Ирен с видом заправского крючкотвора принялась изучать документы, её глаза быстро бегали по строчкам. Наконец она чуть расслабленно выдохнула, видимо, работа Йорила оказалась на высоте.

— Вы слишком скромны и оказываете себе медвежью услугу, мастер Йорил, — произнесла она с вежливой, хотя и слегка натянутой улыбкой. — Думаю, вы прекрасно справились бы с этой сделкой и без вмешательства начальства.

— Увы, миледи, это совершенно невозможно, — сокрушённо вздохнул банкир. — Политика Конторы неумолима: предметы подобного ранга требуют соблюдения особых мер и надлежащего протокола.

К тому моменту прошло уже около получаса, и мы с нетерпением ждали, кто именно из столичных боссов почтит нас своим визитом посреди ночи.

Тишину, повисшую в кабинете, разорвал звук резко распахнувшейся двери, все невольно вздрогнули. В комнату уверенным шагом, словно хозяин, что, собственно, и было недалеко от истины, ворвался гном.

— Прошу прощения за ожидание, милорд, миледи, — бросил он на ходу скороговоркой, но без суеты. Если клерка и расстроило, что его выдернули на встречу в такой поздний час, то на лице это никак не отразилось.

Он отвесил низкий выверенный поклон по всем правилам этикета гномов и карликов, демонстрируя идеальный баланс между уважением и чувством собственного достоинства.

— Грег Дипхоллоу, главный представитель Контор Бастиона, к вашим услугам.

Я прищурился, разглядывая вошедшего, его лицо казалось смутно знакомым. Точно! Это же тот самый тип, который выступал перед Советом Лордов в начале года. Тогда он утверждал, что представляет интересы Консорциума «Шалин Гранд», судя по всему, основного инвестора всей сети Счётных Палат.

Это узнавание меня немного расслабило. По крайней мере нам прислали не мелкую сошку, а того, кто реально способен решать вопросы.

Грег разительно отличался от своих коренастых, крепко сбитых сородичей, которых я привык видеть в забоях или кузницах. Это оказался первый стройный гном на моей памяти, никакого пивного живота или мозолистых ручищ. Да и одет с иголочки: дорогой костюм из тонкой ткани, белоснежные, словно выбеленные, волосы гладко зачёсаны назад и уложены гелем. Образ завершали узкие очки в золотой оправе, цепочка карманных часов, свисающая из жилетного кармана, и роскошный кожаный портфель в руке. Акула бизнеса в её истинной форме.

Я поднялся навстречу и ответил сдержанным поклоном главы Дома.

— Благодарю, что так быстро откликнулись, мастер Дипхоллоу. Приношу извинения за беспокойство в столь поздний час, но дело не терпит отлагательств.

— Ну что вы, милорд, это моя работа, — гном позволил себе легкую профессиональную улыбку. — Я и сам собирался связаться с вами. В конце концов, вы восходящая звезда Бастиона и заслуживаете самого пристального внимания. Скажу больше, этот филиал Счётной Палаты практически удваивает свой оборот каждый месяц с момента вашего появления в регионе. Потрясающее и, смею заметить, беспрецедентное достижение!

Его цепкий взгляд скользнул мимо меня и остановился на кофейном столике. Там, переливаясь в свете магических ламп, лежало Одеяние. Глаза гнома алчно блеснули за стеклами очков.

— И почему-то мне кажется, что в этом месяце наш оборот вырастет куда выше, чем просто вдвое.

— Верно, — кивнул я, указывая на артефакт. — Мы обязаны твёрдо знать, что предмет такой ценности оформят надлежащим образом, без ошибок.

— Мудрое решение. Спасибо, что доверились нам, мой лорд, моя леди, мастер Харальд, госпожа Ванесса.

Глеб прошёл к столу и занял место напротив нас. Норман, местный служащий, до этого занимавший кресло, поспешно вскочил, уступая место начальству, и растворился в тени у стены.

Не обращая внимания на суету подчинённого, гном с комфортом устроился на стуле, водрузил портфель перед собой и с сухим щелчком откинул замки.

— Даже если вы достигли устного соглашения между всеми заинтересованными сторонами, лучше зафиксировать всё на бумаге. Мнения меняются, чувства, увы, тоже остывают, но подписанные контракты нерушимы.

