— Вы из какого экипажа? — спросил служащий, вернувшись с кокардой, крылышками и достав бланк.
Вот же засада! Из какого? Сейчас меня спалят.
— Вашингтон. Эстафета до Нью-Йорка — наобум сказал я. И к удивлению, чернокожего это устроило. Он спросил мое имя, фамилию, должность, быстро все сам заполнил в формуляре. Мне осталось только расписаться от балды и на выходе прикрепить атрибутику к форме. Все, теперь я “настоящий” пилот! Боже, благослови Америку, у которой пока нет камер видеонаблюдения.
Теперь я был «упакован» полностью, можно пускаться “во все тяжкие”.
Но я не спешил уходить. Пошлялся по коридорам, вестибюлю, заглянул в столовую - перекусил тефтелями с пюре. Чтобы афера с чеками сработала, мне нужно было понять, как пилоты идентифицируют друг друга. А никак! Они просто кивали друг другу и все. Масштабы компании и текучка привели к тому, что встретить знакомого было не так уж и просто. Максимум, что они спрашивали “откуда” и на “каком аппарате”. Последнее означало тип воздушного судна. Их я выучил, глядя на большую графитовую доску с номерами рейсов в вестибюле. Летали на Douglas DC-6 - самый массовый самолет, Lockheed L-1049 был номером два. И только на третьем месте находились Боинг 377.
***
Фирменные конверты оказались самым моим полезным приобретением. Даже полезнее кокарды и крылышек. На обратной стороне мелким шрифтом была указана типография в Лос-Анджелесе, где они были напечатаны.
Я посмотрел на свои новые часы, успеваю. Я обратно переоделся в штатское и рванул в город. В типографии находится всего один единственный замученный клерк, которому приходилось обслуживать сразу трех напористых клиентов. Особенно лютовала дама с высоким начесом и грубым, прокуренным голосом. Требовала сразу много и всего. А еще почти бесплатно.
— Скидки! Где скидки?! — то и дело визгливо вопрошала она
Я попросил образцы продукции и манагер кивнул мне на стопку каталогов, что лежали на конторской стойке. И тут снова открылись ворота в рай. Правда, в этот раз без музыки. Типография печатала все. Бейджики сотрудников, удостоверения пилотов Пан Ам, блокноты, конверты, даже чековые книжки.. А самое главное, у них в каталоге были типовые заполненные бланки. Понятно, что в демонстрационных целях, но тем не менее…
Я тихонько отложил каталог, вышел из офиса. Тут надо очень и очень осторожно! Если сотрудник меня запомнит… Типография оказалась ключевым местом для всей моей аферы.
***
На следующее утро я у лежал в кровати и напрочь отказывался вставать. Тело было готово к тренировке, пробежке по Беверли-Хиллс, отжиманиям и приседаниям, но сознание пасовало. Ну сколько можно? Помогла Мерилин. Она так по-особенному смотрела на меня с календаря… Что я не выдержал, встал, начал отжиматься. Продолжил с подпрыгиванием и хлопком над головой.
Желания общаться с постояльцами не было от слова совсем и я тихо выбрался из комнаты через черный ход. Проскочил.
Я четко понимал одно. Продавец в магазине «Братья Стерн и Ко», негр на складе… Это все ерунда, они меня не запомнят. Но вот кассиры в банках… Это не только девочки-припевочки. Это и ушлые, прожженные дамы, которые тебя отсканируют от и до. Мне нужно было преобразиться.
Магазин театрального реквизита при Национальном театре Лос-Анджелеса встретил манекенами, наряженными костюмами из разных эпох. Первые переселенцы, солдаты времен гражданской войны, женские платья с корсетами и пышными юбками… Старик-продавец с лицом, похожим на печеное яблоко, даже не поднял взгляда от газеты, когда я вошел.
— Мне нужно что-то для роли... профессора или, скажем, солидного человека, — произнес я, оглядывая стеллажи. — Борода, очки. Чтобы выглядело естественно даже при дневном свете.
Старик кряхтя поднялся и вывалил на прилавок коробку с накладными бородами и усами. Я выбрал аккуратную, чуть тронутую сединой бородку-эспаньолку и усы. К ним подобрал массивные роговые очки без диоптрий.
— Клей «спирит гам» берите, — прошамкал торговец. — Иначе сорвете премьеру!
