— Кира…? Что он сделал? О чем ты умолчала? — соурри как и я говорил тихо, но на удивление спокойно, не сводя взгляда с варлоков, что ни много ни мало взяли нас в кольцо, отрезав все возможные пути отступления.
Времени на препирательства и попытки сгладить углы и преподнести свою глупость в более щадящей упаковке не было:
— Когда я его отпустила, он меня… сначала обнюхал, а потом… своей кровью пометил… Шею ей мазнул. До сих пор в том месте кожу печёт…
От услышанного мои спутники напрягаются ещё больше, хотя куда уж сильнее.
— Простите меня. Я не знаю почему не рассказала. Просто… Просто не смогла… Будто что-то не давало, удерживало от этого…
Осознавая весь ужас ситуации, я потянулась к руке Рейна. В ней был зажат бластер, вторая сжимала клинок. Но меня это не остановило. Почувствовав под кончиками подрагивающих пальцев теплую кожу мужского запястья, я его сжала легонько. Что я искала в этот момент? Поддержки? Уверения, что мы выберемся даже из этой, уже абсолютно безвыходной, ситуации? Простого человеческого тепла, хотя ни он ни я людьми не являемся? Утешения? Или просто хотела напоследок ещё раз к нему прикоснуться? Всё вместе, наверное. Но последняя причина затмевала собой все остальные.
Пока я пыталась принять обрушившуюся на меня ушатом ледяной воды реальность, пока парни лихорадочно пытались придумать как вытащить меня из собственной западни целой и невредимой и по возможности спастись самим, варлоки молча наблюдали за нами. Неподвижные, безмолвные, без единой эмоции на словно выточенных из камня лицах. Лишь их пылающие в полумраке аварийного освещения глаза неотрывно смотрели на нас, следили за нами… за мной? Лишь их жуткие щупальца-хлысты устрашающе изгибались за спинами, словно живя своей собственной жизнью… Двигаясь в одном ритме… В одном, только им известном ритме…
— Прорываться будем? — прошелестел над головой напряженный голос Кая, вырывая меня из плена этого пробирающего до мурашек гипнотического танца. — Проложим ей дорогу. Позади лишь один…
— Шесть хлыстов, конечно, не восемь, но даже в этом случае у нас вряд ли получится… — озвучил неутешительную для нас истину напряженно оглядывающийся по сторонам Рон. — В пылу схватки и ее хлыстом случайно зацепить могут и тогда всё вообще бессмысленно.
— Он прав, — вступил в стратегические перешептывания Брейдан. — Эта их природная броня… Да и пока одного убивать будем, думаете остальные буду стоять и спокойно за этим наблюдать. У нас по моим прикидкам будет меньше минуты. Успеем открыть дверь? Сомневаюсь. Да и кто им потом помешает прорваться к ней в коридор? Там только Кэлл с пацаном, а он, как отец, в первую очередь своего сына прикрывать будет…
— Я взял с него, помимо прочих, клятву защищать ее любой ценой… — холодно констатирует Рон и я невольно открываю рот. Они о чем сейчас?!?
— Сдурели?! — умудряюсь рычать шепотом я. — Какой "прорываться"?!? Это же натуральные машины для убийства! Вас ждёт участь тех отморозков из карцера! Нет!
— Мы тебя выведем и потом следом. Через одного уж прорваться сможем… — Я Каю даже договорить не даю. Они меня кем считают?! И вроде только что сама себя идиоткой клинической называла, но… Издеваются?!
— Во-первых, вы только что сами говорили, что шансов нет. Даже с одним! Да и я сама варлока в деле видела, знаю о чем говорю! Так что не лейте мне сироп в уши, что всё хорошо будет! А во-вторых…. Насчёт "проложим ей дорогу"... Я отсюда без вас не выйду даже если пинками гнать будете!
Моя хватка на руке Рейна становится болезненно-крепкой, отчаянной. С мясом отдирать придется!
— Плохо. Значит здесь все вместе и ляжем…
Судя по пугающе спокойному голосу Рон просто констатировал факт неизбежного.
Я вздохнула, зыркнула упрямо и второй рукой, на всякий пожарный, ещё и в Кая вцепилась. Для страховки. Детский сад! Было бы смешно, если бы не было так печально.
Рейн неожиданно освободил свою руку, в которую я так отчаянно вцепилась, убрал бластер в кобуру. Убрал и меч. Я непонимающе на него смотрела когда он уже сам взял за руку меня. Его синие глаза смотрели на меня с пронзительной, пробирающей до мурашек, серьёзностью. Я подобралась.
