А в разбитое окно уже лез второй гомункулус. Эти подобия людей, созданные с помощью эсселитской магии, всегда отличались настойчивостью. Триш схватил стул и наотмашь ударил пришельца. Стул разлетелся в щепки, а монстр в плаще лишь чуть заметно покачнулся. Потом, выдернув из-за пояса короткий нож, бросился на перепуганного Триша.

Дарина подскочила к нему сзади и схватилась одной рукой за металлическую голову в капюшоне, а другой нащупала медальон и с силой дернула на себя. Амулет взорвался. В комнате ярко полыхнула электрическая вспышка, и второй гомункулус тоже рассыпался, не издав ни звука.

Дарина тут же вспомнила о баронессе Лукреции Пантагрюэль, которая создавала этих существ в своей тайной лаборатории с помощью темных сил. Неужели она вернулась в Золотую Подкову?

– Немедленно уходим! – скомандовал Триш. – Мы не знаем, сколько их там!

В комнату ввалился заспанный Акаций. Его черная шерсть стояла дыбом, толстый хвост яростно лупил по бокам.

– Вторжение! – завопил Акаций, затем увидел детали разрушенных гомункулусов и злобно зашипел.

Триш схватил Дарину за руку и потащил к двери. В этот момент у них за спиной возникла еще одна фигура в черном плаще. Пришелец влетел на тросе в разгромленную комнату, крепко обхватил девочку сзади и выскользнул с ней через разбитое окно.

Дарина попыталась нащупать его амулет удержания, но ничего не обнаружила. Значит, это был не гомункулус, а настоящий живой человек! Очень тощий, верткий и цепкий – Дарина никак не могла вырваться, несмотря на все свои попытки.

Трос поехал вверх, и пришелец с кричащей и отбивающейся Дариной заскользил в темное небо. Триш, недолго думая, разбежался и, прыгнув вслед за ними, обхватил Дарину и ее похитителя руками и ногами. Акаций тут же последовал за ним. В три прыжка преодолев комнату, он вцепился когтями в пришельца, и тот вдруг взвизгнул писклявым девчачьим голосом.

Трос неумолимо скользил вверх, к небольшому черному дирижаблю, зависшему над крышей аптекаря Парацельса.

– Нужно прыгать! – крикнула Дарина.

– Нет! – испуганно завопил Триш. – Слишком высоко! Мы разобьемся!

– Уж лучше разбиться!

– С этим я поспорил бы, – буркнул Акаций.

Они неслись над улицами спящей Золотой Подковы, поднимаясь все выше, и вскоре оказались внутри черного дирижабля. Трос втянул всю компанию в узкое помещение с маленькими круглыми оконцами, и люк тут же с лязгом захлопнулся.

– Кто вы?! – гневно закричала Дарина.

– Отвечай, пока я тебе не врезал! – пригрозил Триш, сжимая кулаки.

– Будь моя воля, с удовольствием скинула бы вас с дирижабля! – злобно буркнул незнакомец, отдирая от плаща шипящего Акация, и сбросил с головы капюшон.

– Ты?! – взвыл Триш.

Дарина и Акаций лишились дара речи. Перед ними стояла Бия Меруан Эсселит и глумливо усмехалась. К стене за ее головой был приделан железный барабан, на который наматывался трос, свободным концом прикрепленный к поясу девчонки.

– К сожалению, у моей сестрицы другие планы на ваш счет, – сказала юная Эсселитка, избавившись от пояса.

Триш хотел ее схватить, но колдунья стрелой метнулась к небольшой железной дверце. Выскочив из темного помещения, Бия с грохотом захлопнула за собой дверь. Кот Акаций злобно выругался. Триш толкнулся в дверь плечом и охнул от боли.

А каморка внезапно начала заполняться зеленым удушливым газом, с шипением проникавшим сквозь щели в стенах.

– Караул! – истошно завопил кот. – Травят!

Триш, Дарина и Акаций, заткнув носы, заметались по комнате в поисках запасного выхода. Триш даже попытался локтем разбить один из иллюминаторов, но в нем было слишком толстое стекло. Вскоре все же всем троим пришлось сделать вдох, и они тут же провалились в зыбкую непроглядную тьму.

