В любом случае, «Кьюсак» полностью меня одурачили. Мой рот заполнил горький вкус сожаления и ненависти.

— Вы помогаете Падшим эльфам или вы часть банды ПК?

Я ожидал услышать от Гиндо всё, что угодно, но только не то, что услышал.

— Ни за что! Мы даже не знали, что в Айнкраде люди занимаются PK! Поэтому я… Я никогда не подозревал его в этом…

— О ком ты…?

У меня не было времени продолжать разговор. Нельзя было тратить ни секунды. Во дворе, прямо над нами, Асуна, Кизмель, Мия и охранники Тёмных эльфов отчаянно сражались, чтобы спасти замок. Судя по тому, что я мог видеть на полосках HP нашей группы, девушки не слишком сильно пострадали, но если Древо духов умрёт и охрана больше не сможет сражаться, то мои подруги будут в серьёзной опасности.

— У меня нет времени говорить с тобой. Если ты не отойдёшь, — сказал я поднимая свой меч и направляя его на стоявшего в пяти метрах от меня Гиндо, — я заставлю тебя силой.

Напав на Гиндо, курсор которого был зелёного цвета, я стану оранжевым преступником, но я выполню квест «Восстановление равновесия» столько раз, сколько будет нужно, лишь бы Асуна и остальные остались живы.

В ответ Гиндо выровнял свой щит, высота которого превышала метр. Он явно не собирался двигаться с места, пока дерево не засохнет. Будет нелегко прорваться сквозь его защиту, но, если дело дойдёт до этого, я могу использовать серию навыков, чтобы разбить щит…

У меня возникла идея, и я посмотрел на меч в своей правой руке. Я молча вернул его в ножны на спине, открыл окно и положил флягу в инвентарь. Когда Гиндо увидел меня с пустыми руками, на его лице мелькнуло выражение неуверенности.

Через мгновение я рванулся с места. Гиндо отчаянно попытался поднять своё короткое копьё, но я прыгнул вправо, уходя в слепое пятно его большого щита. Затем я снова бросился вперёд и, упёршись обеими руками в щит, изо всех сил толкнул его.

В безопасной зоне даже самый сильный игрок не может оттолкнуть других игроков, так как персонажи имеют свойства неподвижных объектов. Но за пределами зоны безопасности это не применяется. Я не знал, где проходит грань между простым толканием человека и совершением преступления. Если вы столкнёте кого-то с высокой скалы и нанесёте урон от падения, то вы определённо станете оранжевым, но текущая ситуация казалась мне безопасной.

— Ааа!

Я взревел и продолжил толкать воина в тяжёлой броне, чьё снаряжение весило вдвое больше чем моё. То ли из-за разницы в силе, то ли просто от удивления, Гиндо замер и начал понемногу скользить назад. На самом краю бассейна он попытался сопротивляться, но не смог и упал в грязную чёрную воду, подняв большую волну.

— Ох! — выдохнул Гиндо, когда его лицо появилось из-под воды.

Он выплюнул воду и замахал руками, но из-за веса брони и щита не смог удержаться на плаву. К счастью, почерневшая вода была вонючей, но не ядовитой для игроков, так как на его маркере не появился значок дебаффа. С опозданием я понял, что если бы его HP пострадало, то я бы стал преступником. Но, по крайней мере на данный момент, я не получил нарушения «равновесия».

Я провёл пальцами по открытому окну инвентаря и материализовал сосуд, который только что поместил в инвентарь. Быстро выбив пробку, я вылил зелёную жидкость в горячую воду.

Из точки касания жидкости с чёрной водой источника вырвался поток белого пара, который быстро охватил бултыхающуюся фигуру Гиндо. Реакция быстро распространилась на весь бассейн, и пар заполнил всё поле моего зрения.

Происходящее напомнило мне о шутке, которую я сыграл в детстве со своей младшей сестрой Сугухой, когда я бросил ей в воду огромный кусок сухого льда.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, дедуля, — пробормотал я.

Ответа конечно не последовало, но через несколько секунд я почувствовал первое изменение. Густая вонь, которая скопилась в гроте, начала быстро исчезать, сменяясь свежим древесным запахом, который напоминал лес после дождя. В конце концов, белое облако рассеялось, и я снова мог видеть.

