– Ладно. А ты правда думаешь... ну то что сказала? – мне не хотелось повторять это при Реване, но в то же время мне было приятно услышать положительное мнение о нем со стороны.

Я сама ни в чем его не оправдывала, но если бы в глазах моей мамы он выглядел благородным мужчиной, то может быть у нас бы что-то получилось?

Хотя нет. Не может у нас что-то получится. Это невозможно.

– Правда так думаю, – ответила она, хотя я уже опечалилась собственными мыслями. – Но, пожалуйста, все равно сообщай мне обо всем, что тебя в нем настораживает. Будь внимательна. Не верь всему. И... я бы хотела чтобы ты все-таки ночевала дома, но... Может Реван действительно приглядит за тобой... Не знаю как лучше.

– Спасибо, мам, – тихо ответила я. – Правда, спасибо. Но... я тоже не знаю как лучше.

– Зато я знаю, – усмехнулся Реван. – В чем вы там опять запутались?

– Ни в чем, – это я ответила уже ему. – Я потом скажу.

Реван жадно взглянул на меня, а потом привлек к себе на колени. Я уперлась в его плечо, слегка испугавшись его порыва. Но я ничего не могла возразить, ведь мама бы все услышала. Поэтому Реван все же усадил меня верхом на свои колени и прижал к себе.

– Потом еще поговорим, ладно? – мамино настроение заметно поднялось, но ей надо было идти. – Позвони мне как будешь одна и ничем не занята.

– Ладно, – согласилась я.

На этом наш разговор закончился, и я заглянула в глаза Ревана.

– Зачем ты это сделал? – тихо спросила я.

– Сделал что? – его взгляд был серьезным, хоть и с теми же нотками жадности. – Рассказал твоей маме все как есть? Ты еще совсем девчонка, Анфиска. Твоя мама должна знать где ты и с кем. И вчера я тебе напоминал ей позвонить.

– Да но... – замялась я.

– Я ни в чем ее не обманул, – перебил он. – Ты – моя. Я хочу, чтобы тебе со мной было хорошо и спокойно. Я хочу быть твоим мужчиной. Хочу, чтобы ты была моей девушкой. Все остальное я решу. Я просто хочу, чтобы ты была со мной, Анфиска.

Он зарылся носом в изгиб моей шеи и втянул запах кожи. Я же опустила плечи, закрыла глаза и позволила себе насладиться этим моментом.

Я не понимаю что мне делать дальше. Сейчас мне действительно очень хорошо с Реваном, и от этой мысли мне безумно плохо...

– Реван, – я тихонько зашевелилась в его объятьях, – мне надо на учебу.

– Ты уже всюду опоздала, – усмехнулся он, по-прежнему дыша запахом моей кожи. – Я отмажу тебя, так что никуда не торопись.

– Но я пропущу лекции, – неохотно упиралась я. – Потом нужно будет догонять по чужим конспектам. И... разве тебе не надо на работу?

– На работу, – усмехнулся он. – Я вольная птица. Как таковой «работы» у меня нет.

– Но ты же вчера что-то делал, – не поняла я. – Вел какие-то переговоры...

– У меня есть два ночных клуба, – ответил он. – Они приносят мне хорошие деньги, но я там только учредитель. Предпочитаю не соваться в эти дела. Клубешники меня утомляют. Возраст уже не тот, чтобы ссаться по ним. Но мой основной доход – это проценты от сделок. Я могу договориться с кем угодно о чем угодно. С любым упырем.

– Я заметила это по разговору с моей мамой, – улыбнулась я. – Я думала ее невозможно в чем-то убедить.

Мне стало приятно, что он вдруг так легко и просто раскрыл хоть какую-то информацию о себе. Я даже почувствовала что что-то значу для этого матерого мужчины.

– Обращайся, сладкая.

Сейчас Реван выглядел расслабленным. Жадность и голод все еще искрились в его глазах, но он был скорее похож на довольного котяру, чем на изголодавшегося льва.

– Ты и меня убедил, да? – спросила я, уже без тени улыбки. – Мои слова не имели для тебя значения?

Я опустила взгляд.

Какой смысл было задавать этот вопрос? Очевидно, что Реван развел меня на секс. Ему это не составило никакого труда. Он, оказывается, зарабатывает на уговорах. Так что я наверное стала его самой глупой и легкой добычей.

Мне стало стыдно за себя, и я попробовала отстраниться от него.

