— Михаил, но так никто не делал, — задумчиво произнесла бывшая старшая сестра милосердия. — Только хирургическим путем их удаляют, операция очень сложная, восстановление тяжелое и летальные случаи нередки. У тебя нет медицинского образования, практики, если что-то бы пошло не так, то, боюсь, оказался за решеткой. А от обвинения в убийстве тебя не защитил бы ни один адвокат. Поверь, это очень серьезно.

— У парня два варианта, — пожал я плечами, — как можно быстрее лечь под скальпель, либо довериться мне. В первом случае шанс на спасение процентов десять, мой метод даст почти сто, но это на момент нашего с ним разговора.

— А как поживает Вера? — задала вопрос Настя, делая безразличный вид. — Тебе понравился спектакль?

Мне показалось или в ее голосе прозвучала ревность? Откровенно говоря, мне не до отношений сейчас, но об этом дамы не догадываются. Правда, если моим планам не помешают интрижки, то почему бы и нет. Вера именно на такой вариант согласна, а вот моя собеседница захочет большего, но на сегодня этого дать не готов. Могу ли ошибаться? Легко! Не удивлюсь, если госпожа Исаева решится стать любовницей и не захочет думать о замужестве.

— Госпоже Холодной дал адрес этой квартиры, она хотела с тобой как-нибудь увидеться и поболтать, — сказал своей сотрапезнице, которая почти ничего не съела. — Ладно, благодарю за ужин, пойду помоюсь и лягу спать. Утром вместе отправимся в медицинский институт, хочу посмотреть на доброжелателя, который отправил тебя устраиваться на работу вместо учебы.

Девушка благодарно улыбнулась и кивнула в знак признательности. Я же прошел в свою комнату, отыскал припрятанный амулет генерала и покрутил его между пальцев. Никакого отклика не почувствовал. Неужели он действительно родовой и предается из поколения в поколение? Не хотелось бы врагу его отдавать, не зная на что камушек способен. Но если в среде одаренных это принято и считается нормой? Где бы об этом разузнать или жить по своим принципам, пусть они и разнятся с общепринятыми? Да, скорее всего так и поступлю и плевать, что и кто подумает.

Уже смывая с себя пену, услышал стук в дверь ванной комнаты. Закрыл краны с водой и повысив голос спросил:

— Насть, ты чего-то хотела? Неужели надумала совместно водные процедуры принять?

— Господин Голицын! Не переходите черту! — раздался возмущенный возглас Веры.

— Насть, ты извини, но на такой шаг не пойду и тебя к себе не пущу. Ты же мне как сестра! — сделав вид, что не понимаю, кто стучал, заявил я.

Ну, если честно, то отмазка так себе. Прокатит только в том случае, если дама по уши влюблена либо ей безразличен. Есть еще и третий вариант, на который как бы намекала Холодная, но, уверен, она говорила не искренне.

— Михаил, не прикидывайся идиотом! — повысив голос, сказала Вера. — Я к тебе приехала с господином Смирновым старшим и его сыном! Василию резко поплохело, он вспомнил о твоих словах, а в больнице его попросили потерпеть.

— Дай пару минут, — сказал я.

Вытерся, наспех оделся и покинул ванную комнату. С первого взгляда понял, что несостоявшийся дуэлянт вот-вот отдаст концы. Парня корежит от боли, лихорадит, кожа землисто-серая, еще и рвет желчью.

— Вы ему способны помочь или облегчить мучения? — спросил меня с тревогой в глазах пожилой господин.

— Полагаю, вы отец Василия? — задал я вопрос и представился: — Поручик Голицын, без пяти минут отставник из-за полученных на фронте ран. Документы осталось выправить.

— Граф Смирнов Игорь Витальевич, исполняющий обязанности министра природных ресурсов Российской империи, — представился тот.

На госте, которому лет шестьдесят, деловой костюм. В руках трость с позолоченным набалдашником в виде орла. На носу пенсне в золотой оправе. Бородка клином, усы, волосы с сединой. Такому самое место в министерском кресле. Кажется, что господин выглядит идеально, но вот его прическа в беспорядке, на лбу выступил пот, а в глазах паника.

— Настя, как можно больше воды! — сказал бывшей старшей сестре милосердия и посмотрел на Веру: — Отца парня выведи и не пускай, время разговоров прошло!

Министр хотел возмутиться, что-то даже начал говорить, но я его не слушал, только краем глаза заметил, как госпожа Холодная взяла его за локоть и буквально выпихнула из комнаты. Прибежала Настя с полным водой кувшином.

— Сейчас его посажу, ты в него воду вливай, а я займусь камнями, — пояснил своей помощнице.

Стащил с Василия пиджак, стянул галстук, рванул рубаху на его гуди, пуговицы поотлетали в разные стороны. На кожном покрове живота парня желтые пятна, температура высоченная, он огнем горит. Мысленно тянусь к своему дару, вызываю поток силы, ментальный и целительский. Их необходимо смешать, дать каждому определенную задачу и обозначить цель. Действую в каком-то трансе, словно кто-то подсказывает и направляет. Тем не менее, все прекрасно осознаю. Сейчас уже ни один местный хирург не спасет Василия. Нет тут пока такого уровня медицины, как в том далеком мире откуда я родом. Или уже прописан в этом? Да, случись возможность вернуться и не задумываясь от нее откажусь.

— Протоки расширил, теперь очередь камней, — бурчу под нос и выбираю для начала небольшой и неопасный сталактит.

Поток силы его обволакивает и начинает сжимать. Пара секунд и тот рассыпается. А вот далось мне это не так просто, как кажется. Ощущаю напряжение и почему-то натянутые мышцы.

— Следующий, — шепчу и моя энергия или магия, сдавливает самый большой, как выразился бы врач из моего мира, булыжник.

На него уходит не меньше минуты. Кажется, я недавно принимал ванну? На мне одежда вся промокла от пота! Ничего, теперь Василию уже нет смертельной угрозы, но необходимо продолжать и закончить, иначе окажется зря я старался, а тот такие мучения испытал. Кстати, господин Смирнов очнулся и с испугом на меня смотрит.

— Настя, заставь его пить воду! — держа ладони на боках своего пациента, сказал девушке.

Сам же ото всего отрешаюсь, собираю остатки сил и прошу комочек продолжать и не прерывать процедуру. Сколько продлилось это лечение? Я не засекал, мне показалось, что прошло часа два, а то и три.

— Все, — устало произнес я и прижался головой к спинке дивана. — Тебе теперь остается пить, ходить на горшок и терпеть. Не удивляйся, будет больно, а увидишь, как с мочой выходит песок — не волнуйся, это то, что осталось от твоих камней. Пока последняя песчинка не покинет твое тело, то никаких развлечений, дуэлей, нагрузок и вредной пищи. Понял меня?

— Да, простите, — хрипло выдавил из себя парень.

— Насть, напиши ему состав постной диеты, — попросил свою помощницу, у которой на лице столько любопытства отражено, что даже заволновался, как бы она не начала меня пытать.

С нее станется! Ну, шучу, но на вопросы еще предстоит дать вразумительные ответы. Уверен, ее не столько интересует, как и что я сделал. Она знает, что у меня есть дар. Больше всего ей непонятна методика и такие удивительные последствия. Готов поспорить на что угодно, господину Ботвинову отпишет все в мельчайших подробностях.

— А к хирургу мне надо? — задал вопрос Василий.

— К мозгоправу сходить не повредит, чтобы тот вразумил, — хмыкнул я, но потом добавил: — Нет, операция не потребуется, но восстановить организм необходимо. Если найдешь целителя, то пусть проведет очищение крови. Только никакие гадости не принимай, а то они любят всяческими сомнительными зельями пичкать. Да, еще момент, кровопускание проводить не рекомендую. Вопросы? Только коротко, а то что-то у меня сил не осталось.

— Сколько должен за лечение? — поинтересовался парень.

— Реши с отцом, — буркнул я и поднялся, покачнулся и почувствовал, что стоя готов уснуть.

Настя оказалась к такому моему состоянию готова, не удивительно, она не раз докторам после операций помогала. Девушка обхватила меня за талию, что-то ласково говорит, а сама куда-то повела. Как в тумане увидел обеспокоенное лицо старшего Смирнова, как на нем возникает недоверие, а потом радость. Как бросилась к нам Вера и помогла довести мое тело до кровати. Еще почувствовал, как меня в четыре руки раздевали и, если не ошибаюсь, делили, кто штаны стащит. Даже улыбнулся такой заботе, а потом провалился в сон. Не уверен, видение ли это было или на самом деле, но комочек шипел, плевался красными искрами и возмущался, что так бездарно израсходовал запас силы. Мол неужели у него такой хозяин тупой, что не мог понять, когда сделать перерыв и принять в себя энергию? Ничего бы с Василием не случилось, помучайся он от боли еще часик. И с такими выводами нельзя не согласиться.