А потом меня аж перекосило от собственных мыслей. Изменить то... Прибавить это… Щупальца убрать?! Вообще с ума сошла?! Да и какая Земля!? Парень варлок, а не человек! И хорош такой, какой есть! С мягкой улыбкой, противоречащей его смертоносной природе… Со своими особенными, видимыми лишь представителям его расы глазами… С устрашающими хлыстами, являющимися неотъемлемой частью его самого… Он хорош именно такой, а мне пора перестать равняться на людей и сравнивать себя новую и всех, кого встречаю в этой новой жизни с ними. Пора перестать цепляться за земное прошлое!
Старая жизнь давно закончилась, пора двигаться вперёд!
И я двинулась… в столовую, путь в которую мне указал варлок, предварительно забрав, несмотря на мои сопротивления, всю мою ношу.
Когда зашли моя четверка в этот момент что-то бурно между собой обсуждала. Но разговор стих с нашим появлением.
Я вздохнула. Взяв под руку застывшего у дверей варлока, утянула за собой к нашему столу. Мои этот свойский жест встретили удивлённо и недоуменно приподнятыми бровями. А затем буквально зависли, разглядывая бедного паренька. Точнее его яркую обновку. В глазах Рона мелькнуло узнавание, его взгляд скользнул на стопку в руках варлока, с нее на него, затем на меня.
— Это то, что я думаю?
— Откуда я могу знать о чем ты думаешь? Я же мысли читать не умею. Но если ты о вещах, то да. Раз у нас дефицит я вношу свою лепту. Ты там столько этих тряпок запас, что мне на год хватит, если не на два.
Куда мне столько? Ты же уже успел меня узнать и понять, что ко всем этим дорогим шмоткам я абсолютно равнодушна. Вот та броня, которая была со мной на протяжении всего этого нашего приключения, мне понравилась. Я бы, если получится, прикупили ещё пару комплектов. Если будем где-то закупаться, то штанов ещё мне надо взять, не платьев, Рон! Я тебя умоляю! Футболок немного, свитеров. И белья нормального, дышащего. В том кружевном безобразии, которым ты мне половину ящиков шкафа забил, только стриптиз танцевать… Эммм…
Я поняла, что не к месту разошлась, когда увидела розовеющие уши варлока. А ещё чересчур внимательные взгляды моих парней. Покачала головой и с усмешкой посмотрела в глаза Рона:
— В общем, одежду себе отныне я покупаю сама. Ты лишь советуешь по необходимости. Не пойми неправильно, я благодарна за старания и за заботу, но наши вкусы в одежде несколько разнятся. А сейчас… Вот, выбирайте, что по душе. Но только по одной!
Парни удивлённо смотрели на предложенное, я с усмешкой на них. И тут Кай нахмурился, пытаясь скрыть улыбку:
— А почему только по одной? Тут их вон сколько!
— А потому, что одежда не только вам нужна. У меня ещё целый отряд… — вспоминая известный фильм, чуть не ляпнула “не кормленный”, но вовремя исправилась, — ... неодетый.
Парни скосили глаза на варлока, который с интересом слушал меня, не обращая на них никакого внимания, и переглянулись.
— Решила взять их под свое крыло?
Удивлённо посмотрела на Рона в ответ:
— Я прошла этот их обряд, а значит взяла на себя ответственность за этих парней. Почему вас так удивляет мой поступок?
Тишина в ответ. Всё-таки разница между нами ощутима. И это даже не разница в менталитете. Разное время, разные цивилизации, разный уровень жизни. Только недавно убеждала себя оставить прошлое в прошлом, но получается сделать это будет не так просто.
— Что опять не так?
— Обычно воины заботятся о королеве гнезда, а не наоборот. Защищают, оберегают. Она их сердце, их мозговой центр.
Ну насчёт мозгового центра это они поспешили — никогда дурой не была, но и звёзд с неба не хватала. Сердце… А вот в этом что-то есть, пожалуй.
— Сердцем быть согласна. Мне эта идея нравится. А вот мозговой центр — я не настолько самоуверенна. Согласна делегировать полномочия если есть желающие… Чего вы ржёте? Что я опять не так сказала?!
— Ты невероятная, знаешь? — улыбнулся мне тепло Брейдан, погладив по щеке и глядя с такой нежностью, что я тут же заподозрила подвох.
— То есть странная, да? Вам бы память полностью отшибло и я бы посмотрела какими “невероятными” вы сами стали бы… Рассказывайте, что не так? Я же вижу как вы постоянно переглядываетесь. Разговор резко завершили когда мы сюда вошли. И за вашими веселыми улыбками я ощущаю нервозность, которую вы пытаетесь от меня скрыть. Скажу откровенно — получается у вас плохо. Что со мной не так?
