Асуна сразу же отшатнулась от воды.

Судя по всему, гигантская морская звезда, получившая название Змееносец, жила на дне озера и в финальной версии игры. Теперь мне стало ещё более любопытно, каким образом Кизмель хочет добраться до противоположного берега.

Рыцарь почувствовала на себе мой взгляд и уверенно улыбнулась. Она вытащила из сумки стеклянную бутылочку размером не больше большого пальца руки, заполненную голубой жидкостью.

— Кирито, покажи мне подошву ботинка.

— Хм… Хорошо, — согласился я, но даже в виртуальном мире я не мог поднять ногу так высоко, что бы было видно подошву моей обуви.

Это было легче сказать, чем сделать. Мне удалось поднять правую ногу и вытянуть лодыжку настолько далеко, насколько это вообще было возможно, но когда я расположил подошву перпендикулярно земле, то потерял равновесие, и, вскрикнув, упал, махая руками, на песчаный пляж. Смех Асуны был перекрыт глухим звуком удара.

Смущённый, я хотел вскочить на ноги, но Кизмель сказала:

— Отлично, так сойдёт, — и, откинув меня назад, сделала так, что мои ноги стали торчать вертикально вверх, что не заставило меня чувствовать себя лучше.

Эльфийка осторожно открыла бутылку и капнула по одной капле на мои подошвы. Обувь засветилась синим цветом, а на моей панели появилась незнакомая иконка. Учитывая изображение ботинка, стоящего на воде, я мог догадаться, что это означало, но я всё же ждал, когда Кизмель всё объяснит.

— Ты можешь встать, — сказала она.

Я наклонил ноги ближе к голове, и резко рванув их вперёд, встал одним движением. Я должен занять более выгодную позицию, чтобы восстановить равновесие с моей партнёршей после того, как она так любезно засмеялась при моем падении.

Асуна бросила на меня взгляд и сказала:

— Давай, Кизмель.

Она подняла правую ногу, но не вперёд, а позади себя, придержав лодыжку рукой. Конечно, это был гораздо более простой способ обнажить подошву без лишнего напряжения в суставах. На самом деле, вероятно, девять из десяти человек сделают тоже самое. Я был впечатлён и рассержен этим способом.

— Нечестно, — обижено проворчал я.

В последнюю очередь капнув жидкость себе на сапоги, Кизмель запечатала бутылочку и вернула её в сумку. Пройдя по песку, она осторожно ступила на воду, которая плескалась у берега. Первые несколько шагов прошли через поверхность воды, но после четвёртого шага по воде побежала странная рябь, а пятый и шестой шаги явно были над водой.

— Ого, — удивлённо сказали мы с Асуной.

Рыцарь повернулась и подозвала нас:

— Давайте, вы двое. Медленно наступайте на воду.

Мы покачали головами и подошли к краю озера. Просто чтобы быть уверенней, я взял Асуну за плечо и остановил её.

— Кизмель, если мы пойдём по поверхности воды, то морская звезда не появится?

— Гарантирую. Но всё же…

— Но всё же?

— Чары Капель Вилли на ваших ботинках действуют только при мягком, спокойном шаге. Если вы побежите или начнёте прыгать — вы пробьёте поверхность и эффект потеряется. Тогда морская звезда вас заметит, поэтому постарайтесь не потерять хладнокровие.

Мне показалось, что последняя часть её фразы была адресована исключительно мне, но решил, что это игра моего воображения. Более серьёзный вопрос заключался в том, можем ли мы доверить свои жизни магии, так называемым «чарам», которые могли потерять свои силы просто от резкого движения. Самого Змееносца так никто и не видел, он просто протягивал свои длинные щупальца, хватал игроков и утаскивал их вниз. Поэтому его было невозможно победить в бою, и, в отличие от бета-версии, если мы умрём на дне озера, то не возродимся во дворце в Стартовом городе.

Я хотел сказать Кизмель, что мы не можем позволить себе умереть, но остановил себя. Это утверждение было таким же верным для Кизмель, как и для нас. Даже если после её смерти в лесах третьего этажа появится ещё одна Тёмная эльфийка с таким же именем и внешностью, то это будет уже другая Кизмель. Как я мог сказать ей: «Не проблема, если ты умрёшь, но мы важнее»?

— Всё в порядке, Кирито, — прошептала Асуна, по-видимому, читая мои мысли.