Сорвать свой бенефис я не хотел, поэтому взял, что мне рекомендовали.
Следующий час я провел в общественном туалете кинотеатра, осваивая искусство маскировки. Это оказалось сложнее, чем я думал. Клей резко пах, вызывал жжение и зуд, а борода топорщилась, делая меня похожим на злодея из дешевого вестерна. Я подрезал края складным ножом, расчесывал волоски, пока в зеркале не начал отражаться почтенный командира воздушного судна. Человек, который отвечает за жизнь ста с лишним человек...
Затем я направился в фотостудию. Сделал серию снимков три на четыре. Подождал, пока фотограф проявит, выдаст карточки. И дальше отправился во вчерашнюю типографию. Без формы, но с бородой и усами.
Там тот же самый замученный клерк, которого я видел вчера, всё еще был на посту. Вид у него был такой, будто он не уходил домой, а просто перезагрузился, как примитивный компьютер.
— Добрый день, — я вошел, стараясь придать голосу уверенную хрипотцу, свойственную человеку, который привык отдавать распоряжения. — Я насчет бланков и конвертов. Луис Блэк.
Клерк моргнул, пытаясь выудить мое лицо из сотен других. Борода и очки сработали идеально — он зацепился взглядом за аксессуары, а не за черты лица.
— Ах, да, мистер Блэк. Что-то припоминаю.
— Именно так. Мое руководство в восторге от качества бумаги, но они хотят видеть готовый прототип. Знаете, эти бюрократы из головного офиса... им нужно потрогать вещь, прежде чем выписать чек на крупную сумму.
Менеджер кивнул с пониманием, которое объединяет всех наемных работников мира перед лицом самодурства начальства.
— Итак, большинство компаний, которые мы обслуживаем, пользуется вот такими карточками, — сообщил он, выкладывая на конторку заготовку, которая выглядела как точный дубликат удостоверения Pan Am, только без фирменных знаков. — Здесь личный номер сотрудника, должность, описание, фотография. Поверх идет плотный ламинат. Полагаю, вашему руководству это прекрасно подойдёт.
Он тут же начал расписывать тарифы, скидки при заказе тиража от тысячи штук и сроки изготовления. Я слушал его вполуха, взглядом сканируя пространство за его спиной. Клиентов прибавилось, они даже выстроились в очередь. Я взял карточку в руки. Плотный картон, правильная сетка фона, защищающая от простого копирования.
— Могу я еще раз взглянуть на каталог?
Мне тут же выдали знакомую “книжку”, которую я начал разглядывать. Да, все совпадает. Пока служащий обслуживал других клиентов, я вытащил из каталога образец удостоверения, бейджик и фирменную чековую книжку. На Дэвида Бакли, командира воздушного судна. Что же… Придется статьи им. Я незаметно убрал бумаги в карман и тут же тихо испарился.
После чего вклеил свои фотографии в оба документа, логотипы с детского конструктора, дошёл до ближайшей сети копировальных центров, Там мне все заламинировали, даже выдали расходный чек. Пошлю его в ФБР… Я был полностью готов и у меня “горело”!
Ближайший банк оказался всего в двух кварталах. Я зашел в ближайшее кофе, выпил черный жиди для уверенности, в туалете переоделся в форму пилота, повесил на карман кителя бейджик. Выписал сам себе зарплатный чек на 563 доллара, вложил его в фирменный конверт Пан Ама. Что же… Похоже, готов на 100%.
***
Я толкнул тяжелую дубовую дверь отделения банка «Wells Fargo» на углу Олив-стрит и Пятой, чувствуя, как под форменным кителем по спине медленно катится капля холодного пота. Я поправил фуражку, стараясь, чтобы золотистый краб на околыше сидел идеально ровно, и обвел взглядом операционный зал. Практически пусто. Один охранник, пара клиентов возле многочисленных касс.
Мой выбор пал на крайнюю стойку справа. Там сидела девушка — совсем юная, с аккуратно уложенными каштановыми локонами и легким румянцем, который проступал сквозь слой пудры всякий раз, когда она поднимала глаза на клиента. Идеальная мишень. У таких еще не атрофировалось доверие к людям, а форма капитана воздушного судна для них — это пропуск в мир голливудских грез и трансатлантических перелетов.
