— Вот же мерзкое отребье! — проворчал дед, посмотрел на обрубок и тут же начал выращивать новую руку при помощи теневой магии.

Довольно изящное временное решение, надо сказать. По сути это был обычный теневой клинок, но так как это оружие может принимать любую форму, то почему бы и не форму руки?

В остальном, потеря конечности для лича не была проблемой. Он с лёгкостью восстановит её из любого куска плоти, как только будет возможность.

— Дед, заходи с другой стороны! — крикнул я. — Попробуем вместе!

Мы с Ольгой атаковали слева. Дед зашёл справа. Три сильнейших в мире некроманта начали выкачивать энергию из гигантской Тени одновременно, и существо взревело. Звук был такой, словно кто-то провёл ногтём по стеклу, только громкость зашкаливала так, что заложило уши.

Тень уменьшилась. Совсем немного, может на метр. Но мы увидели, что это работает.

— Продолжаем! — крикнула Ольга.

Прохор и Алан тоже вступили в бой. Они не могли выкачивать энергию, также эффективно как мы, но их теневые клинки были усилены чистой магической энергией и оставляли на теле Тени раны, которые заживали медленнее обычного.

Прохор рубил снизу, метя по основанию существа. Алан атаковал сбоку, уклоняясь от щупалец с ловкостью, которую он приобрёл после множества тренировочных схваток с Симоном.

Тень отбивалась яростно. Она поняла, что мы её убиваем, и это сделало её ещё опаснее. Щупальца хлестали по площади как кнуты, каждый удар крошил камень и сносил стены. Из её тела вырастали шипы и летели в нас, как стрелы из чёрной энергии.

Один из таких шипов пробил артефактный щит Октавии и ударил её в плечо. Ведьмочка вскрикнула и упала на колено. Кристалл, который она держала, разлетелся на осколки, и несколько из них впились ей в руку. Кровь потекла по пальцам. Но она подняла следующий кристалл здоровой рукой и активировала ещё одну ловушку.

— Октавия! — Прохор тут же бросился к ней, подхватил и оттащил за укрытие. — Хватит, ты ранена!

— Ещё два якоря, — прохрипела она. — Мне нужно поставить ещё два, и кольцо замкнётся. Тогда она не сможет двигаться.

Прохор решительно кивнул.

— Понял. Показывай куда, — сказал он.

Они побежали вместе. Прохор нёс один якорь, Октавия второй. Тень заметила их и ударила щупальцем. Прохор оттолкнул Октавию и принял удар на себя. Его отбросило на десять метров, он перекатился по мостовой и остался лежать.

Но Октавия успела. Она воткнула последний якорь в трещину в асфальте и активировала его.

Кольцо замкнулось.

Энергетическое поле сжалось вокруг гигантской Тени, как удавка. Существо взвыло и забилось, но вырваться не могло. Ловушки Октавии держали.

— Сейчас! — крикнул я. — Все вместе!

Мы с Ольгой и дедом ударили одновременно. Три потока чистой энергии врезались в Тень с трёх сторон, а затем мы начали выкачивать из неё силы так быстро, как только могли. Мы рвали из неё энергию целыми пластами, как мясо с кости.

Тень уменьшалась, метр за метром.

Она билась в ловушке, и каждый её удар сотрясал площадь. Один из якорей треснул, потом второй. Ловушка слабела.

— Быстрее! — крикнула Октавия из-за укрытия. — Якоря не выдержат!

Тень рванула вперёд с такой силой, что третий якорь разлетелся на куски. Она вырвала из кольца одно щупальце и ударила им по Алану, который в этот момент прикрывал Алину.

Алан увидел удар. Он мог уйти и увернуться. Но тогда щупальце попало бы в Алину, которая стояла за его спиной с закрытыми глазами, управляя химерами.

И, конечно, он не ушёл.

Щупальце ударило его в грудь. Прямое попадание концентрированной теневой энергией. Алана подбросило в воздух и швырнуло вверх метров на двадцать. Он пролетел над головами химер, ударился о фасад здания, упал на мостовую и больше не двигался.

— Алан! — закричала Алина, открыв глаза.

Но лишь на секунду. Затем девушка сжала зубы и снова закрыла глаза, возвращаясь к контролю над химерами.

Она, как и все, понимала всю важность своей задачи и не могла позволить эмоциям взять над собой верх.

