– Анфис... – он потянулся ко мне, пока фельдшер стала обрабатывать его рану, – прости меня. Я не думал, что все зайдет так далеко. Эти трое увидели в тот день как Реван наехал на меня, а потом предложили мне ему отомстить. Поставить на место. Конечно, я согласился. Я думал они просто наваляют ему...

– Я вообще-то тут, если что, – грозно произнес Реван, но Самвел как будто не услышал его.

Возможно, он был в бреду, но Ревана он как будто в упор не видел.

– Прости! – продолжал он. – Я как выйду в универ, я все всем объясню. Я сейчас позвоню и попрошу кого надо удалить ту надпись. Я все исправлю. Не заявляй на меня, пожалуйста! Мама меня убьет за такое.

– Только если ты все исправишь, – рыкнула я, недовольная тем, что он влез в мою с Реваном идиллию. – И чтобы пока мы будем ехать в больницу, я больше ни слова от тебя не услышала.

Самвел закивал и полноценно лег на кушетку, уже не сопротивляясь своей слабости.

– Моя девочка! – Реван гордо улыбнулся мне, оставшись доволен тем, как я рыкнула на Самвела. – Сильная и смелая.

– А ты мой, – буркнула я. – Не знаю какой, но мой.

Реван крепче обнял меня, чтобы я не замерзла.

Фельдшер доложила, что все закончилось, и теперь они поедут в больницу.

– Извините, вы не можете ехать с нами в машине, – сказала она Ревану.

Я с тревогой взглянула на Ревана. Мне было страшно расстаться с ним даже на минуту.

– Тогда я сам отвезу мою девушку, – ответил он. – И сам о ней позабочусь. Спасибо вам.

Фельдшер согласилась. Она лишь уточнила у меня фамилию и имя Самвела, и спросила телефон его родственников. Я пообещала найти телефон его мамы, но для этого мне надо было связаться с Олесей.

Фельдшер согласилась и на это, поэтому позволила нам с Реваном уйти в его машину.

– А почему ты не остановил их, если видел, что... ну сам понимаешь? – спросила я у Ревана, но уже без всякого укора.

– Если бы я это сделал, то все закончилось бы какой-нибудь поножовщиной, – ответил он. – Я бы заработал еще один срок, и уже точно не смог бы тебя ни спасти, ни защищать, ни быть рядом.

– Еще один срок? – тихо спросила я, понимая что сейчас лучше разом решить все, что может навредить нашим отношениям.

– Еще один, – выдохнул Реван и приготовился рассказывать...

В салоне машины повисла звенящая тишина.

После того что рассказал мне Реван, мне стало не по себе. Выходит, он отсидел не свой срок? Он вступился за своего младшего брата? А я столько себе всего напридумывала! Это ведь был для меня ключевой момент, а Реван просто вступился за брата...

– Что, теперь я тебе противен? – горько усмехнулся он.

– Нет, – поспешно ответила я. – Ты знаешь, я подозревала что-то такое. Ты выглядишь... ну я не знаю как, но я сразу подумала о том, что у тебя что-то такое было. И я думала, что это «что-то» совершил именно ты.

– Теперь я тебе снова такой не нужен? – спросил он, но теперь как будто с опаской.

Кажется, он боялся меня разочаровать.

– Нужен, – я слабо улыбнулась ему. – Даже если бы это все-таки сделал это. Сейчас для меня это уже неважно.

Реван замолчал на несколько секунд, а потом все же сказал:

– Спасибо, Анфис. Ты не представляешь как много для меня значат твои слова. Слишком много.

– Почему? – я продолжала выспрашивать.

– Потому что мой братишка в итоге перестал со мной общаться, – усмехнулся Реван. – Он там какой-то важный бизнесмен в своих кругах. И ему не по статусу общаться с таким быдло как я. Еще и сидевшим. Ведь привычки реально все не искоренить. Каким-то образом люди по лицу читают, что ты сидел. Хоть что ты делай! Я ни разу в итоге не видел брата с того момента. К тому же он переехал в другую страну. А мать...

У меня сжалось сердце. Что же Реван скажет о своей маме?

