Их глаза моментально стали квадратными, как только они поняли, кто сидит за рулем этого хромированного подмигивающего лампочками монстра. Сьюзен замерла на месте, прикрыв рот ладонью, а Шерил, которая всегда отличалась большей дерзостью, сделала несколько шагов вперед, не веря собственным глазам.

— Серьезно, Кит? Это что, твой «Роадмастер»? — Шерил подошла вплотную к дверце, проводя пальцем по полированному борту. — У тебя же был какой-то «Плимут», который чихал на каждом перекрестке. Откуда у тебя взялось это сокровище?

Я посмотрел на Сьюзен, чье лицо выражало смесь удивления и восторга, а затем перевел взгляд на Шерил. По тому, как она облизнула губы и как лихорадочно заблестели ее глаза, я понял, что она уже готова на все, лишь бы оказаться внутри этого кожаного салона. Вот прямо трусы снимает мысленно. Я лишь широко улыбнулся и махнул им рукой, приглашая занять места.

— Прыгайте в машину, дамы, — сказал я, открывая перед ними двери. — Дела пошли в гору, и теперь нам нужно как следует обкатать этого красавца. Как насчет того, чтобы поужинать сегодня в действительно хорошем месте?

Девушки с визгом и смехом забрались внутрь, вдыхая запах дорогой кожи. Я резко нажал на педаль газа, и «Бьюик» с характерной пробуксовкой рванул с места, оставляя на асфальте черные полосы жженой резины и заставляя прохожих испуганно оборачиваться. Мы неслись по бульвару Сансет, и ветер трепал волосы девушек, которые не переставали щебетать о том, какой и удачливый.

— И скрытный! — тут же добавила Сьюзен — Регулярно пропадаешь куда-то.

Интересно, Шерил рассказала ей о нашем сексе на голливудских холмах? Я посмотрел в зеркало заднего вида на сестру Сью, та все мигом поняла, незаметно покачала головой.

— И дальше пропаду. Предстоит большая поездка, но после нее — обещаю, ваша жизнь круто изменится.

— Каким же образом? — поинтересовалась Шерил

— Увидишь.

***

Для ужина я выбрал самый роскошный ресторан Лос-Анджелеса - итальянский “Dolce vita”. Место, где собирались сливки общества и где вход строго охранялся швейцарами в ливреях. Когда мы вошли внутрь, Сьюзен и Шерил моментально притихли, чувствуя себя крайне скованно в этой обстановке избыточной роскоши. Огромные хрустальные люстры заливали зал мягким светом, на столах сияло серебро и тончайший фарфор, а воздух был пропитан ароматами дорогих сигар и французских духов. Окружающая публика выглядела так, словно сошла с экранов кинотеатров: дамы в вечерних платьях с открытыми плечами и спинами, мужчины в смокингах, среди которых я заметил пару лиц, часто мелькавших в светской хронике.

Девушки в своих простых хлопковых платьях, теперь выглядели здесь совершенно чужеродно. Сьюзен старалась держаться поближе ко мне, постоянно поправляя подол и не зная, куда деть руки, а Шерил, хоть и пыталась сохранять независимый вид, тоже заметно побледнела. Я был доволен произведенным эффектом - так и задумывалось. Шерил следовало немного осадить и поставить на место. Иначе потом сядет на голову.

Официант, чей вид был более аристократичным, чем у многих присутствующих, проводил нас к столику в центре зала. Я сделал заказ, не глядя в меню, выбрав лучшие деликатесы, которые могла предложить кухня этого заведения - брускетты с помидорами, капонату, салаты Капрезе и баклажаны, запеченные с моцареллой. На горячее - бифштекс по-флорентийски с трюфелями. На столе вскоре появились устрицы на ледяной подложке и бутылка дорогого итальянского шампанского, которое игриво искрилось в бокалах.

Девушки опять на все это смотрели с широко открытыми глазами, ели осторожно, стараясь не перепутать многочисленные приборы.

— Кит, а у тебя точно хватит денег на всю эту роскошь? — спросила Сьюзен пробуя устрицу. Как правильно ее есть, она не знала — пришлось продемонстрировать.

— Хватит — заверил я девушку, заказывая вторую бутылку “шампуня”

— Ой, какая склизкая… — Сьюзен с опаской всосала в себя морского гада политого соком лимона

— Первый раз пробудешь устрицы?