Тень была уже не больше пяти метров. Она потеряла большую часть своей массы и энергии, и ловушки Октавии, пусть и повреждённые, всё ещё сковывали её движения.

Но она сделала последнюю попытку.

Вместо того чтобы атаковать нас, Тень развернулась и бросила всю оставшуюся энергию в одну точку. В ту самую точку над мостовой, где раньше мерцал зародыш разрыва.

Она не пыталась нас убить. Она пыталась открыть портал. Последний, отчаянный рывок.

— Нет! — крикнула Ольга и метнула в Тень всё, что у неё было. Волна чистой энергии ударила в существо сбоку, сбивая его прицел.

Я добавил свой удар. Потом дед. Три мощнейших снаряда чистой энергии пронзили Тень насквозь.

Существо замерло, задрожало и начало рассыпаться.

Тьма будто осыпалась с него хлопьями, растворяясь в воздухе. Белые пятна глаз мигнули, потускнели и погасли.

Через десять секунд на площади не осталось ничего, кроме нас, разрушенных зданий и тишины.

Палата в клинике Вийонов в одном из прибрежных городов на их территории, была светлой и чистой. Белые стены, большое окно, за которым виднелось море и краешек порта, забитого кораблями.

Алан лежал на кровати и выглядел довольно паршиво. Бледный, с тёмными кругами под глазами и каким-то образом ужасно похудевший за тот, в общем-то, небольшой срок, что провёл без сознания.

Руки поверх одеяла были перевязаны, и на шее виднелся край большой повязки, уходящей под больничную рубашку.

Но он был в сознании. И первое, что он сделал, когда мы вошли, это попытался сесть.

— Лежи, — сказал я.

— Я в порядке, — возразил он, но голова у него закружилась, и он откинулся обратно на подушку. — Ладно, может, не совсем в порядке.

Мы вошли все вместе. Я, Ольга с рукой на перевязи, Прохор с забинтованным корпусом и Алина, единственная из нас, кто вышел из боя без серьёзных повреждений. Химеры и Алан приняли на себя основной урон вместо неё.

— Ты нас так напугал, — нежно сказала Алина, садясь на край кровати. — Три дня без сознания. Вийоны говорили, что энергетическое отравление было на грани мутации.

— На грани, — повторил Алан. — Но не за гранью. Значит, я крут.

Прохор фыркнул.

— Ты идиот. Мог уклониться.

— Мог. Но тогда ударило бы Алину.

Прохор замолчал. Алина ласково взяла Алана за руку и шепнула:

— Спасибо.

— Ладно, — Алан посмотрел на нас. — Хватит меня жалеть. Расскажите лучше, что я пропустил. Три дня это много.

Я сел в кресло у окна.

— Авалон зачищен, — начал я. — Последняя Тень уничтожена вместе с нами на площади. Когда она погибла, все мелкие Тени, которые остались на острове, рассеялись. Они были с ней связаны.

— Удобно, — оценил Алан.

— По остальному миру зачистка идёт полным ходом. Работают, как гвардейцы с фантомами, так и чистильщики. Десмонды в своих доспехах, Штайгеры в защищённых големах. Даже для сирен изготовили специальные скафандры, и они уже чистят подводные очаги. Причём некоторые в форме косаток.

— Косатки в скафандрах? — Алан приподнял бровь. — Хотел бы я это видеть.

— Увидишь, когда выпишут, — усмехнулась Ольга. — Лифэнь сохраняет все записи.

— Да, теперь возможно и такое, — улыбнулся я, — ведь мы рассекретили технологию защитных доспехов Роланда. В таких любой маг какое-то время может сражаться в очагах и не мутировать. Это ускорило зачистку в разы. Даже обычные боевые маги теперь работают в зонах заражения.

Алан присвистнул.

— Роланд, наверное, в гробу перевернулся. Его секретное оружие раздали всем подряд.

— Я бы посмотрела, как он бесится, — хихикнула Ольга. — может всё-таки попробуем вернуть его к жизни в виде ревенанта?

— Увы, — покачал я головой, — Тени сожрали всю его личность.

Прохор продолжил делиться новостями:

— Вийоны работают круглосуточно. Магам по всему миру нужна помощь. У многих откаты и ломка. Так что теперь технологии лечения, которые они обкатали в клиниках Рихтерберга и Вийон-де-Тура распространяются по всему миру. Возможно, скоро в нашем мире уже не останется магов, которые сидят на «благодати».