Мы с Асуной не платили Кизмель за общение с ней, но наши поиски ключа на шестом этаже уже завершились. В этот момент Кизмель сопровождала нас по собственной воле, поэтому было трудно сказать, к какому из двух вариантов Арго относится наша ситуация.

По крайней мере оказалось, что система была подготовлена к тому, что неигровые персонажи могут заходить в ворота телепорта, и у нас не будет таких несчастных случаев, как отправление по неизвестным координатам или полное уничтожение. Я поднял взгляд и перебил девушек, которые говорили о девятом этаже:

— Думаю, что Кизмель тоже может использовать ворота телепорта. Так как этот вопрос мы решили, то давайте начинать. Нам потребуется некоторое время, чтобы добраться до Стахиона …

— Я готова уйти в любое время.

— Я тоже!

Я вскочил на ноги и сунул себе в рот последний кусочек тоста Асуны, жуя на ходу. За спиной я услышал жалобу о моих плохих манерах и пригнул голову, а Кизмель и эльфийки за соседним столом захихикали.

Я ожидал, что переход из замка Гэлей в Стахион займёт не менее четырёх часов, независимо от того, как мы будем двигаться. Даже избегая сражений, где это только возможно, нам всё равно нужно пройти через подземелье, разделяющее первую и вторую области. Густой лес, который покрывал центр первой области, не был нанесён на карту, поэтому нам пришлось бы отклониться далеко на запад, чтобы пройти через Сурибус.

Но в конечном итоге, несмотря на то, что Кизмель потребовалось десять минут, чтобы получить разрешение на использование накидки «зелёных листьев», мы почти вдвое сократили ожидаемое мной время.

Основная причина этого заключалась в том, что Кизмель снова дала нам «Капли Вилли», что позволило пройти в первую область через озеро, а не через подземелье. Вторая причина была в том, что, когда мы приблизились к лесу в первой области, Кизмель с запасом восстановила свою энергию и заявила, что мы пойдём прямо через лес. Она провела нас по известному ей пути, и мы даже нашли в глубине леса небольшие руины, а убив живущего там босса получили немного сокровищ. Если бы не это, то путь мог бы занять всего полтора часа, а не два. И конечно, третьей причиной было то, что на нашей стороне были огромные боевые способности Кизмель.

Когда деревья стали меньше, а вдалеке появился ярко-белый Стахион, Асуна удивилась:

— Ух ты, прямо в цель… Кизмель, как ты нашла путь без карты?

— Ты не должна недооценивать мои способности. Мы, эльфы, никогда не теряемся в лесу.

— Это невероятно! — сказала Асуна с восторгом.

А я цинично подумал о том, что Кизмель получала доступ к картографическим данным игры. Прямо как по сигналу, мне вспомнилась сцена из нашего вчерашнего приключения.

В подземелье, в котором находился «Агатовый ключ», мы столкнулись с головоломкой из тридцати пяти плиток, и Кизмель решила её за минимальное количество ходов, абсолютно не задумываясь.

Это нельзя было объяснить силой интеллекта ИИ. Традиционные компьютеры, пытающиеся решить за наиболее эффективное количество ходов такие сложные NP-задачи, как решётки N×N, требовали огромного количества ресурсов процессора. С другой стороны, сама система SAO создала эту загадку для входа в подземелье, и поэтому ей должно было быть известно самое быстрое решение. Что если Кизмель, не осознавая этого, получила доступ к сохранённому в системе решению? Точно так же, как эльфы могли путешествовать по лесу не теряясь, так как у них были системные карты.

Задумавшись и качая головой, я вышел за девушками из леса. Перед нами лежало открытое поле, слегка коричневое от зимнего холода, за которым раскинулся странный, ступенчатый Стахион.

Кизмель потянулась под мягким солнечным светом и опустила капюшон своего тёмно-синего плаща, а драгоценная накидка «зелёных листьев» давно была спрятана в её сумке. Затем она полностью завернула себя в плащ и завязала узел вокруг эмблемы Королевских рыцарей Пагоды. Теперь никто не мог сказать по её внешнему виду, что она была Тёмной эльфийкой.