За несколько мгновений ядовитое болото, в которое превратился горячий источник, претерпело потрясающую трансформацию. Зеленоватая вода стала прозрачной, и можно было отчётливо увидеть дно бассейна с твёрдым покрытием, а неприятный запах полностью исчез. Свисающие с потолка корни всё ещё были чёрными сверху, но даже там чернота медленно отступала. Похоже, что мы избежали кошмарного сценария, по которому Древо духов должно было умереть.

Я снова проверил полоски HP членов своей группы и, удовлетворённый тем, что они всё ещё держались на уровне около семидесяти процентов, вздохнул с облегчением. В этот момент победа Тёмных эльфов наверняка была гарантирована, но участие игроков в сражении всё ещё могло повлиять на происходящее. Я должен был вернуться во двор и помочь уничтожить Падших.

Развернувшись на каблуках, я остановился и снова посмотрел на Гиндо. Стоящий на коленях в воде тяжёлый воин повернулся ко мне и еле слышно сказал:

— Теперь… Они все умрут.

— Кто? Почему? — спросил я.

С выражением пустоты на лице, словно из него ушла душа, Гиндо крикнул с отчаянием:

— Как ты думаешь, кто? Мои друзья! Лазули, Тэмуо, Хайстон… Им дали яд и держат в плену.

К тому времени, когда я вернулся во двор замка, в живых оставалось только три воина Падших эльфов. Неудивительно, что одним из них был командир с длинной саблей. Однако сюрпризом было то, с кем он сражался.

Тёмный эльф, размахивающий тонким длинным мечом и одетый в блестящие серебряные доспехи и синий плащ, был не кем иным, как хозяином замка, графом Меланом Гусом Гэлейоном. Он потерял почти двадцать процентов своего здоровья, и его движения были неуклюжи, но командиру Падших было гораздо хуже, и я не стал вмешиваться. Два других врага были полностью окружены охранниками. Большинство листьев Древа духов осыпались, но опадение прекратилось.

Быстрый осмотр двора показал, что Асуна, Кизмель и Мия помогали слугам ухаживать за ранеными, а рядом с ними был и Бухрум.

Когда я подошёл, мудрец был как никогда напыщен.

— Приятно видеть, что ты умеешь следовать указаниям, мальчик. Чтобы вытащить графа из укрытия и заставить его присоединиться к битве, мне пришлось ворваться в спальню маленькой Меланы.

Я посмотрел на хихикающего старика, потом на храброго графа Гэлейона и снова на Бухрума.

— Так как ты мудрее и важнее, чем лорд замка, я хочу тебя кое о чем попросить…

— И что ты задумал? — подозрительно спросил Бухрум.

Я наклонился к его длинному уху, частично скрытому белыми бакенбардами, и прошептал:

— Мне нужны четыре ключа, которые хранятся в комнате сокровищ.

— Что?! — заорал старик, и мне пришлось прикрыть его рот рукой.

— Пожалуйста! Мои друзья… Вернее, хорошие знакомые, находятся в смертельной опасности. Я верну ключи, как только спасу их!

В тот момент я полностью забыл, что стоящий передо мной старик был NPC. Если размышлять прямо, то NPC, действующий по правилам, никогда не поможет в краже. Но происходящее несколько последних дней и общение с повстречавшимися нам NPC говорило о том, что в их поведении было что-то слишком человеческое.

Граф Гэлейон, который сейчас сражался с командиром Падших, в первую нашу встречу казался не более, чем просто квестовым персонажем, выдающим задания и читающим сухие строки в соответствии с указаниями системы. Но, наблюдая за ним сейчас и видя, как он неловко и отчаянно сражается, я рисовал себе яркий портрет человека с изнеженным воспитанием, который старался соответствовать своей роли лорда, подстрекаемый суровым старым учителем. Раньше я думал, что Кизмель и Виконт Йофилис — единственные особые неигровые персонажи, но после встречи с Бухрумом и Мией мне стало казаться, что такими были все неигровые персонажи, живущие в Айнкраде.

Бухрум ответил на мою просьбу свирепым взглядом и рычанием: