Картина Репина "Не ждали"...

В следующее мгновение поправила сама себя "Ждали. Очень ждали." Когда не глядя отложив куда-то в сторону странную, ни на что не похожую деталь, Брейдан сделал неуверенный шаг в мою сторону. Замер. А затем рванул так стремительно и резко, что я даже вздрогнула от неожиданности. И ахнула пораженно и немного смущенно, когда он слишком крепко и как-то судорожно сжал меня, с лёгкостью отрывая от пола, прижимая к своей груди. Замерла сама, ощущая невероятно быстрый бой сердца в груди, к которой оказалась прижата щекой.

— Кира…

Это было даже не имя — срывающийся стон на выдохе, наполненный таким количеством противоречивых эмоций, что у меня самой внутри всё дрогнуло. Вспомнилось каким я видела его последний раз. Ослабевший, израненный, бледный и окровавленный. Держащийся на ногах только усилиями парней. Не сводящий с меня взгляда даже когда крышка регенерационной капсулы закрывалась над его головой.

— Живой…

Вжалась носом в обтянутую мягкой тканью футболки грудь. Вздохнула, прикрыв глаза..

Словно домой вернулась…

Никогда не испытывала подобных бесценных ощущений в объятиях мужчины раньше, даже в объятиях тех, с кем прожила годы. Когда мужчина твой дом, твой надёжный приют, твоя тихая гавань среди всех жизненных штормов. Никогда не испытывала подобного до попадания в этот мир. А тут судьба словно разом восполнила всё то, чем безжалостно обделила на Земле. Рейн… Теперь Брей. И к Рону с Каем стремительно формировалось похожее отношение. Так здорово и так пугающе одновременно. Так крепко и так стремительно прирастать к кому-то, прекрасно осознавая, чем такое может в итоге закончиться.

Но оно того стоит, верно? Риск оправдан…

Похоже Брей, как и я, боролся с какими-то внутренними противоречиями, ну или просто очень сильно соскучился — он долго молчал, просто стоя рядом, просто сжимая меня, просто запустив в мои и без того взлохмаченные волосы пятерню и уткнувшись носом в них же. Сомнительное удовольствие, но я не препятствовала и не возражала. Чувствовала, понимала, что ему это нужно. Видимо крепко я заставила ребят понервничать своим беспробудным сном, спящая красавица блин.

Глубокий вдох, медленный выдох и меня слегка отодвинули чтобы заглянуть в глаза:

— Кира… ты… как здесь? Мы даже не знали, что ты очнулась! Где Кай? Почему одна?! Вдруг плохо и…

— Так. Стоп-стоп-стоп! — я с улыбкой приложила палец к губам Брея и он запнулся на полуслове. — Во-первых, без паники. Во-вторых, отвечаю по порядку. Очнулась буквально только что. Кая не видела, видимо отлучился как раз перед тем как я пришла в себя. И я не одна. Сейчас с тобой, а до этого… Сюда меня варлок проводил, что под моей дверью дежурство нёс. Молоденький такой. Чувствую я себя нормально, только тело пока слушается плохо и слабость небольшая, но, думаю, это поправимо.

Про побочные эффекты от обмена воспоминаниями благоразумно промолчала, как и про сам обмен. Будет ещё время поговорить об этом — более подходящее. Когда придется обсудить сложившуюся ситуацию, узнать новости и поделиться некоторыми фрагментами как бы своего прошлого. А сейчас мне просто хотелось…

Чего собственно?

Посидеть рядом с ним в обнимку… Погреться его теплом… Понежиться в его объятиях… Осознать наконец, что всё закончилось. Что мы вырвались. Мы смогли, мы выжили! У них для этого было почти две недели. Для меня же время словно остановилось. Я как будто была всё ещё в том самом дне. Закрыла глаза в медблоке, открыла в незнакомой спальне. Варлок, коридор, эта комната. Брай. Чужие воспоминания не заменят свои собственные. Как и не помогут разобраться в себе. Нужно время наедине с собой, на осознание, на принятие. Наедине с собой. Ну или вдвоем вот в такой уютной обстановке…

Я не стала спрашивать, что со мной было и почему меня так долго не могли привести в чувство. Просто не хотела. Ещё один серьезный разговор, который неминуемо поднимет и другие серьезные темы.

Не хочу. Не сейчас.

Потому спросила совершенно другое:

— Что ты делал когда я вошла? Над чем так усердно работал?

Брей замер на мгновение, видимо растерявшись от неожиданного вопроса. Потом расслабился. Неожиданно подхватив на руки, понёс к широкому дивану у противоположной от входа стены. Усадил. Опустился рядом, лицом ко мне. Я прижалась щекой к мягкой кожаной и весьма приятно чем-то пахнущей обивке и с улыбкой молча смотрела на него. В принципе мне и разговор не был нужен. Как и слова в принципе. Смотрела на него и улыбалась как дурочка. Будто пьяная.

Живой. Они все живые. Выжили. Мы выжили. Выбрались…

Я прекрасно понимала, что ничего ещё не закончилось. Что наша одиссея, скорее всего, с вылетом с планеты только начинается. Многое предстоит решить. Да и ксантарианцы всё это просто так не оставят, не остановятся на этом, обязательно ещё дадут о себе знать. Переварят случившееся, осознают изменения, произошедшие со мной, выработают новый план по возвращению блудной супружницы в “родные” пенаты, просчитают наперед ходы. И ударят когда мы меньше всего будет этого ждать. В этот раз им пришлось защищать меня от собственного народа. Не знаю, что у них там, в Ксантарийской империи происходит, но скорее всего вести меня на их планету было попросту опасно. Да и разительные изменения во мне, мое незапланированное ими преображение сбило правителей с толку, спутало все планы. Так что им проще было в этот раз отпустить меня, дать уйти. Они видели варлоков, что прикрывали меня, не могли не заметить парней, что готовы были отдать за меня жизнь. Поняли, что без защиты не останусь. И отпустили…

Плохо то, что они видели как и я за них готова собственной жизнью рискнуть. Предчувствую, знаю, что это мне обязательно ещё аукнется в будущем. Они не упустят использовать мою привязанность против меня самой. Обязательно превратят в рычаг давления когда им потребуется воздействовать на меня, принудить к чему-то. Я больше не та наивная девочка, влюбленная в них до самозабвения. Я больше вообще не она. Последнее они не знают, а вот первое точно поняли. Осознали, что просто приласкав и погладив по головке они от меня ничего не добьются. А значит будут действовать жёстче. Не нужно обольщаться на их счёт. Ксантарианцы, даже если что-то от их чувств к жене и осталось по прошествии четырехсот лет, останутся ксантарианцами. Они даже близко не подверженные сантиметрам люди, к которым раньше относилась и я. И осталась таковой в душе до сих пор. К тому же они правители и интересы собственной империи, интересы своей расы для них всегда будут на первом месте. Да и были ли чувства вообще? Вот в чем вопрос. Я до сих пор в этом не уверена. Так что набираемся сил, обдумываем всё, анализируем воспоминания и пытаемся превратить свои слабые стороны в преимущества.

Они появятся и я к их появлению буду готова. Если им от меня что-то нужно тм придется убедить меня, что это нужно и мне самой. Хотя бы интересно…

Планы хорошие, правильные. Но ещё нужно не забывать жить пока есть такая возможность. Из последних событий я вынесла один хороший урок — больше ничего не откладывать на потом. А ещё послать к черту все ложные принципы вместе с лживой человеческой моралью… Просто жить. Просто быть счастливый пока есть возможность. Дышать полной грудью, любить без оглядки…

— Я тут пытаюсь кое-что переделать в начинке корабля. Долго голову ломал, что эти ксантарианцы тут набаламутили. Рона насилу уговорил…

На что он там с таким трудом подбил упрямого дайго я так и не узнала…

Он с улыбкой говорил, не сводя с меня глаз, а я резко подалась вперёд накрывая губами теплые губы Брея. Он успел лишь сделать резкий, тихий вдох, а я уже сидела верхом на его коленях, мои руки запутывались всё сильнее в его густых, волнистых волосах, сжимая пряди между пальцами, притягивая мужчину к себе.

Дежавю…

Целовала Брея, отдаваясь этому полностью, без остатка. Пила прерывистое дыхание мужчины… Ласкала губами упругие губы, чуть прикусывая их зубами… Гладила напряжённое тело, крепкие широкие плечи, литые мышцы груди, рельефный живот … Запутывалась пальцами в волнистых волосах, то притягивая за них к себе ближе, то запрокидывая его голову назад, открывая доступ к шее, по которой медленно приходилась губами…