— Может сначала поешь и…? — делает последнюю попытку Кай, но замирает под моим мрачным взглядом. — Хорошо. Но обещай, что выслушаешь спокойно и не начнёшь сразу паниковать…
Нервный смешок сдержать не получилось, хотя я честно пыталась:
— После такого вступления паниковать самое то. Спокойна я, спокойна. Говорите. Ну?!
Я даже не удивилась когда говорить начал Рейн, его всегда пропускали вперёд когда требовался серьезный разговор со мной. Знают уже как я на него реагирую…
— Пока ты была без сознания мы неоднократно брали у тебя анализы. Рон сверял результаты с теми, что были до этого, которые делали ещё в центре “Возрождение”... Есть изменения… Значительные…
Он замолчал, пытаясь подобрать подходящие слова. Видимо те, которые не нарушают меня. А я задумчиво закусила губу. Были у меня догадки относительно этих самых изменений…
— Гены ваалы активизировались, да?
Короткий момент тишины и короткое “Да”, а затем, видя, что ударяться в панику я не собираюсь, мне дают уже более развернутый ответ:
— Говоря простыми словами, они до этого были практически в спящем состоянии. Предполагалось лишь влияние на либидо женщины и ее плодовитость. С нашим побегом многое во всей этой задумке ксантарианцев пошло не так…
— Я считаю, что под угрозой гибели гены ваалы активизировались, образно говоря, переходя из спящего состояния сразу в боевой режим. — Включился в разговор Рон.-
Разгоняясь практически с места сразу в гипер. Началось всё с нападения на тебя того… семихлыстого… в техническом отсеке. А затем уже во время взлета это усилилось. Что тогда произошло, можешь объяснить?
Я вздохнула, вспоминая собственные ощущения в тот момент. А затем и другие, те, что были гораздо раньше. С которых, похоже, на самом деле всё и началось. И, кажется, пришло время об этом рассказать:
— Всё началось не в том техническом отсеке, а в изоляторе. Когда спасенный мной восьмихлыстый пометил меня своей кровью в первый раз… Вместе с теплом на коже пришло странное, абсолютно необъяснимое ощущение общности. Выдать его вам, рассказать о том, что он сделал казалось самым настоящим предательством. Думаю на каком то уровне я знала, что если рассказать то вы как-то помешаете тому, что пооисходило, прервёте и не хотела этого. И тот зов, на который я шла и вас вела... Всё началось задолго до нападения на меня семихлыстого. Возможно даже тогда, когда я впервые увидела их командира в изоляторе. Когда наравне со страхом испытала иррациональное восхищение, в котором не решилась признаться даже самой себе. Когда, поборов страх, решилась подойти к нему и освободить. Несвойственное мне поведение… Необъяснимые порывы…
То, что произошло в техническом отсеке… Я испугалась тогда. За Брея испугалась. За вас всех, стоящих за моей спиной, куда устремились смертоносные щупальца. Меня в том момент будто обожгло изнутри. Но я так перенервничал тогда, что не сразу поняла даже. Нечто похожее произошло и при атаке того ксантарианского корабля. Я снова испугалась. Испугалась за всех нас. Не могла позволить чтобы что-то с вами случилось. Вы и так были ранены. Мы с вами через столькое прошли за последние сутки и всё напрасно?! И пришла злость. Самая настоящая ярость. Я никогда не испытывали ничего подобного, не знала даже, что способно на такие сильные эмоции. Разрушительные, убийственные, какие-то животные. Меня от этой ярости прям распирало изнутри. В прямом смысле хотелось бежать куда-то и рвать чьи-то глотки. Страшное чувство. Но противник оказался далеко и я была бессильна. Точнее та сила, что во мне проснулась вместе с яростью, на тот момент оказалась бесполезна, не способна остановить и всех нас спасти. И тогда пробудилась сила другая. Та, что, подобно первой, дремала во мне. Чувствовать всё это было… Странно и страшно. Страшно ощущать себя лишь безучастным наблюдателем в собственном теле, в котором происходит то, что происходить не должно в принципе. Они зашевелились внутри словно хищные звери, пробудившиеся от долгого сна, а потом сцепились в каком-то необъяснимом противостоянии. Это трудно объяснить, но... Я знала, чувствовала, что эти силы несовместимы, что им не место в одном теле. Это было невыносимо. Самая настоящая агония. Ксантарианцы изощрённые садисты если обрекают своих женщин на подобное…
