— Черт, опять упустил момент.

Дальше Костя действовал небрежно, все равно кофе уже испорчен: достал щербатую кружку, вылил туда все содержимое турки, не позаботившись о фильтре, и вернулся в комнату.

Билд еще собирался, поэтому Костя открыл браузер и сам не заметил, как провалился в десяток видео на YouTube. Выскочила назойливая реклама:

«Закрытие питомника растений. Распродажа до 23 апреля. Адрес: г. Минск, ул. Веры Хоружей, 8, Комаровский рынок, ряд 7, место 7».

Рука потянулась кликнуть «пропустить», но на секунду задержалась над мышкой. Что-то в этом сообщении заставило его выпасть из усталого оцепенения, заскребло смутным узнаванием. А потом он вспомнил, что рядом как раз была точка с продажей кофейных зерен, лучшая в городе, куда он не заглядывал уже целую вечность, а сегодня как раз выгреб последнюю жменю зерен из упаковки. Еще и потратил бездарно: кофе не только подгорел, но и теперь уже безнадежно остыл. Костя поморщился от холодной горечи и отставил кружку в сторону.

Экран телефона засветился, сообщив об установке нового билда, осталось только протестировать — и этот бесконечный день завершится. В полудреме, потеряв ощущение времени и смешав все даты в голове, Костя по инерции внес данные своего рождения:

«3 августа 2005 года, Лев».

Появился гороскоп на сегодня:

«Не откладывайте то, что давно обещали сделать. Весна не вечна».

Дальше тянулось полотно текста с разбивкой на рекомендации, совместимость с другими знаками и предостережения. Костя, опомнившись, что впустил ненавистный ему гороскоп в тщательно охраняемую самоконтролем жизнь, дальше читать не стал и с презрением отбросил тестовый девайс в сторону. В техническом плане все работало безупречно, на этом его миссия выполнена.

Он отчитался в рабочем чате и только по времени отправки сообщения увидел, что было уже два часа ночи, перевел взгляд на ворох заметок со списками дел, которые теснили друг друга на стене напротив. Текст на некоторых уже выцвел и был едва читаем, на одной из таких записок можно было едва разобрать первое слово: «Позвонить…» Кому? Зачем? Уже и не узнать. Костя махом сорвал часть заметок, смял их и бросил в урну под столом.

Агония утренних занятий к третьей паре сменилась смирением, и Костя начал клевать носом, отсчитывая минуты до окончания лекции. Он уже почти задремал и потому не сразу услышал, как его телефон разрывается от сообщений.

— Макаренко, твой? Выключи уже звук. — Профессор постучал по столу перед его носом, привлекая внимание.

— Простите. — Костя согнулся под партой и разблокировал телефон.

Уведомления от «ЗодиASKа» сыпались одно за другим с раздражающим писком, еще и заело одно сообщение:

«Самое время закрыть старый долг».

«Самое время закрыть старый долг».

«Самое время закрыть старый долг».

«Самое время…»

Костя как ошпаренный вылетел из лекционного зала, на ходу бросив подобие извинения, упал на первую свободную скамейку и достал ноутбук. Рабочий чат разрывался, как теперь и его голова. Через неделю заканчивался испытательный срок, и он не мог позволить себе роскошь ошибок, только не сейчас. Как это случалось в часы особой концентрации, Костя совершенно выпал из реальности, погрузившись в виртуальный мир. Когда он закончил, коридоры заполнились студентами со второй смены и сам университет вдруг показался ему чужим.

— Ты вообще с места не сдвигался?

Костя оторвался от монитора; понадобилось время, чтобы взгляд сфокусировался на девушке.

— Зоя? — Он мельком глянул на часы. — Ты чего еще здесь? Пары ведь уже давно закончились.

— Вот именно. А ты за несколько часов даже не пошевелился. — Она протянула ему стаканчик с кофе: — Хочешь?

— Да. На работе срочное дело, надо было баг пофиксить. Кажется, закончил, — не сводя взгляда с Зои, он захлопнул ноутбук. — А ты чего здесь?

Она неопределенно качнула головой, короткие кудряшки забавно отпружинили, и Костя, к своему ужасу, еле удержался от улыбки.

— Были дела, пройдемся? Мне на Комаровку нужно, а тебе — на солнце. А то скоро пойдут легенды, что в БГУИРе завелся вампир.

