Но я ведь не такая! Где это видано, чтобы бежать в постель к первому встречному? Пусть он хороший, почти идеальный! Контуженный и разведённый. Нежный, добрый, заботливый, да ещё и симпатичный… Где такого найдёшь в наши дни?

— Спокойной ночи, — киваю спешно и прячусь в спальне.

Укладываюсь в кровать, пока за окном всё ещё бушует стихия. Грохот, молнии, всё сверкает. Кружусь в кровати, в пытаясь взять себя в руки и хоть немного поспать. Ну и ночка выдалась!

Наконец, отключаюсь.

Вздрагиваю сквозь сон, от громкого лая собаки. Резко сажусь.

Солнышко уже радостно светит в окна, словно бы и не было ночной бури. Смотрю на часы — половина десятого. Вот это поспала!

По дому витал аромат свежей еды, я быстро встаю, поправив халат, и выхожу на кухню как раз одновременно с Василисой и компанией, что нагло вторглись на мой участок, погладив Чака, поднявшего тревог, по холке.

И все, включая моих гостей, с долей недоумения созерцаем следующую картину.

Саня стоит у плиты, жарит блинчики. В тех же шортах, помятый, с голым торсом. В ухе виднеется наушник, мужчина сосредоточенно переворачивает блинчик на сковороде, и приметив меня, широко улыбается.

Василиса стоит разинув рот, и быстро переглядывается с подружками.

— Зашли проверить тебя, — говорит Лена, — Но вижу здесь есть кому присмотреть? И завтрак приготовить?

Саня, но не Пушкин, оборачивается на девчонок, извлекая из уха наушник, и кивает, услышав её последнюю фразу. Василиса так и стоит, сжимая в руке пакет с молоком и булочкой, что, вероятно, должна была служить для меня даром.

— Давайте, девчонки, — призывает мужчина их жестом и ставит на стол тарелку с блинчиками, — Налетайте. Вот я мёд принёс, со своей пасеки.

В центре круглого стола и правда стоит баночка с мёдом.

Василиса с обалдевшим лицом опускается на стул и суёт мне в руки пакет с гостинцем. Я в не меньшем недоумении, но виду не показываю.

Мне нравится их реакция. Даже забавно.

— Катюха, налей девчонкам чаю! Не стой истуканом, — бодро обращается ко мне сосед и подмигивает весело, кажется, его тоже забавляет эта игра.

Правда, понять суть я не могла. Он ведёт себя так назло Василисе? Между ними что-то было!

Это озарение буквально шокировало, пока я автоматически доставала кружки в радостный красный горошек из кухонного шкафчика.

Нарезаю лимончик, выкладываю в тарелочку, пока Саня устроил настоящее шоу с перекидыванием блина. От моих глаз не скрылось, как перекатывались мышцы его рук. И как жадно Василиса с Леной за этим следили.

— Тань, — оборачивается к третьей, безымянной подруге Василиса, — садись, чего ты?

Девушка кидает на меня быстрый и вопросительный взгляд.

— Так, может, мы это… мешаем здесь? — задала вполне логичный вопрос в этих обстоятельствах Татьяна, оглядывая всех участников этого мероприятия.

— Глупости! — отмахивается Васька.

— Всё в порядке, — одновременно с ней отвечаю, и тут же начинаю злиться.

Откуда у неё уверенность в том, что они нам не мешают?

Таня осторожно опускается на стул, пока я наливаю чай по кружкам нашей большой компании. Чувствую себя какой-то обманщицей, если честно. А Васька очень внимательно следит за каждым моим движением, словно бы в попытке уличить во лжи.

Сажусь за стол, пока Саня выливает остатки теста на сковороду и дожаривает последний блин. Подаёт его мне, словно заправский официант и, тронув моё плечо, говорит тихо и как-то особенно и даже интимно:

— Так, мне пора. Дел по горло. Увидимся, — смачно чмокнув меня в висок, двигает в сторону двери.

Троица делает вид, что всё под контролем. А мне это удаётся с трудом.

Повисает тяжёлая пауза, в течение которой мы слушаем удаляющиеся шаги Сани и Чака. Потом девчонки выдыхают и обращают на меня острые взгляды.

— У вас что, что-то было?! — возмущённо выдыхает Василиса.

Я даже рта раскрыть не успеваю, чтобы отрицать, как в разговор включается Елена.