Она потянулась, чтобы сжать пальцы моей правой руки и прошептала:

— Нам просто нужно идти. И даже если мы упадём, то у меня в рукаве есть туз. Или в штанине.

— В штанине…?

Я понятия не имел, на что намекала фехтовальщица, но спокойно идти по воде оказалось не так сложно. По крайней мере, это было намного легче, чем в обычной видеоигре, где границей между ходьбой и бегом был точный наклон стика геймпада.

— Ну ладно. Просто будь осторожна и всегда думай о том, что ты делаешь.

— Говори за себя, — ответила Асуна, и мы пошли вперёд.

Сначала вода забрызгала нашу обувь, но вскоре ноги перестали проваливаться сквозь неё. Мы стояли на поверхности воды, которая словно превратилась в толстый слой резины. Как только мы добрались до Кизмель, которая терпеливо нас ждала, она одобрительно улыбнулась и, развернувшись, пошла по направлению к дальнему берегу. Мы последовали за ней.

Отойдя примерно на двадцать метров от берега, Асуна сказала:

— Использовал ли эти чары виконт Йофилис, когда мы сражались с Гиппокампусом на четвёртом этаже?

— Подожди, разве он не бегал по воде как сумасшедший?

— Догадка Асуны верна только наполовину, — сказала Кизмель.

Она повернула голову через плечо, чтобы посмотреть на нас, и продолжила:

— Жидкость, которую я накапала на подошвы нашей обуви, это ценный эликсир, который могут приготовить только водные духи Вилли, или ундины. Но туфли виконта Йофилиса сотканы из волос Вилли, и они никогда не утонут в воде.

— Из волос? Ты же не имеешь в виду, что он убивал духов и отрезал их волосы? — спросил я, представляя себе страшноватые сцены, но Кизмель с возмущением покачала головой.

— Нет конечно!

Под её ногами плеснула вода, и рыцарь пригнулась. К счастью, этого было недостаточно, чтобы разрушить чары, и она тихо продолжила:

— Для нас, эльфов, ундины, включая Вилли, такие же священные, как и дриады леса. Они наши соседи и наши покровители. Для нас срубить живое дерево или испортить чистый ручей является нарушением табу, но убийство Вилли — это проклятие для всего эльфийского народа.

— Извини, я не должен был думать о таком… Но тогда как виконт получил такие ценные туфли?

В данном случае цена была неважна, но фэнтезийные РПГ всегда рассматривали предметы, позволяющие летать или ходить по воде, как ценные артефакты. К этому моменту мы уже были около центра озера, и гигантская морская звезда скрывалась всего в нескольких метрах от нас, но я был настолько поглощён этой темой, что, ожидая ответ, забыл про опасность.

Кизмель отвернулась, снова покачала головой, на этот раз почти незаметно, и прошептала:

— Я не знаю деталей. Но если верить слухам, то в далёком прошлом виконт и девушки Вилли… Нет. Я не должна говорить о том, чего точно не знаю. Пожалуйста, представьте, что вы этого не слышали.

Асуна, которая была примерно в тысячу раз более заинтересована в подобной теме, чем я, вздохнула. Но она не стала настаивать и шла молча.

Я не мог не задаться вопросом, может ли шрам на лице виконта иметь какое-то отношение к этой истории, но вероятно, у меня не было способа это узнать. По крайней мере, водяные ботинки Йофилиса точно не предназначались игрокам, поэтому я мог спокойно отказаться от этой идеи.

Противоположный берег, который с этого расстояния казался туманом, стал гораздо ближе. Нам предстояло пройти ещё около двухсот метров, но его белый пляж и каменная стена позади него были хорошо видны.

Из пяти областей, которые составляли шестой этаж, первая область на северо-востоке, где находился Стахион, была лесом. Вторая область на северо-западе, в которой был расположен замок Гэлей, являлась бесплодной пустошью. Западная область была болотом, а четвёртая область на юге, куда мы направлялись, была спроектирована как огромное подземелье. Это было не рукотворное подземелье, а естественная пещера, к тому же там были места, где можно было увидеть небо или нижнюю часть седьмого этажа. Пещера не была забавным местом для прогулок, но она безусловно была лучше, чем западная область, которую мы обошли, с её грязью и глубоким илом рядом с дорогой.