– Я зайду с тобой, – сообщил он, когда я собралась выходить из его машины.

– Зачем? – напряглась я.

– Отмажу тебя, – сказал он, а потом помог мне выйти из машины. – Не бойся, сладкая.

– Только... не надо меня обнимать, пожалуйста, – попросила я, когда он привычно потянулся рукой к моей талии.

– Трусиха, – усмехнулся он, но все же сделал как я попросила.

– Дальше у меня дела, – предупредил он, пока мы шли. – Буду дома вечером. Но на стоянке тебя будет ждать мой водитель. И учти, курносая, если опять включишь мне свои капризы, и не поедешь с ним, я тебя больше не выпущу. Поняла меня?

– Поняла, – буркнула я. – Я поеду с твоим водителем.

– Он отвезет тебя домой, – продолжал он. – Там ты соберешь вещи, а вечером переедешь ко мне. Твои цветы тоже перевезем, но в другой машине. Чтобы не сломались. И главное, если кто-то хоть слово скажет тебе о нас, неважно: мама, Яна, или тот петух мажористый, то сразу скажи мне. Я со всеми разберусь на понятном для них языке.

Тем временем мы подошли к кабинету моего куратора, и Реван предупредил:

– Я зайду один. Подожди меня. Потом я провожу тебя на лекцию.

Я улыбнулась его заботе и приготовилась ждать.

Я была на тысячу процентов уверена, что Реван справится, и это чувство уверенности было восхитительным. Уже во второй раз за день я могла оценить способность Ревана решать мои проблемы, и это не могло не нравится.

Через пять минут Реван и вправду вышел вместе с моей кураторшей, а я настороженно взглянула на них.

Я ведь даже заранее не узнала что скажет ей Реван. Нужно ли мне сделать вид, что я болею?

– Что ж, Анфиса, пойдем, – кивнула мне моя кураторша.

Все втроем мы дошли до нужного кабинета, и я уже собралась войти, как Реван взял меня за руку и притянул обратно.

– Не знаю как доживу без тебя до вечера, – шепнул он. – Я так тебя хочу...

Я покраснела так как шепот Ревана совсем не был тихим, и моя кураторша точно все услышала. Однако она тактично промолчала и открыла дверь.

– До вечера, – попрощался со мной Реван и сжал мне руку.

Я видела что он желал большего. Как минимум моего поцелуя на прощанье, но вместо этого он еще крепче сжал меня. Я же как будто только сейчас поняла, что Ревану не просто приятно видеть меня своей девушкой. Он действительно не хочет меня отпускать.

– Пока, Реван, – я сжала его руку в ответ, желая убедить его что не предам его хотя бы на этот вечер. – До вечера.

А дальше мы разорвали наше рукопожатие, и кураторша запустила меня в кабинет.

Я так и не услышала какова же была причина моего «опоздания». Кураторша что-то сообщила преподавателю, а он кивнул мне, разрешая мне сесть.

Яны сегодня тоже не было, что неудивительно, поэтому до конца пары никто так и не спросил почему я опоздала. Однако также не было и Самвела.

Это было хорошо. Мне совсем не хотелось с ним видеться, но все же как будто немного меня насторожило.

После пар я осталась, чтобы сфотографировать конспекты и переписать их дома, но мои сокурсницы как-то странно посмотрели на меня, а потом каждая придумала отмазку, чтобы не давать мне конспект.

Тут тревога заиграла во мне еще сильнее.

Что происходит? Меня сделали изгоем? За что?

Так и не получив ни от кого конспект, я вышла из кабинета и все же встретилась с Самвелом.

– Привет, мелкая, – произнес он с каким-то презрением. – Я смотрю, работу ты себе уже нашла?

– Какую работу? – я не сразу поняла о чем он.

Я подумала что может быть Олеся сказала его маме о том, что я собиралась к ним в компанию? И таким образом об этом узнал и сам Самвел.

– Трахаться за деньги, – Самвел жестко ответил на мой вопрос, а я в очередной раз поняла какая же я наивная дура.

У меня уже было столько инцидентов с этим Самвелом, а я все время думаю, что вот сегодня все волшебным образом закончится.

Не закончится.

Я явно отдавила ему его мужское самолюбие и теперь он не может все так оставить.

Однако я не стала продолжать разговор, а просто развернулась и пошла к выходу. Не нужны мне эти конфликты.

– А знаешь кому я рассказал, что ты трахаешься с этим старпером? – вдруг выкрикнул Самвел, и вместе со мной на это обернулись все студенты, которые были в этот момент в коридоре.

– Зачем ты так со мной? – вдруг не выдержала я. – Что я тебе такого сделала? Не согласилась тебя пригласить к себе в тот день? И что, ты всех девушек преследуешь после отказов?

– Да сдалась ты мне, шлюшка мелкая, – фыркнул он. – Только вот такие педофилы на тебя и западут. Больше ты никому нахрен не сдалась. Но если уж твой быдло-мужик наехал на меня, то я это так не оставлю. Пока он лично не принесет мне извинения, и ты в том числе, я сделаю все, чтобы вам жизнь медом не казалась.

– Что ты сделал?! – я сжала кулаки, желая поскорее закончить этот разговор.

– Во-первых, оставил предупреждение для всех остальных во внутреннем дворике, – ухмыльнулся он. – А во-вторых, я позвонил Яне. Сама догадаешься что я ей сказал, или хочешь отдельно от меня это услышать?

– Что?! – я в панике аж выронила телефон из рук, и он с хрустом упал на мраморный пол. – Кому позвонил?!

– Я жду публичных извинений, – напомнил Самвел. – И чем дольше вы оба будете тянуть, тем хуже будет тебе. Так что давай. Ты можешь извиниться передо мной уже сейчас.

Я уже не слышала последних слов Самвела. Меня накрыло паникой.

Какое предупреждение он оставил во внутреннем дворике, и что наговорил Яне?

Я должна сейчас это все выяснить, как бы страшно мне ни было...

Не дослушав Самвела, я побежала во внутренний дворик. Как только я выбежала на улицу, то увидела стайку студенток, которые курили и смотрели на что-то на стене.

На негнущихся ногах я подошла поближе и увидела то самое послание.

На стене красовалась надпись розовой краской:

«Девчонки, берегите своих отцов. Анфиса Тереньтева из 101 группы трахается с ними за деньги!!!»

У меня все помутнело в глазах, а стайка девчонок тут же прыснула от смеха.

Это конец. И ведь я ничего не могу доказать. И вот почему мои сокурсницы отказались дать мне конспект. И главное: Самвел написал это розовой краской. Никто в жизни не догадается что это написал парень.

Какой позор! За что мне это?!

Но было еще кое-что: Самвел сказал, что позвонил Яне и все ей рассказал. И если это правда, я буду уничтожена под ноль.

Мне было дико страшно это сделать, но все же я достала свой мобильный и заметила лишь, что его защитное стекло все разбито в хлам. Тогда я просто отклеила его и набрала номер Яны.

Не в силах стоять, я дошла до лавочки и тяжело опустилась на нее.

– Да, – ледяным голосом ответила подруга, и я поняла: она точно говорила с Самвелом.

– Ян... – тихо начала я, – привет. Как у твоей мамы дела?

– Нормально, – буркнула она. – Что тебе нужно?

– Ты сердишься на меня? – я пока боялась спросить прямо, поэтому начала издалека.

– Да, – все так же холодно ответила она. – Скажи честно: это правда? Ты спишь с моим отцом?

Я закрыла глаза, понимая что не могу ни соврать, ни сказать правду.

– Я никогда не думала что ты станешь такой, Анфиса, – с горечью произнесла она. – И в какой момент! Тогда, когда мне очень нужна поддержка. Когда мне так тяжело. Когда мне было больнее всего узнать об этом...

– Ян... – всхлипнула я.

– Да если бы ты спала с ним до того как все это началось, мне было бы все равно, – продолжала она. – Я его знать не знала. Но ты решила ударить меня побольнее, да?

– Ян... – снова всхлипнула я.

– За что, Анфиса?! – воскликнула она. – Мне сейчас только этого не хватало! Какая же ты... Как я раньше этого не разглядела?!

– Ян, пожалуйста, – на этот раз я шмыгнула носом.

– Я не хочу с тобой разговаривать! – Яна вся была как комок нервов.

Я прекрасно понимала ее состояние: она наверняка перестала есть и спать из-за переживаний. Я понимала, что в более спокойном состоянии она бы поговорила со мной. Она бы дала мне шанс все объяснить. Но не сейчас.