— А тебе какое дело? Ты уже упустила Санька!

А вот это уже интересно.

— Вы встречались? — уточню деловито, размазывая мёд по блинчику.

Готовил сосед тоже отменно.

Василиса нехотя кивает и тяжело вздыхает.

— Да повелась на мажора, — кивает Таня на соседний участок с другой стороны от меня, — И Саню потеряла.

В этот момент я откусила блин и чуть не поперхнулась. Васька схватила меня за руку и, заглядывая в лицо, шипит почти зло:

— Это он точно мне назло! Значит, любит ещё!

— Ты про Гора тоже так говорила, а он тебя «поматросил и бросил», — замечает Татьяна, изящно погружая свой блинчик в мёд.

— Это была ошибка! — слишком уж эмоционально кидает Васька и поворачивается ко мне вновь, — Ты уж прости Савельева. Он точно не хотел тебя обидеть. Просто его раненое самолюбие заставляет делать глупые и необоснованные поступки.

Я с трудом проглатываю откусанный блин, и слизывая с пальца медовую сладость. То есть, это я необдуманный поступок по логике моей детской подруги?

— Ты совершишь ошибку, Кать, если влюбишься в него. Потому что он это всё мне назло.

Ленка закатывает глаза и качает головой.

— Я знаю, он меня не забыл!

— Да Савельев уже полпосёлка попробовал, с чего ты взяла, что на тебе свет клином сошёлся? — не выдерживает Елена, и отпивает шумно чай.

А эта новость уже ранит. Так пасечник у нас ещё и ходок? Образ его меркнет стремительно, оставляя очень неприятный осадок.

Короче, оскорбляли меня на этом завтраке по полной.

— Потому что я чувствую — между нами настоящие чувства! — уверенно заявляет Васька и снова смотрит на меня, — Ты прости, Кать, конечно. Не хочу тебя обидеть. Но ты не в его вкусе. Он выбирает обычно девушек стройных и красивых. А вокруг тебя вьётся, чтобы меня задеть. Потому что новеньких здесь для него не осталось. А ты не в курсе всех дел, что у нас твориться.

Отхлёбываю чай.

То, что происходило ночью, не было похоже на показуху. В отличие от того, что было утром. Но опять же, откуда он мог знать, что Василиса и подруги зайдут ко мне с утра? Или знал?

Как бы то ни было, подумать здесь было о чём.

Медленно киваю на слова Васьки и тянусь за вторым блином.

— Знаешь, — говорю наконец, — Пока толстый сохнет, худой сдохнет.

Девчонки тут же смолкают и переглядываются. Первой, как всегда, оживает моя бывшая подруга.

— Ты это к чему?

— К тому, что может вкус у твоего бывшего изменился? Или знаешь его ты не так хорошо, как думаешь? М?

— Поверь, я знаю его лучше всех! — оскорбляется Василиса.

— Ну, тогда, может, ты объяснишь, почему он жарил блины сегодня утром для меня, а не для тебя?

Таня и Лена поворачиваются к своему лидеру и молча ждут, что она ответит.

Васька гордо вскидывает подбородок.

— Всё у нас было, Вась. Я же не знала, что у вас здесь Санта-Барбара, прости. Я поди, может, и не в его вкусе, но явно поумнее, — откусываю от блина с видимым наслаждением, отпиваю чайку с лимончиком, — И у нас свидание на завтра запланировано. Наверное, тоже тебе назло?

Девушка щурится, глядя на меня, с подозрением. Кажется, разбередила улей. Но так надоело быть мальчиком для битья! Я личность, чёрт возьми!

А Савельев у меня ещё попляшет! Я его по судам затаскаю! За пасеку и ночные домогательства! И вообще, зачем в это ввязалась всё?

— На праздник, что ли, пригласил? — миролюбиво уточняет Татьяна.

— Какой праздник? — брякаю, не подумав.

— Ну Иванов день же завтра. Будем венки пускать, через костёр прыгать. Здесь у речки, в лесу, — девушка машет рукой неопределённо, а я решительно киваю.

Дело за малым — заманить туда Савельева и заставить притвориться, что мы пара для Васьки. Но при этом не позволять себе верить в это. Как-то всё странно и неопределённо.

— Там собираются все местные и приезжие. В этом году народу будет много, киношники, наверное, тоже будут… — задумчиво добавляет Ленка.