— Главное, чтобы их исполнение строго соблюдалось, — заметил я, скрестив руки на груди.

Глеб улыбнулся, но в эта улыбка не отразила ни капли тепла, только холодный расчёт.

— Поверьте мне на слово, мой лорд, наша организация способна обеспечить исполнение любых соглашений. Выступая в качестве арбитра или посредника, мы гарантируем результат. Это не просто вопрос профессиональной гордости, это, скажем так… наше жизненное кредо.

Голос его звучал настолько самодовольно, что по спине пробежал холодок. Я знал, что за Счётными Палатами стоит сила, с которой лучше не ссориться.

— Прошу прощения, — уточнил я. — Я имел в виду не вас конкретно, а ситуацию в целом.

— Разумеется, милорд. Я и не смел подумать иначе, просто хотел заверить, что вы никогда не пожалеете о сотрудничестве с нами.

Гном извлёк из кармана пару белоснежных перчаток, неспешно натянул их, разгладил каждый палец и кивнул на сверкающую ткань.

— Позволите?

— Пожалуйста, — отозвалась Ванесса.

— Благодарю.

Глеб поднял драгоценный предмет с такой осторожностью, словно держал в руках древний, грозивший рассыпаться в прах пергамент или новорожденного младенца.

— Великолепно! — благоговейно пробормотал он, разглядывая шитьё сквозь очки.

Одеяния и правда были шедевром. Невероятно тонкая струящаяся ткань глубокого синего цвета переливалась всеми возможными оттенками, золотые и серебряные нити сплетались в сложные рунические узоры, от которых исходило ощутимое магическое давление. Одеяние Верховного Жреца Кротоса, легендарный предмет.

— Какова его оценка, милорд? — небрежно поинтересовался гном, не отрывая взгляда от артефакта.

Я слегка напрягся, вопрос денег всегда самый скользкий.

— У нас есть частная договорённость, гарантирующая, что наши спутники не понесут финансовых потерь при отказе от прав на этот предмет.

— Конечно, мой лорд. Я спрашиваю не для торга, а исключительно для заполнения страховой части контракта, — гном снова изобразил слабую улыбку. — Если бы вы попросили нашу организацию провести оценку, я бы навскидку дал за этот лот как минимум десять миллионов золотых. Хотя, безусловно, такие вещи, по сути, бесценны.

В комнате повисла звенящая тишина. Харальд присвистнул, Ванесса тяжело, со всхлипом выдохнула. Даже меня эта цифра оглушила, словно удар молотом по шлему.

Десять миллионов!!

— Мы договорились о двенадцати тысячах золотых, — произнес я ровным голосом, стараясь не выдать бури эмоций.

Жаба внутри меня истошно квакала и пыталась схватить за горло, но я придавил её каблуком. Слово есть слово.

Несмотря на всю свою профессиональную выдержку, Глеб на мгновение замер, его глаза расширились.

— Это… действительно гарантирует, что ваши товарищи не будут обременены финансовыми трудностями, — сказал он, и в его голосе проскользнуло искреннее удивление, смешанное с уважением… или с мыслью, что я идиот каких мало.

Он осторожно, почти с нежностью, опустил одеяние обратно на стол.

— Что ж, приступим к составлению контракта и немедленно оформим передачу вещи на ответственное хранение нашей организации.

Дальнейшее стало сущей пыткой: бюрократия в её чистом проявлении, нудная и выматывающая душу. Я старался вникать в пункты, но юридический жаргон никогда не являлся моей сильной стороной ни на Земле, ни здесь. Слава богам, рядом находилась Ирен, её острый ум и внимательность спасали меня от головной боли. А вот то, что Мэриголд сбежала ещё до прихода банкиров, не поддавалось никакому объяснению.

Ну и какого чёрта она так резко испарилась?

Время тянулось медленно, как патока, за окнами сгустилась ночь.

— Здесь и здесь, прошу, — голос Грега звучал всё также бодро, в отличие от нас.

Наконец, спустя несколько часов, когда глаза уже начало щипать от усталости, Глеб раздал последние копии контрактов. Я, Харальд, Ванесса и представители её лагеря поставили подписи. Гном вручил магам документы, подтверждающие передачу прав собственности и компенсацию, после чего проделал пассы руками, и легендарные Одеяния Верховного Жреца Кротоса исчезли в пространственном хранилище банка.