— Кит, откуда у нас на ранчо морепродуктам взяться было? — укорила меня Шерил — Я мидии и гребешки впервые увидела только в Лос-Анджелесе.

— Ну значит, я еще больше расширил твой кругозор

— Как же мы тебя за это теперь отблагодарить? — зеленоглазая фурия с вызовом посмотрела на меня. Была в этом взгляде и толика возбуждения.

— Потом решим — отмахнулся я

Когда с основным блюдом было покончено, я достал из кармана две бархатные коробочки и положил их на стол перед ними.

— Это небольшой подарок в знак моих к вам чувств, — произнес я, наблюдая за тем, как они затаили дыхание.

Сьюзен открыла свою коробочку первой и, увидев кулон из белого золота с гравировкой, моментально покраснела до корней волос.

— В знак чувств к нам обеим сразу? — тихо спросила она, переводя растерянный взгляд с меня на сестру. — Кит, это так странно и... так дорого.

Ей явно было непривычно получать подобные подарки, в то время как Шерил, быстро достав свой кулон из красного золота, уже примеряла его, явно довольная собой и ситуацией. Она быстро освоилась и теперь смотрела на меня с вызовом, допивая шампанское из бокала.

— А почему ты так мало пьешь, Кит? — спросила она, заметив, что мой бокал все еще почти полон. — Бутылка же стоит целое состояние.

Я покачал головой, чувствуя, как внутри нарастает приятное предвкушение завершения этого вечера.

— За рулем, можно позволить себе лишь совсем немного, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — К тому же, у меня на сегодня еще большие планы — я собираюсь довести вас домой в целости и сохранности.

Когда Шерил ушла “припудрить носик”, Сьюзен прямо меня просила:

— Кит, что происходит?

— Ты о чем?

— На свидание приглашал ты меня, а запала на тебя Шерил

— Да ладно! — изобразил я удивление

— Только о тебе и болтает. Все расспрашивает меня о “том бэкапе с пикника”, хочет даже сходить на ваш футбольный матч.

— Я ушел из команды

— Да? Почему? — Сьюзен явно расстроилась.

— Потому как планирую запустить свой собственный журнал. И мне понадобится ваша помощь.

— Наша?

— Мне нужны будут модели сопровождать меня на разных мероприятиях. Журнал мужской, эпатажный…

Сьюзен задумалась.

— Ты хочешь стать киноактрисой — нажал я — Карьера модели неплохая ступенька на пути в Голливуд.

— Да, пожалуй, это так. Сейчас многие девочки снимаются для календарей, постеров…

Тут вернулась Шерил. Тут же нас просчитала:

— О чем вы тут тайно шепчитесь?

— О работе модели. Хочешь попробовать?

Я рассказал про мужской журнал, про “подружек” номера. Шерил мигом согласилась.

— Я в деле!

— Но нужно будет подписать контракт. Буду платить деньги, ну и требовать за них.

— Дорогой, я готова и без денег, даром! — засмеялась зеленоглазая фурия, поглаживая кулон.

— Шерил! Прекрати! — возмутилась Сьюзен — Кит очень серьезен

Вечер пролетел незаметно, я расплатился по огромному счету - почти сто сорок долларов - и когда мы вышли из ресторана, ночной Лос-Анджелес встретил нас долгожданной прохладой и неоновыми огнями. Я вел машину уверенно и спокойно, чувствуя, как девушки на заднем сиденье о чем-то перешептываются, периодически поглядывая на меня в зеркало заднего вида. Когда мы подъехали к их дому, небольшому двух подъездному дому в Чайна Таун, я заглушил мотор и повернулся к ним.

Шерил, переглянувшись со Сьюзен и получив от нее едва заметный кивок, вдруг подалась вперед и коснулась моего плеча.

— Знаешь, Кит, вечер получился потрясающим, — сказала она, и в ее голосе уже не было той прежней дерзости, только мягкая настойчивость. — Может быть, ты не поедешь сейчас к себе, а останешься у нас? Места хватит всем. У нас есть бутылочка Grasshopper!

Мятный ликер? Отлично ляжет на шампусик…

Я посмотрел на них обеих — на смущенную, но явно согласную Сьюзен и на предвкушающую Шерил — и понял, что мое путешествие по Америке начинается даже лучше, чем я мог себе представить.