– Анфиска, – Реван поднял мое лицо за подбородок, – я тебя и правда убедил. И да, твои отказы не имели для меня значения, но все же, поверь, то как я себя вел с тобой, я еще ни с кем не вел. Мне было нелегко найти для тебя красивые слова. Я не привык говорить так даже с девушками. Но твой тон... ты считаешь, что я тупо хотел переспать с тобой?

Я неопределенно пожала плечами, хотя именно так я и считала.

– Мне нужна ты, понимаешь? – одной рукой он сжал мне талию. – Целиком. Вся. Полностью. Я дурею с тебя. Ты просто сносишь мне крышу. Ты так пахнешь! И твои поцелуйчики... и то, как ты ко мне жмешься, и как доверяешь. Я не могу ни о чем другом думать, кроме как о тебе. И ты... делаешь меня лучше. С тобой я выбираю слова, чтобы не выглядеть полным быдлом. Я контролирую то как я тебя трогаю и за какие места, чтобы не казаться озабоченным. Я не хочу тебя сломать. Не хочу тебя обидеть. И я не хочу тебя потерять. Клянусь, Анфиска, если станешь от меня сейчас бегать, я просто запру тебя в своей спальне.

Я замерла, не понимая угрожает ли мне сейчас Реван по-настоящему, или пока шутит.

– Я серьезно, сладкая, – устало выдохнул он. – Я не могу без тебя. Даже дышать не могу. Я хочу тебя себе. И мне похеру если ты мне снова откажешь. Ты моя. Сбежишь – найду. Откажешь – заставлю передумать. Ты должна быть только моей. Я просто сдохну без тебя.

Я жалобно свела брови на переносице. Меня пугали слова Ревана, и я не понимала как мне нужно отреагировать.

– Мне надо на учебу, – шепотом повторила я. – Пожалуйста, отпусти.

– Отпущу, – он плотнее сжал меня в объятьях, – но ответь сначала чего ты боишься? Что матушка твоя будет против? Или что подружка тебя не поймет?

– Я боюсь всего, – честно призналась я. – И ты говоришь сейчас не просто о моей подружке. Она твоя дочь.

– Понимаю, – согласился Реван. – Я помогал Яне все это время, ты не думай. Может она тебе и говорила обратное, но я помогал не напрямую. Каждый месяц я перечислял и перечисляю до сих пор деньги на карту бабушки Яны. Мать Яны была категорически против, чтобы я как-то связывался с Яной. А я признаюсь тебе честно: ничего не испытываю к Яне. Может быть я плохой отец, но Яна для меня чужая. Поэтому она не имеет никакого права тебя осуждать. Она не знает меня, а я не знаю ее. Мы чужие, хоть и родственники. Так бывает. Поэтому я не снимаю с себя обязанностей помогать своей дочери, и я так же готов и дальше помогать ее матери. Но они не должны соваться ни в мою, ни в твою жизнь.

Я выдохнула и задумалась над словами Ревана.

Он действительно все говорил правильно, даже если в очередной раз пытался просто убедить меня в чем-то. Но это так. Наверное, все-таки важно чего хочу именно я, а не люди вокруг. Вот только чего я хочу я пока не понимала.

– Хватит думать, сладкая, – Реван погладил меня по щеке костяшками пальцев. – Просто будь со мной. Я могу решить абсолютно все твои проблемы. Доверься уже мне и расслабься – это все, что тебе нужно. Не усложняй. Я все решу и с Яной, и с ее матерью, и с твоей. Просто поцелуй меня еще раз, и я все сделаю за твой поцелуйчик.

Я все еще ничего не понимала. И уже думала что это из-за возраста и неопытности. Я просто не могла ни с чем сравнить наши отношения. Я не понимала насколько ценно то, что говорил мне Реван, или так говорят все мужчины? Я ничего не понимала, но мне хотелось сейчас только одного. Просто побыть еще в объятиях Ревана. Попробовать ему довериться. Может быть действительно попросить его о чем-то.

– Поцелуй меня, сладкая, – Реван прервал мои мысли. – Я очень этого хочу.

Я снова выдохнула, сдавшись этому мужчине и робко потянулась к его губам. И в момент, когда я коснулась его губ своим поцелуем, Реван сдернул с меня полотенце, в которое я была завернута все это время, а затем страстно сжал...

Реван все же отпустил меня в универ, правда, я уже не видела в этом смысла. Я приеду к середине третьей пары, и мне все равно везде отметили отсутствие. Но все же для меня этот выезд был доказательством, что Реван будет меня выпускать из своего дома.