Асуна подняла свой тёмно-красный капюшон, и я захотел присоединиться, но подумал, что группа из трёх человек скрывающих свои лица, будет выглядеть подозрительно. Основной состав проходчиков сражался с гигантскими лягушками и водяными жуками в отдалённом болоте третьей области, и мы вряд ли встретим в Стахионе кого-то, кто нас знает.

Мы срезали путь прямо через поле и, выйдя на главную дорогу, остановились чуть южнее городской черты. Кизмель посмотрела на белый город и сказала:

— Он прекрасен, но всё же, какое странное место…

Мы с Асуной уже привыкли к этому, но собранный из одинаковых пятнадцатисантиметровых блоков город действительно выглядел странно.

— Все крупные человеческие города построены таким образом?

— Конечно нет! Только этот город такой необычный, — быстро объяснила Асуна.

— Помнишь, я рассказывал об исчезновении золотого куба из особняка лорда? Весь этот город построен из блоков дерева и камня, которые вырезаны по точным размерам того куба.

— Ого…

— Давайте не будем здесь стоять и болтать. Я голодная, — сказала Асуна.

Благодаря короткому пути Кизмель, ещё не было десяти утра, но я тоже чувствовал себя немного голодным. Я подумал, что прежде, чем мы приступим к квесту, было бы неплохо показать Кизмель людские тортики.

Проходя через ворота, я немного нервничал, но в Кизмель ничего не изменилось и после того, как в поле моего зрения появился знак «БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА». Похоже, что она не видела этот визуальный маркер. Я вспомнил, что Кизмель пробралась в Зумфут на третьем этаже, так что это не было для неё впервые.

На широкой главной улице города было довольно много игроков, но большинство из них были просто туристами, прибывшими с нижних этажей. Как я и ожидал, никто не остановился, чтобы присмотреться к жёлтому маркеру Кизмель. Я расслабился и с облегчением предложил:

— Может, выпьем чаю? Тут недалеко. Мы можем провести остаток утра, расследуя исчезновение лорда, а после обеда спустимся к воротам телепорта.

— Согласна!

— Это мне подходит, — добавила Кизмель.

Я повёл нас к ресторану с богатым меню сладостей, расположенному недалеко от южных ворот. Мы свернули на запад от главной улицы и пошли по переулку. Через некоторое время Кизмель остановилась и потёрла один из тёмно-коричневых деревянных блоков, используемых для построек.

— Сначала вы разрубаете деревья на маленькие части, а потом снова их складываете. Люди делают очень странные вещи.

Мы с Асуной переглянулись. Тёмные эльфы, Лесные эльфы и даже Падшие эльфы никогда не срубят живое дерево. Если они и использовали деревья для своих зданий и мебели, то только те, которые сами упали в конце жизни.

В этом смысле, южная часть Стахиона была самой большой растратой дерева, которая мне известна. Может быть, это было не лучшее место для прогулки с эльфом, но несмотря на моё беспокойство, Кизмель просто удивлённо посмотрела на нас:

— О, я не возмущаюсь, — сказала она улыбаясь, — у эльфов свой образ жизни, у людей свой. Раньше я… На самом деле, все Тёмные эльфы, начиная с далёкого прошлого, презирают другие расы, считая их глупее и ниже нас. Но с тех пор, как я встретила вас и стала иногда вас сопровождать, я поняла, что человечество обладает многими добродетелями. Мы впервые встретились, когда вы спасли меня от Лесного эльфа. Именно спасение моей жизни людьми заставило меня изменить своё мнение.

Мы с Асуной смущённо посмотрели друг на друга. Когда мы увидели сражающихся в лесу эльфийских рыцарей, то самой большой причиной, по которой я выбрал Кизмель, было то, что я сделал так в бета-версии. Я просто выбрал знакомый маршрут. К тому же, Кизмель была красивой, взрослой девушкой. Хотя в других играх и романах часто случалось так, что Тёмные эльфы были антагонистами. Лесной эльф выглядел героическим, сияющим рыцарем, и поэтому мы могли бы выбрать его.

Думал ли я в тот момент о чем-то другом кроме того, что Кизмель была девушкой?