Постепенно паника отступила, уступив место привычному глухому раздражению на свою жизнь.

Я сидела на подоконнике, поджав ноги, и рисовала.

Блокнот был моим единственным убежищем. На страницах оживали образы: летящие платья из шелка, строгие костюмы с дерзкими деталями, пальто с необычным кроем. Я мечтала о своей коллекции.

Я видела, как модели выходят на подиум в моих нарядах. Слышала аплодисменты.

Чувствовала запах новых тканей. Это был мир, в котором я хотела жить. Мир цвета, фактур и свободы.

Но вместо этого мне приходилось готовиться к третьему курсу юридического.

Вечером мне позвонила мама.

- Лерочка, милая, как ты? - голос мамы был мягким, теплым, таким знакомым. Я сразу

почувствовала, как к горлу подкатывает комок

·   Привет, мам. Нормально.

·   Я знаю, что вы с папой поссорились, - вздохнула мама. - Он очень переживает. Лера, пожалуйста, просто сходи на этот ужин. Я постараюсь с ним поговорить, сгладить углы. Он любит тебя по-своему, ты же знаешь.

Я закусила губу. Мама всегда была миротворцем в нашей семье

·   Хорошо, мам.

·   Спасибо, солнышко. Слушай, я завтра улетаю. Благотворительная программа фонда, мы едем по городам открывать центры помощи. Со мной летит моя помощница Ирина. Я не знаю, когда вернусь. Может через месяц, может позже. Лера, если что-то случится ты всегда можешь позвонить брату.

·   Я знаю. Спасибо, мам.

·   Береги себя, доченька. Люблю.

·   Я тебя тоже.

Когда она положила трубку, я почувствовала себя еще более одинокой. Мама улетает, папа злится. Максим пытается балансировать между мной и отцом. И никто не знает про машину.

Лера, хватит киснуть! - Катя ворвалась в мою комнату, размахивая косметичкой, как знаменем. - Завтра первое сентября. Ад, лекции, семинары и твой любимый кофе из автомата.

Сегодня последняя ночь свободы! Мы идем в «Voice».

   У меня нет настроения, Кать, - я зарылась лицом в подушку. - И денег особо нет.

·   Я угощаю! - не унималась подруга. - Твой талант киснет, как молоко на солнце. Вставай, Дмитриенко! Надень то черное платье, которое ты сшила и пошли убивать наповал местных мажоров.

Я сдалась. В конце концов, мне действительно нужно было выпустить пар.

Клуб «Voice» гудел, как улей, в который залили лито энергетика. Неоновые огни резали глаза, басы били прямо в грудную клетку. Мы с Катей заняли столик в углу, и уже через час мир стал значительно приятнее. Два «Лонг-Айленда» сделали свое дело, совесть заткнулась, страх перед отцом растворился в алкогольном тумане, а тело требовало движения.

- А сейчас на сцену приглашается Валерия! - объявил ведущий.

Закрыв глаза, я обхватила стойку микрофона и позволила музыке течь через меня. Мой голос, хрипловатый и глубокий, заполнил зал. Я чувствовала на себе взгляды. Но мне было плевать, я пела для себя.

Когда последние ноты затихли, в зале на секунду повисла тишина, а потом взорвались аплодисменты. Я улыбнулась, послала воздушный поцелуй в темноту и слегка пошатываясь на каблуках, направилась к бару. Горло пересохло, мне срочно нужна была вода или текила.

Я плюхнулась на высокий барный стул, поправляя лямку своего платья-комбинации.

- Это было впечатляюще...

Голос был низким, бархатистым, с легкой хрипотцой. От него по затылку пробежали мурашки,

даже несмотря на громкую музыку.

Я повернула голову.

Рядом со мной сидел мужчина. И слово «мужчина» тут подходило как нельзя лучше. Ему было примерно за тридцать. Дорогой, идеально сидящий темно-синий пиджак, расстегнутая верхняя пуговица белоснежной рубашки, на запястье часы.

Темные волосы были в легком творческом беспорядке, а карие глаза смотрели на меня с

нескрываемым интересом и легкой насмешкой. Он был красив.

• Спасибо, - я вскинула подбородок, стараясь сфокусировать на нем слегка плывущий взгляд. -

Я старалась не фальшивить.

- У вас редкий тембр, - он сделал глоток виски. - Глубокий. Не вяжется с такой юной

внешностью.

- А вы эксперт по вокалу или просто любите клеить девушек банальными комплиментами? -

дерзко спросила я. Алкоголь сделал меня смелой.

Мужчина рассмеялся. У него была красивая улыбка, в уголках глаз собрались морщинки.

·   Ни то, ни другое. Просто ценю качество. Во всем. Я Матвей. - он протянул руку.

·   Лера, - я пожала ее.

·   Что пьет Лера, когда не разбивает сердца своим пением?

·   Лера пьет то, что помогает забыть о завтрашнем утре, - хмыкнула я. - Но вам лучше не

угощать меня, Матвей. Я плохая инвестиция.

Он приподнял бровь, разворачиваясь ко мне всем корпусом. Его колено случайно задело мое,

и я не отодвинулась.

 - Я люблю рисковать. - он повернулся к бармену. - Девушке то же, что и мне, но со льдом.

Мы пили виски. Жгучая жидкость обожгла горло, но взгляд Матвея обжигал сильнее. Мы

говорили о какой-то ерунде, о музыке, о том, почему в Москве такие пробки.

Он не спрашивал, где я учусь или кто мои родители. А я не спрашивала, чем он занимается, хотя по его виду было ясно, у него есть деньги. Обычно меня это отталкивало, напоминая об отце и его партнерах. Но Матвей был другим. В нем не было той давящей тяжести. Он был легким, ироничным и чертовски сексуальным.

- Ты дерзкая, - заметил он, наклоняясь ближе, его дыхание коснулось моего уха, и у меня

внутри все сжалось. - Мне это нравится. Обычно девушки в таких местах ведут себя иначе.

- Пытаются залезть к вам в кошелек? - фыркнула я, поворачиваясь к нему лицом. Наши губы

оказались в опасной близости.

- Пытаются понравиться, - поправил он, глядя прямо мне в глаза. Его взгляд скользнул по моим

губам, затем ниже, к вырезу платья, и вернулся обратно. - А ты, кажется, делаешь все наоборот.

- Может, я просто не ищу приключений, - соврала я.

Матвей протянул руку и аккуратно убрал прядь волос с моего лица, заправив ее за ухо. Его

пальцы задержались на моей шее. Кожу обожгло.

- А если приключения ищут тебя? - тихо спросил он.

В моей голове зазвенел тревожный звоночек. Он был слишком взрослым и слишком

притягательным.

- Тогда мне пора бежать, - резко сказала я, спрыгивая со стула. Голова закружилась, но я

устояла.

Матвей удивился. Он явно не привык, что от него сбегают.

·   Уже? Вечер только начинается. Я мог бы подвезти тебя.

·   Нет! - воскликнула я слишком громко. Мысль о том, чтобы сесть в машину к незнакомцу,

немного отрезвила. - Меня подруга ждет. Спасибо за виски, Матвей.

-Еще увидимся, Лера? - он не пытался меня удержать силой, но его взгляд держал крепче

любых оков.

- Москва большой город, - бросила я через плечо, улыбнувшись своей самой загадочной

улыбкой, на которую была способна в таком состоянии. - Вряд ли.

Я развернулась и нырнула в толпу танцующих, пробираясь к выходу. Сердце колотилось как

бешеное. Я чувствовала его взгляд на своей спине до самого выхода.

Дура. Какая же я дура. Такого мужчину упустила, но вывалившись на прохладный ночной

воздух, я выдохнула. Так безопаснее. Никаких связей, никаких сложностей

Завтра начнется учеба, третий курс, скучные лекции.

Утром первого сентября я проснулась с головной болью, по силе сравнимой с ударом кувалды.

Вчерашний «Лонг-Айленд» и виски с красавчиком Матвеем устроили в моей голове настоящую революцию

Я опаздывала. Катастрофически.

Моя машина влетела на территорию университета в 9:15. Студенческая парковка была забита

под завязку. Я с трудом втиснулась в крошечное место у мусорных баков.

Выдохнув, я схватила сумку и побежала к главному входу через парковку, где стояли скучные

седаны преподавателей, но сегодня мой взгляд зацепился за черное пятно.