Пигмалион вбежал в комнату Дарины за пару секунд до того, как все его друзья взмыли в небеса, влекомые в небо тонким черным тросом. Проснулся он от крика Триша, но задержался, чтобы надеть на плечи рюкзачок с аккумулятором, а на руки – перчатки, стреляющие молниями. Пима сразу понял, что без этого не обойтись. Но, влетев в спальню Дарины, он увидел лишь болтающиеся за окном ноги Триша и длинный пушистый хвост Акация, а затем и они исчезли в темноте.

Пима бросился к окну, хотел схватить Триша за щиколотки, но не удержал равновесия и перевалился через низкий подоконник. Хорошо, что внизу росли цветы Сциллы, которыми она так гордилась. Не успев охнуть, Пима совершил кульбит и шмякнулся на клумбу.

Мальчик застонал от боли и огорчения. Цветы домоправительницы превратились в кашу. Сцилла его прибьет. Но, по крайней мере, он остался жив и, кажется, ничего себе не сломал.

Пима поднял голову – в ночном небе между двумя лунами темнел силуэт быстро удаляющегося дирижабля, с которого свешивался трос, уносящий его друзей. Они уже были слишком высоко, чтобы что-то предпринять. Мальчик заскрежетал зубами от досады.

На днище дирижабля белела круглая эмблема. Пима попытался разглядеть ее, но перед ним вдруг выросла чья-то тень. Это оказался высокий стройный мужчина в черной одежде. На голове незнакомца был капюшон, а из-под короткого плаща выглядывал меч в ножнах. Он проводил взглядом удаляющийся дирижабль, а затем с любопытством взглянул на Пиму, валяющегося у его ног.

Недолго думая, Пима вскинул руку и стрельнул в чужака. Хорошо, что успел с вечера зарядить аккумуляторы. Пять тонких молний слетели с кончиков его пальцев, соединились в одну и ударили бы пришельца в лоб, если бы тот не отпрыгнул подальше, пригнув голову.

– Эй, малец, ты что творишь? – возмущенно крикнул он. – Прекрати немедленно, слышишь?

– Ты кто такой и откуда взялся? – грозно спросил Пигмалион.

– Успокойся! – Незнакомец поднял ладони вверх. – Я не причиню тебе вреда. Мне лишь нужен юноша по имени Триш…

– Зачем? – с подозрением спросил Пима.

И тут же понял, что не внушает особого трепета, валяясь мешком на помятой цветочной клумбе. Поднатужившись, Пима перекатился на живот, а потом неуклюже поднялся на ноги, продолжая указывать на незнакомца рукой в металлической перчатке.

– Отвечай, а не то как стрельну!

– Я ищу Триша несколько месяцев… – понизил голос незнакомец. – Думаю, он в нашей встрече тоже заинтересован.

– Как бы там ни было, его только что похитили, – сказал Пима, ткнув пальцем в темное небо.

Дирижабль к тому времени уже превратился в маленькую черную точку.

– Это я уже и сам понял. – Незнакомец глухо выругался. – Опоздал буквально на пару минут! А кто это с ним?

– Наша подруга Дарина и кот Акаций, – взволнованно проговорил Пигмалион. – Ума не приложу: кому понадобилось их похищать? Но мне нужно их обязательно спасти… Правда, еще не знаю, с чего начать… Но нужно!

– Я знаю, с чего начать, – с досадой сказал незнакомец. – На борту дирижабля был изображен герб Аркадии.

– То белое пятно? Значит, это герб?

– Горы и восходящее над ними солнце внутри белого круга.

– А что такое Аркадия? – спросил Пима.

– Это большой остров, расположенный за тридевять земель отсюда! Кто бы их ни похитил, он явился оттуда. Ну или, по крайней мере, угнал оттуда дирижабль…

Договорив, незнакомец развернулся и быстро зашагал прочь.

– Стой! – рванул за ним Пима. – Я с тобой!

– Зачем ты мне сдался? – не оборачиваясь, спросил незнакомец.

– Но это же мои друзья! Я должен их спасти! А не возьмешь меня с собой – я тебя поджарю!

И толстячок снова пальнул в пришельца молнией. Тому пришлось подпрыгнуть чуть ли не на метр, чтобы увернуться.

– Чокнутый мальчишка! – разозлился он. – Прекрати, а не то намну тебе бока!

– Уж какой есть, – развел руками Пигмалион. – Послушай, я тебе правда пригожусь. У меня ведь есть настоящая паровая машина… Только скажи, куда ехать, и мы очень быстро догоним этот проклятый дирижабль! У тебя есть сила, а у меня – хитрость и смекалка! Вдвоем мы точно справимся.