Что кадетам нести твоё имя,
И об этом узнала страна.
Боль, что больше не скажешь, как раньше:
«Честь имею! Победа за нами!» –
Без патетики и без фальши,
Только искренним тебя знаем.
Честь и мужество, благородство,
Они просто были тобой,
Человеческое достоинство
Выдавало себя с головой.
Жизнь сама себя написала,
И простроилось в ДНК
То, что с самого детства мечталось:
«Честь имею!» – к виску рука!
Уважали друзья и соседи,
Сослуживцы и земляки,
С первой встречи влюблялись дети,
«Атаман!» – нарекли казаки.
Дочки просто тебя обожали,
Был семейным богом для них,
Почти взвод детей нарожали
Вместе с братьями на пятерых.
Их тринадцать, уже символично –
След красивый твой на Земле,
Как итог любви безграничной
К детям, Родине и жене.
Боль и гордость теперь неделимы,
Им в наследство досталась легенда,
Человечище. Звание. Имя.
Дед-герой, глядящий с портретов.
Правнук-тёзка в тот день родился,
Когда звёзды Героя нашли,
Род расширился и продлился,
И Владимиром нарекли.
Будет жить твоё имя в истории,
Столько дел, столько памяти доброй!
Ими скрашено горькое горе,
Разлилось благодарности море.
Написала – и в вечность отправила,
Память добрая будет жить!
Память светлая, благодарная,
А Победе и миру – быть!
Год без Кедра
Плац, флаг, марш
И всеобщее торжество
На плакате, эмблемах и баннерах:
«Вера, Отечество, Мужество!»
Это внешнее, это снаружи,
Песни спеть и слово сказать,
И для хроники это нужно –
Сохранять, потом освещать.
Ну а если уйти от сценария
И за занавес памяти глянуть,
Там живут прошлогодние данные,
Только в Лету они не канут.
Мы всё помним, всё живо в сердцах:
И День знаний, и крайняя встреча,
Где сначала при всех орденах,
А потом были чистые плечи.
С нами был батяня-комбат,
Легендарный Кедр, по-домашнему прост.
Улыбался, вопросам был рад
Про бои, про погоны и звёзды.
Проводили, обнялись, прощаясь,
Обереги вручили в дорогу –
Ангелочков, чтоб путь освещали,
Чтоб молитва творилась при Боге.
Мы гордились, любили и ждали
И портреты песком рисовали,
Письма воинам отправляли
И ответы от них получали.
Накануне отправили видео,
С Днём единства поздравить спешили,
Но две галочки мы не увидели,
Весть о гибели нас оглушила.
Кедр. Друг. Атаман и комбат,
Наш Герой, наша гордость и память!
Удостоен трёх высших наград,
Твой портрет на шевронах и знамени.
Это честь – называться с достоинством
Твоим именем дважды геройским.
Казачата – кадеты Будённовска –
Называют теперь нас «поповцы».
Зал. Флаг. Марш.
Гимн, слова и минута молчания.
Наш Герой, друг, батя наш,
Память вечная и признание!
Татьяна Боронина
Родилась в г. Озёры Московской области. Пенсионер МВД, по образованию педагог.
Участник и призёр различных литературных конкурсов, член Международного Союза русскоязычных писателей. Изданы книги «Яблоневый сад», «Я русский», «Мелодия сердца», автор серии детских книг «Сказки для Славы и Святика».
Произведения Татьяны Григорьевны публиковались во всероссийском литературном альманахе «Пламя», юбилейном альманахе «Союз души с душой родной. Пять лет вместе», сборниках «Рождённые после Великой Победы» и «Детство всегда остаётся с нами», альманахе «Терем сказок».
Награждена медалью «Антон Чехов: Народное признание выдающихся заслуг».
Внуку о России
Садись, внучок, без лишних фраз
Я расскажу тебе сейчас
Историю страны родной —
Ты береги её, внук мой.
Всем нам как мать Россия наша.
Страны милее нет и краше.
Итак, Господь, благослови,
Дай памяти ты мне и силы,
Чтобы поведать без прикрас
О Родине моей рассказ.
Россия многим костью стала,
Ведь столько недр в себе собрала:
Руда и уголь, нефть, тайга…
Ей не страшны зимой снега,
Не страшен ей мороз трескучий.
Красив её язык могучий!
Прекрасны реки, лес, поля!
Но главное, внук, не земля.
Здесь чудо-люди живут, внуки,
Не делают набег от скуки.
Они здесь пашут, сеют, жнут,
В ладу с Христом они живут.
Им до чужого дела мало,
Своей Отчизне куют славу.
И этот дар всего острей
Глаз алчных застилал друзей.
Их с хлебом-солью здесь встречали
И в красный угол их сажали.
Но зависть, что ни говори,
Их жжёт с зари и до зари.
И вот решили печенеги
На Русь свершать войной набеги,
Чтоб дар святых людей забрать
И нашу родину попрать.
Но не учли враги лихие,
Что люди наши хоть простые,
И, несмотря на всю их рать,
Россию смогут отстоять.
Битв вынесли немало деды,
Давай, внучок, считать победы.
Хазар мы гнали, как мели.
Орду монгольскую смели.
На льду с тевтонцами рубились,
На Куликовом поле бились.
А в октябре и ноябре
Стояли на реке Угре…
При Молодях татар мы били,
Но нам враги опять грозили.
В Полтавской битве дали пару,
В Чесменском мы поддали жару –
Горели корабли…
Врага побили мы.
Да и в сраженье при Козлуджи
Мы оказались многим лучше,
И турок там мы наказали –
Так Измаил у них мы взяли.
И вот Брусиловский прорыв
Вскрыл вновь врагов наших нарыв.
Под Халхин-голом опять бились,
Японцы там нам покорились.
Недолго длилась тишина.
И вот опять пришла война.
Мы за Москву, внучок, стояли,
Врагу её мы не отдали,
Хоть было нелегко.
Блокаду Ленинграда сняли
И Сталинград наш отстояли,
И Курскую дугу не сдали мы врагу.
Потом фашистов долго гнали
И в логово его загнали.
В Берлине флаг Победы реет,
Но снова враг оружье греет.
И вот с японцами война…
Она нам вовсе не нужна.
Победа наша, как всегда,
Теперь на долгие года.
И вот живи себе на диво,
По-честному живи, красиво.
Опять проснулся враг…
Хотел навеять страх.
В Луганск, Донецк он просочился
И с русским духом вновь сразился.
Бьют русские опять врага,
Победа нашим суждена!
И ты, внучок, запомни с детства:
Душа – великое наследство.
Ты русский, будь готов всегда,
Как позовёт тебя страна
Свою Отчизну защищать
И насмерть за неё стоять!
Яблоневый сад
Мой дед – герой войны суровой,
Где потерял своих друзей.
Не мог жить в мире этом новом
Один, оставшись без друзей.
И вот затейник неуёмный,
С потерей душу не смирив,
Решил, что будет сад огромный
Расти и радовать других.
Он посадил в свой сад деревья
И дал им просто имена,
Чтоб каждый знал, что жизнь не вправе
Взять и отнять смогла война.
Серёга, Ваня, Вася, Митя
Теперь не только там, вдали!
В саду родные, молчаливы
Надёжные сыны войны…
Они здесь живы и листвою
Нам шепчут: «Мы всегда с тобой» –
И в жар и зной всегда укроют,
Как за надёжною бронёй.
И выслушают, и заплачут,
а то согнутся, как струна…
Живут другою жизнью – важной…
Не превратились в журавля.
Живут они, напоминая
О страшной, про́клятой войне.