– Она стыдилась меня, – просто произнес он, но внутри чувствовалась его большая внутренняя боль. – Она не поверила что это сделал не я. Понимаешь, из нас двоих, мой братишка наоборот хорошо учился, сидел дома и слушался мать во всем. Это я был позором семьи. Поэтому она просто не поверила что ее любимый младший сын и вдруг пошел на кражу. А я... просто не стал ее переубеждать. В тот момент мне уже было нечего терять. Я не просто с нуля должен был начинать свою жизнь, а с минус второго уровня.

– Реван, – я взяла его за руку второй здоровой рукой, – прости меня. Теперь я понимаю как больно я тебе сделала.

– Давай просто все обнулим? – предложил он. – Ты ничего мне не говорила, а я забуду об этом раз и навсегда. Договорились?

Я тихонько кивнула, все равно чувствуя свою вину.

К этому времени мы уже подъехали к больнице, а Реван припарковался на свободном месте.

– Анфиска, – он осторожно притянул меня к себе. – Просто будь со мной. Я общею тебе, что от меня не будет никаких грязных схем. Не сразу, но я отойду от сделок с мутными типами. А еще я буду очень тебя беречь. Ты мне очень нужна, сладкая.

– Я буду с тобой, – пообещала я.

Не из жалости. Сейчас я впервые увидела в Реване человека. Раненого, но такого сильного. Я увидела в нем мужчину – надежного и любящего. И я уже больше никогда не увижу в нем того циника, ведь по сути в те моменты Реван просто не умел говорить и действовать по-другому. Но внутри он настоящий, сильный и благородный.

– Пойдем? – он погладил меня по щеке. – У тебе перелом, но ты ничего не чувствуешь из-за обезболивающих. Надо поскорее наложить тебе гипс.

– Перелом? – разочарованного выдохнула я.

Я не думала что все будет так серьезно.

– Не волнуйся, – он снова погладил меня по щеке, – после этого мы поедем куда-нибудь отдохнуть. Нам действительно нужно выдохнуть и расслабиться. А еще я очень хочу на неделю запереться с тобой в каком-нибудь уютном местечке и не выпускать тебя из рук.

Я кивнула, чувствуя сонливость.

То ли это действовали обезболивающие, то ли я смертельно устала от всех событий, что произошли, но я уже не вывозила.

Реван подхватил меня на руки и понес в больничный корпус, а я наконец расслабилась и полностью доверилась моему мужчине.

Теперь я никому не позволю влезть в наши отношения!

Если Яна когда-нибудь захочет со мной поговорить, я не дам ей ни одного шанса, чтобы оскорбить Ревана. И если он не понравится на внешность моей маме, я тоже буду отстаивать Ревана как смогу.

Он действительно замечательный, и кажется сегодня, вся моя зашоренность спала и я полноценно увидела Ревана таким, какой он есть.

Все также у Ревана на руках, меня осмотрел врач, сделал рентген и наложил гипс. Я уже едва держалась от усталости и постоянно падала головой на плечо моего мужчины.

Наконец, когда все формальности с врачами, скорой и полицией были улажены, Реван отнес меня в машину, где я снова заснула.

***

Реван в очередной раз подхватил свою девочку на руки и понес в дом. Не просыпаясь. Анфиса уложила голову на его плечо и слабо улыбнулась во сне. Он же поцеловал свою девочку в висок и чуть сильнее прижал ее к себе.

Реван не мог себе представить, что сегодня он мог добровольно сдаться. Это немыслимо! Он бы все равно не сдержал обещание и уже завтра с утра вновь бы принялся добиваться Анфису.

Да, может быть он не держал свое слово в моменты, когда ему нужно чего-то добиться для себя. Да, он действовал с Анфисой грубо и топорно, но он просто не мог ждать.

Эта сероглазая курносая блондиночка давно запала ему в душу. Он не мог ее потерять, даже если в какой-то момент допустил слабость и предложил расстаться.

Но теперь, когда она приняла его таким какой он есть, когда ему больше не нужно что-то от нее скрывать, он готов на все ради своей сладкой Анфисы.

– Я сделаю тебя самой счастливой, – тихо пообещал он, когда уложил девушку в свою постель и заботливо укрыл одеялом. – Обещаю. И это обещание я точно никогда не нарушу. Клянусь.

Он поцеловал свою девочку в губы, потушил свет и с удовольствием устроился рядом с ней, зарывшись носом в ее шелковистые волосы.