Вот так просто? Костя застыл в недоумении, вцепившись в спасительный стаканчик. Она взяла и позвала его? Костя отпил кофе, чтобы спрятать смятение. Он столько поводов выдумывал, чтобы сходить с ней куда-нибудь, и тут же отметал, думал, ерунда, а тут… Комаровский рынок.

Опомнившись, Костя как можно беспечнее пожал плечами:

— Почему бы и нет, я как раз за кофейными зернами туда собирался.

Зоя просияла:

— Так ты гурман?

— Не то чтобы. Отец приучил, а дальше уже как-то по привычке.

Проспект встретил их редким послеполуденным затишьем. Асфальт уже хорошо прогрелся и отдавал сладковатым запахом резины. Костя сощурился от ярких лучей и скинул куртку. Зоя последовала его примеру, оставшись в одной только футболке с логотипом Доктора Кто.

— Давай понесу. — Костя подхватил лямку рюкзака и закинул себе на спину. Несмотря на дополнительную ношу, идти ему отчего-то стало только легче.

Не проверять телефон после поломки было мучением, так и тянуло посмотреть, все ли в порядке. Костя с трудом выныривал из мыслей о работе и цеплялся за болтовню Зои как за спасательный круг. Она рассказывала о новой серии лекций в планетарии, куда полюбила ходить по субботам. Лекции читали ученые, космонавты и просто ярые поклонники науки. И Костя тут же сделал пометку в голове, что признаваться в работе над приложением по совместимости не стоит. Щебет Зои прервал звонок.

— Я быстро отвечу, не против?

— Конечно.

— Да, мам, привет! — Зоя замедлила шаг. — С занятий иду, чуть позже позвоню, ладно? А кстати, тебе цукаты привезти, твои любимые? Я тут рядом как раз. Отлично, тогда до встречи!

Они спустились в подземный переход и вышли на другой стороне проспекта, скрывавшегося в тени многоэтажки. Костя повел плечами, пожалев, что поспешил снять куртку.

— Часто домой ездишь?

— Раньше каждый месяц, теперь уже реже. А ты?

Костя попытался вспомнить, когда это было, но стоило шагнуть воспоминаниями на пару дней назад, как события сваливались в один неразборчивый ком.

— Давно уже не был.

Зоя осторожно перевела на него взгляд, в котором читалась предельная внимательность, будто она ждала, что Костя скажет что-то еще.

— Работаю по вечерам и выходным, некогда вырваться. Да и… не знаю, как объяснить. Не тянет?

— Кажется, я понимаю. — Зоя заправила выбившиеся кудряшки за уши, ее лицо стало серьезнее. — Хочется везде успеть, а дом… он всегда застывший где-то в прошлом, приезжаешь — и ты вдруг снова маленький. Но, если честно, именно этого мне иногда и не хватает. Быть взрослым — дело одинокое.

Зоя смущенно рассмеялась, ее щеки порозовели, а Костя шел рядом, затаившись, запоминая и звук ее голоса, и тепло лучей на коже, каждую вывеску, которая провожала их вслед, каждый плакат со странной рекламой. Вот как этот: «Закрытие питомника растений. Распродажа до 23 апреля…» Костя убавил шаг.

— Опять он? Только вчера видел рекламу в Сети. Если бы они не тратились на афиши, возможно, не пришлось бы и закрываться.

— Кто он? Ты о ком? — Зоя заозиралась по сторонам.

Порыв ветра взметнул край афиши и спрятал текст целиком.

— Ерунда, — отмахнулся Костя. — Вот мы и пришли. Ты куда-то конкретно хотела?

Уличный рынок с арочными пластиковыми крышами над длинными торговыми рядами уже затихал. Прилавки пустели, но в воздухе еще плавал густой запах масла и специй вперемешку с фруктами и зеленью. Каждый шаг бросал их в новый запах, и ориентироваться среди рядов можно было даже просто на нюх, он точно привел бы куда следует.

— Я сбегаю быстро в одну точку, встретимся у блинной? Тут готовят лучшие блинчики, никогда без них не ухожу.

— Договорились, а я пока за зернами.

Они на время попрощались, и Костя, не ныряя за ней следом в калейдоскоп запахов, подошел к крайнему ряду, который стоял немного особняком и вмещал все подряд — от чая и кофе до садовой утвари.