:

— Вставай, вставай же скорее, милый… Это они! Они пришли сюда, к нам! — в её глазах была тревога. — Чего они от нас хотят?

— Кто именно там, Энджи? Какие-то враги? — спросонья я туго соображал.

— Хуже! — прошипела она мне прямо в ухо, наклонившись так, что её чёрные волосы упали мне на лицо. — Это, блядь, она — Стелла! И с ней ещё эта Витковская. И Лада твоя тоже. Они чего, решили нас всех проинспектировать на ночь глядя? Я думала, сегодня без надзирателей обойдёмся!

— Ох, ё… Я-то думал, — вздохнул я с облегчением. — Сколько времени?

— Половина девятого. Так что делать? — взволнованно спросила брюнетка.

Я потянулся, не сдержал улыбки — Анжелика в режиме «ко мне тут сестра-надзирательница приехала» — это всегда отдельное шоу, смесь паники и детского бунта.

— Зая, — тихо ответил я, обнимая её за талию и притягивая к себе, — дыши носом, успокойся. Лично я их не звал. Возможно, Лада что-то хочет обсудить, или Стелла сама решила «проконтролировать младших», как она любит выражаться. Ничего страшного, не разводи панику.

— Ничего страшного⁈ — она почти зашипела. — Эта ледышка сейчас войдёт и начнёт всем указывать, где сидеть, что пить и как дышать! А я в своей квартире в халате хочу побыть, а не устраивать светский раут на ночь глядя!

— Ты в халате выглядишь так, что пол-Москвы готово встать на колени, — я легонько погладил её шею — прямо под ухом, где она особенно чувствительна. — Иди открывай и покажи ей, кто здесь хозяйка. А потом я её утихомирю, если что.

В этот момент в дверь позвонили — три коротких, нетерпеливых звонка, будто кто-то тыкал в кнопку пальцем, проверяя её на прочность.

Анжелика мгновенно напряглась, её рука на моём плече сжалась.

— Давай, не заставляй их ждать! — я подтолкнул её.

Она фыркнула, но уже спокойнее. Поцеловала меня быстро, жёстко, как перед боем, и гордо прошествовала к двери.

— Ладно, — бросила через плечо, — но если она хоть слово скажет про мой вид, я её водой оболью. Прямо в прихожей магией так угощу, что мало не покажется. И пусть Катя потом отмывает и сушит, — она прильнула к глазку.

Прошла секунда. Анжелика распахнула дверь с таким видом, будто открывала ворота в свой личный дворец, но я услышал, как дрогнул её голос:

— Это вы? Не ожидала гостей так поздно…

— Чего так долго возишься — ты в спячке или пьяная опять? — раздался недовольный голос медноволосой.

В дверном проёме возникла Стелла — как и всегда, безупречная, холодная и излучающая ауру опасности, сравнимую с небольшим ядерным реактором. Бордовое платье с глубоким декольте сидело так, будто его шили прямо на ней.

— А давай обойдёмся без нравоучений… — вступила в перепалку Анжелика. — Ты, как всегда, врываешься без спроса и сразу требуешь отчёта? Может, сначала поздороваешься нормально? Или правила приличия написаны только для нас, «младших»?

Я тем временем поднялся, взял со стола початую бутылку «Приората», сделал глоток и тоже пошел в прихожую.