Я промучилась сомнениями еще десять минут и вдруг в дверном проеме появился... Айдар.

Я испуганно прижалась спиной к стене, увидев его строгое и даже сердитое лицо. Он явно был в бешенстве от того, что я продинамила его сегодня с планами на вечер.

– Я Айдар, – коротко сообщил он медстестре и подошел ко мне. – Что с ней?

– Наглоталась воды, – объяснила медсестра. – Сейчас относительно все в порядке, но четко видна заторможенность.

Айдар наклонился до уровня моего лица, строго взглянул на меня и пальцами чуть оттянул мне кожу вниз, чтобы проверить глаза.

– Ну и что ты приняла? – еще строже спросил он.

– Валерьянку, – я чувствовала себя такой пристыженной, словно я нагадила в углу и меня сейчас начнут тыкать туда носом. – Пожалуйста, помогите мне уйти отсюда.

– От одной валерьянки так не тупят, – он продолжал наезжать на меня. – Что приняла?!

– Правда, только ее! – я задрожала как будто только сейчас вспомнив, что я после бассейна. – Клянусь! Просто приняла ее несколько раз за день.

– Я с тобой разберусь, – он помог мне подняться и повел вон из кабинета. – Где твои вещи?

– Переоденьтесь в душевой, – посоветовал медсестра. – Оставлять ее одну в раздевалке я бы не советовала.

– Хорошо, – согласился Айдар и повел меня уже к душевым.

Там он завел меня в кабинку и запер дверь.

– Я не буду переодеваться при вас, – я вжалась в угол душевой.

– Просто надень джинсы и футболку поверх купальника, – Айдар закатил глаза. Его явно раздражал мой тупняк. Да и меня, если честно тоже.

Буквально каждую минуту я клялась себе, что больше не притронусь к успокоительным. Уже ни к каким. После них нужно привязывать себя к кровати и просто спать, чтобы даже во сне не свалиться на пол. Не нужно мне такое удовольствие.

Я принялась медленно одеваться, но не могла попасть ногой в штанину джинсов. То я не могла удержать равновесие на одной ноге, а то просто промахивалась.

Тогда Айдар раздраженно выдохнул и стал грубовато помогать мне одеться.

Когда же на мне появилась одежда и обувь, Айдар взял мой рюкзак и телефон, а затем меня за руку и не спеша повел к выходу.

– Спасибо вам, что приехали, – стыдливо начала я. – Я понимаю, что обманула вас. Что нарушила все ваши планы. Но просто ваш напор очень пугает...

– Помолчи, – отрезал он. – Сейчас лучше помолчи, а то нарвешься на грубость. И пока ты мне не докажешь, что ты чистая, лучше со мной не говори.

– Чистая? – я испуганно взглянула на него.

Что он имеет в виду? И если учитывать то, кем он работает...

– Я хочу знать что ты употребляла, – жестко ответил он, сжимая руль.

Очевидно он очень злился.

– Но я же сказала... – начала я.

– Я сказал: помолчи, – отрезал он. – Ни слова. Я не хочу доводить тебя до слез, но если ты продолжишь, то это случится.

У меня дрогнула челюсть.

За что он так со мной? Разве я сделала ему хоть что-то плохое? Да, я не встретилась с ним, но ведь я и не говорила, что хочу с ним встретиться. Я все ему прямо сказала, а он напирал. Как еще я могла защититься?

Я сокрушенно вздохнула.

Похоже что я никак не могу защититься.

Мне стало страшно от этой мысли. Меня накрыло чувство абсолютной безысходности и беспомощности.

Я обняла себя и поджала губы, чтобы не расплакаться. Все это ужасно. Меня как будто заперли в стеклянной банке и подкидывают сверху проблем, чтобы посмотреть насколько меня хватит. А меня ни на сколько не хватит.

Отвернувшись к окну, я напряженно вздрагивала от подступающих слез, но пока мне удавалось их сдерживать.

– Думаешь, я не понимаю что с тобой происходит? – заговорил Айдар. – Прекрасно понимаю. И я не просто так предложил тебе встречу со мной. Я знал как ты себя поведешь. И знал, что это начнется не сразу. Вчера у тебя был шок. Потом ты была под успокоительным. Сегодня наверняка спала весь день. Потом опять себя чем-то накачала. Все это доходит не сразу. И сама ты не справишься. Не тот характер.

