В кресло справа от меня тяжело опустился Рейн, сдавленно и глухо застонал от боли, а затем в жесте поддержки накрыл мою руку своей. Я тепло ему улыбнулась, стараясь не отводить взгляд от лица своего змея — видеть его увечье было выше моих сил. Многое я смогла вынести, но именно это оказалось за гранью — видеть раны моих ребят, жуткие страшные…

По кораблю, вырывая меня из омута мрачных мыслей, прошла лёгкая вибрация, мерный гул стал более интенсивным, слышимым. Мгновенное, едва ощутимое ощущение невесомости, закончившееся так же стремительно как и начавшееся, а затем…

Мы начали медленно подниматься вверх!

Ещё несколько умелых манипуляций Рона и над нами вместо крыши ангара показалось чистое небо, по которому за эти сумасшедшие сутки я успела уже основательно соскучиться.

Напротив меня в кресло опустился восьмихлыстый. Я вопросительно на него посмотрела, но варлок этого даже не заметил. В отличие от расслабившейся меня он был странно напряжен, а его ещё более напряженный взгляд устремлён вверх, в небо.

Ощущая странное, необъяснимое беспокойство, и я, вслед за варлоком, устремила изучающий взгляд вверх, через обзорное окно в темнеющее небо. Словно он со мной этим беспокойством поделился…

— Занять места! — по кораблю разнесся голос Рона, усиленный динамиками. — Зафиксировать защитные механизмы. Взлетаем…

Моё обмякшее в кресле тело зафиксировало каким-то, опустившимся откуда-то сверху поручнем автоматически. Как и варлока. Как Рейна. Это я заметила между делом. Всё моё внимание было сосредоточено на другом.

На странном ощущении, больше похожем на неясное предчувствие, которым меня "заразил" восьмихлыстый…

Неужели это ещё не все сюрпризы? Абсолютно чистое небо в ответ молчало…

Я нервно огляделась по сторонам, ощущая как это беспокойство неясной мне пока причины, усиливается. Будто нагнетается. Сердце заколотилось в груди всё ускоряясь, в ушах возник далёкий гул. Я облизала пересохшие губы и нервно покосилась на варлока. И вздрогнула потому что в этот раз он во все глаза, в упор смотрел на меня. Жутко смотрел, пронзительно. Будто пытался что-то мне объяснить безмолвно. Ничего не понимая, но уже не в силах усидеть на месте, я дернула за механизм на груди, что, казалось, намертво притянул меня к креслу. Тот ожидаемо не поддался. Я дернула сильнее. На мои нервно подрагивающие пальцы легла ладонь Рейна. Мой змей с беспокойством заглянул мне в глаза и, видимо, этого хватило, потому что он, ничего не спрашивая, молча и быстро освободил меня, нажав пару каких-то незаметных кнопок.

Я тяжело поднялась и пошатываясь, как пьяница во время сильной качки, хватаясь за что придется для опоры, устремилась вперёд, к приборной галапанели и креслам пилотов, к обзорному окну.

— Кира?! Что…? — начал задавать вопрос Рон, но так и не закончил его когда увидел выражение моего лица.

Я же снова вгляделась в темнеющее небо. Перевела взгляд вниз, на злополучный ангар, из недр которого мы в настоящий момент поднимались, и замерла. Сердце с быстрого шага перешло на заполошный бег — Рикамм стоял прямо под нами и в его руках концентрировался, собираясь и увеличиваясь в размерах знакомый серебристый сгусток! Рядом стоял напряжённый Вари'эмир и смотрел… на нас?

На меня…

Я не могла разглядеть его лицо с такой высоты, но откуда-то знала, что смотрел златокудрый главнокомандующий именно на меня. Не просто знала, чувствовала. Его напряжённый взгляд, словно живой, тянулся ко мне сквозь расстояние. Я замерла, ощущая уже знакомое тепло внутри и не менее знакомую вибрацию.

Первым порывом было дернуться, отшатнуться, разрывая непонятный контакт. Он пытается воздействовать на меня? Или…?

… что-то сказать?

— Кира…? Что происходит? Всё чисто, на радарах пусто, мы можем убираться отсюда…

Я предупреждающе сжимаю плечо Рона, умоляя подождать, довериться мне. И он послушно замирает, напряжённо, с видимым беспокойством глядя на меня. Вместе с ним, послушный его воле, замирает в воздухе, на самой границе открытого шлюза ангара, и наш корабль.