— Я знаю, что тебя не переубедить. Ты не побежишь, нас не оставишь. Успел хорошо узнать какая ты. За это и…-Запнулся, замолчал. Мгновение спустя как ни в чем не бывало продолжил. — В том числе и благодаря этому ты мне понравилась. И у тебя и у нас у всех есть только один выход. Один выход отсюда. Сам себе не верю, что говорю тебе это, но… Если бы речь шла только о наших жизнях, но ты ведь не послушаешься, сделаешь как решишь, как сочтешь единственно для себя правильным. А потому… — Рейн выдохнул, успокаивающе погладил мою ладонь и огорошил. — Тебе придется пойти туда и доказать, что ты достаточно сильная, что ты достойна…
Я непонимающе моргнула. И ещё раз. Куда пойти? Кому и что доказать? Достаточно сильная для чего?! Достойна чего?
Пары мгновений хватило чтобы стряхнуть зыбкий морок растерянности и сложить два и два. Чтобы понять куда, а точнее к кому мне нужно идти и доказывать свою силу. А вот на вопрос "Достаточно сильная для чего?" ответа у меня так и не нашлось и интуиция подсказывала, что он мне точно не понравится. Как и ответ на другой вопрос "Достойна чего?!"...
— Рейн…
Ох как мне не нравилось! Что? Да всё! Не нравилось, что варлоки даже не пытаются напасть и словно чего-то ждут. Чего? Не знаю! Ещё мне не нравилось играть на чужом поле по незнакомым правилам.
И мне не нравилось как Рейн смотрел на меня сейчас. Не нравился этот его одновременно обречённый и полный решимости взгляд. Чтобы он не надумал, какое бы решение только что для себя не принял — оно далось ему очень нелегко.
— Твои семь процентов ген ваалы всё же проявились, Кира. Вступили в игру. Тот варлок в изоляторе тебя почувствовал, ощутил в тебе что-то родственное. Возможно… Возможно это произошло потому что он невольно стал свидетелем вашей с Брейданом близости и… учуял аромат твоего возбуждения… — Я нахмурилась. Смущение было подавлено абсолютным непониманием. Запах моего возбуждения?! Это тут причем? — Аромат самки становится ощутимее в такие моменты, ярче… — голос Рейна приобрел особую бархатистость и глубину, — ...вкуснее. Варлок повелся на твой аромат. Угадал в тебе их кровь. Признал их самкой. — Мои глаза округлились. — Ты не противилась, когда он оставил на тебе свою кровь и варлок принял это за согласие. Без согласия самки вызов бросить нельзя…
— Вызов?
— Да, вызов. У варлоков матриархат и они беспрекословно подчиняются своей королеве, королеве гнезда. Но далеко не каждая ей может стать. Если королева погибает и гнездо остаётся без нее, то воины ищут другую, подходящую. Чем сильнее гнездо, тем сильнее должна быть королева. Слабой воины подчиняться не станут. Сила дня них имеет первоочередное значение. Видимо он счёл тебя достаточно сильной, достойной. Не знаю, что случилось с их королевой, возможно погибла. Но когда варлок тебя отметил своей кровью, то выбора у тебя не осталось кроме как попытаться ей стать. Можно было попытаться это исправить в первые минуты, нейтрализовать, но ты не рассказала… — Я сглотнула. — Кровь варлоков обладает необычными свойствами. Когда она впиталась через поры в твою кровь, создалась особая связь с гнездом. Ты их чувствовала, чувствовала зов, но не могла объяснить. Я заподозрил что-то подобное, но изменить тогда уже ничего не мог. Надеялся, что связь не закрепится, что будет отторжение. Потом надеялся, что успеем проскочить. А когда тебя на зов потянуло, стало понятно, что просто уйти уже не получится.
Связь не закрепится?! Я посмотрела на Рейна с надеждой, но он качнул головой, на корню эту мою робкую надежду убивая.
— У тебя в этом случае была бы невыносимая боль в месте соприкосновения с кровью варлока. — Его ладонь мягко, в успокаивающей ласке скользнула по моей шее, по тому самому участку. Кожа в месте соприкосновения с пальцами Рейна буквально запылала, но совсем не болезненно, а так, словно чувствительность нервных окончаний усилились многократно. Я выдохнула. Рейн понимающе улыбнулся. — Боли нет, я прав? Значит связь установилась и скорее всего почти сразу. Ты почувствовала лишь тепло, которое усиливается после прикосновения и по мере приближения к гнезду.