Да, я слабохарактерная – он прав.

– Я проверю что ты употребляла, – повторил он. – И учти: если ты додумалась до какой-то херни, то я с тобой нежничать не буду. Раз и навсегда отучу тебя даже думать в сторону веществ. Поняла меня?

– Да, – тихо ответила я.

Слова Айдара были абсолютно справедливы. Я действительно еще не знаю как залечивать разбитое сердце, а он оказывется знал все мои шаги наперед.

Может он и правда не желает мне зла? Просто это лично мне он видится таким злодеем?

– Спасибо, – еще тише проговорила. – Простите, что так себя повела.

Айдар кривовато улыбнулся, но промолчал. Я же приняла этот момент. Может общение с этим мужчиной действительно мне поможет?

Я очень на это надеюсь...

Айдар молча вел машину, крепко сжимая руль. Напряжение в воздухе было почти осязаемым. Я сидела, вжавшись в сиденье, и старалась не встречаться с ним взглядом. Я чувствовала себя жутко виноватой, но в то же время меня пугало молчание Айдара. Даже грубые слова были бы лучше этой неловкой тишины.

– Куда мы едем? – я наконец осмелилась спросить.

– В клинику, – коротко бросил он, не отрывая взгляда от дороги.

– В клинику? – я замерла. – Но мне уже лучше, я не хочу…

– Тебя никто не спрашивает что ты хочешь, – резко перебил он. – Пока я не увижу результаты анализов, я не могу тебе верить.

Я тяжело сглотнула. Результаты анализов меня, конечно, не пугали. Я-то знала, что я выпила только валерьянку. Но как я буду сдавать эти анализы? Нужно сдавать кровь или писать в баночку? Мне было неприятно подумать что о первом способе, что о втором.

И потом, вдруг Айдару все-таки нельзя доверять? А если он везет меня в клинику, чтобы... расправиться со мной?

В этом напряжении я провела весь путь, пока Айдар не припарковался у современного здания с большим логотипом. Он вышел из машины, обошел ее и открыл мне дверь.

– Пойдем, – он протянул мне руку.

Я неловко взяла его за руку и неуверенно выбралась наружу. Клиника выглядела пустынной. Здесь не было машин на парковке. Свет горел лишь в нескольких окнах. В холле за панорамными окнам не было пациентов.

– А почему тут никого нет? – я испуганно взглянула на Айдара.

– Это клиника пластической хирургии, – ответил он с долей раздражения. – Мы не работаем по ночам. Все операции согласованы и расписаны. Скорые так же никого к нам не доставляют.

– А как же тогда... – начала я, но Айдар меня перебил:

– Хватит вопросов. Просто иди за мной.

Мы вошли внутрь и пошли по коридору – просторному и роскошному. Айдар быстро дал указания сотрудникам, и уже через несколько минут меня провели в процедурный кабинет. Медсестра усадила меня на забор крови, а я вся побледнела от страха.

– Ничего, будет тебе уроком, – спокойно сказал Айдар.

Медсестра тем временем все подготовила и кольнула меня иглой. Я зажмурилась, стараясь не смотреть и даже не дышать. Однако я заметила, что мне совсем не было больно. Когда же она закончила, то отдала мне пластиковый контейнер, и я уже понимала для чего он.

– Но я не могу сейчас… – пробормотала я, неловко ерзая на месте.

Мне действительно совсем не хотелось в туалет.

– Сможешь, – жестко сказал Айдар. – Ты никуда не выйдешь из кабинки, пока не сделаешь это.

Я сглотнула, понимая, что Айдар не шутит. Если надо он явно запрет меня там на всю ночь.

Поэтому я сдалась и пошла в женский туалет.

Когда все было готово, Айдар лично раздал приказы в лаборатории и собрался ждать. Он вел себя не как рядовой врач, а как владелец клиники или главврач. Весь персонал перед ним стелился и ловили его приказы с полуслова.

– А... сколько ждать? – спросила я, когда мы сели на удобный диван в кармашке в конце коридора, и когда между нами вновь воцарилась неловкая пауза.

– Полчаса, – бросил Айдар, и стал изучающе на меня смотреть как будто без анализов пыталась понять: наврала я или нет.