И в этот момент меня словно толкает извне нечто невидимое, но довольно сильное. Сжимает болезненно невидимыми тисками голову. Бьёт острыми иглами в виски. Заставляя сначала зажмуриться от боли, а затем распахнуть глаза в ужасе.

Мой взгляд, послушно устремляется туда, куда ему указали. И… снова ничего не видит. Я выдыхаю и упорно продолжаю вглядываться в казалось бы пустое пространство чистого неба и…

— Что за…?!

Подрагивающим пальцем указываю на едва заметно мерцающие контуры… невидимого как нашему глазу, так и, похоже, нашему радару корабля!

Незнакомого корабля, зависшего над крышей ангара чуть выше нас. Поднимись мы ещё немного и встретились бы с ним "нос к носу!"

— Что? — Рон его по прежнему не видит и информация с экранов, которую он получает прямо сейчас, лишь подтверждает, что мне всё якобы привиделось.

Я же с какой-то отчаянной жадностью вглядываюсь в хищные очертания находящегося, судя по всему, под каким-то экранирующим маскировочным полем корабля. И это самое поле прямо у меня на глазах начало светиться, сердцевина почти невидимого корабля становиться всё ярче, словно набухая изнутри...

Словно из ниоткуда появилось странное, но стойкое ощущение, что я подобное уже где-то видела.

Раньше…

Очень давно...

Давно…

Я не знала, что это такое, и совершенно точно ничего подобного никогда прежде не видела. Ни здесь, ни уж тем более на Земле.

А если не я?

Словно ответом на вопрос внутри неожиданно что-то будто неслышно щёлкнуло, заставляя замереть каменным изваянием. В голове зашумело, перед глазами замелькали яркие радужные точки. Я резко моргнула и увидела четкую картинку, словно кадр из какого-то фантастического кинофильма...

Небольшой экран перед глазами, на котором точно такой же космический корабль завис напротив красивой прогулочной яхты. Гражданской. Мгновения тревожной тишины, а затем корабль вдруг начинает светиться всё ярче, словно набухая изнутри, а затем… Молниеносный, едва уловимый простым взглядом, импульс. Обжигающе яркий. И на месте красивой серебристой яхты в одно мгновение осталось лишь мерцающее облако, которое тоже быстро рассеялось.

Сердце замерло в груди, пропустило один удар, второй. Чувство необъяснимой, невосполнимой потери вспыхнуло в груди подобно тому самому губительному импульсу. По щекам неожиданно побежали обжигающе-горячие дорожки слез. Не хватало воздуха.

Больно…

Как же больно…

Будто сердце прямо в груди, здесь и сейчас, кто-то ледяными когтями на части рвал.

Безрезультатно попытавшись вдохнуть, я моргнула и необъяснимое видение тут же истаяло без следа, как та самая уничтоженная без следа прогулочная яхта в очередном чужом "воспоминании", а мой расфокусированный от ужаса взгляд упёрся в экран, где зависший над нами, определенно вражеский, корабль вдруг начал знакомо мерцать, с каждым мгновением всё ярче, словно набухая изнутри!

Меня парализовало от ужаса, от осознания того, что сейчас мы все умрем. Молниеносный взгляд на ксантарианцев и я понимаю — не успеют!

Перед глазами отдельными, до боли красочными кадрами мелькают лица моих ребят — улыбчивые, дерзкие, обеспокоенные, полные невысказанных эмоций и сдерживаемых чувств…

Рейн…

Таинственный, сильный, мужественный, оставшийся умирать чтобы позволить спастись нам. Сейчас израненный, нуждающийся в срочной медицинской помощи… Любимый…

Рон…

Упрямый, несносный и невыносимый, но такой же невероятный дайго, помимо прошлых ран получивший сильнейшие ожоги тела и лица, наверняка испытывающий невыносимую боль, но сейчас ,сжимая зубы, сидящий в кресле пилота и отчаянно пытающийся спасти наши задницы… Свой, дорогой сердцу…

Кай… Брейдан…

Отчаянные оборотни, одинокие космические волки по характеру и коты по сути. С сомнительным прошлым контрабандистов и кучей шокирующих талантов. А ещё невероятные мужчины — смелые, дерзкие, безрассудные, способные любить и желать с полной самоотдачей, не взирая на последствия. Спасшие, не бросившие на произвол судьбы в самом начале ни меня, ни Рона с Рейном, не раз и не два позже прикрывающие меня от опасности собственным телом… Уже безоговорочно, бесповоротно мои…