— А может, я таким и был. Откуда ты знаешь?

Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю. Еле сдерживаясь, чтобы на него не наорать.

— Я еще раз повторяю. Реши вопрос с жильем своей дочери. Дальше я разберусь сама.

Я слышу гудки в трубке. Он ничего не ответил. Просто сбросил звонок.

Две недели спустя.

— Мам, ты как? — Спрашивает Саша и садится рядом на диван.

Я удобнее устраиваюсь ноги на пуфике и подкладываю под поясницу подушку, день выдался тяжелым.

— Нормально. Устала.

— Вероника останется у меня, — говорит Саша и чешет затылок, — я тут с отцом говорил.

— Ну хоть ты говорил с ним, он уже две недели от меня скрывается, вроде я этот цирк устроила, а не он.

— Папа объяснил что произошло…

— Саш, не нужно его защищать.

— Я не защищаю, просто подумал что нужно объяснить его позицию.

— Не нужно, — я резко опускаю ноги на пол и смотрю на сына. — Мне это не нужно. Он мог поступить порядочно, мог все рассказать, ничего не скрывать. Но решил иначе. — Я развожу руками. — А сейчас я последние дни доживаю в этой квартире и думаю, когда родная мать придет и меня выселит. И в этом виноват твой отец. Если бы он думал своей головой, он бы все это не устроил. Хочет завести другую женщину? Пожалуйста, разводимся, расходимся. И каждый занимается своей жизнью. Но нет же, он устроил какой-то цирк из этого. Пытался скрывать, что-то делать втихую. Ну и чем это закончилось? Сейчас он вообще непонятно где.

— Он вернулся в город.

— Ну и замечательно. Надеюсь, здесь он не появится.

— Говорит, что поможет Веронике с жильем. Ну, чтобы она не кантовалась то у тебя, то у меня.

— Вот и хорошо, хотя бы возьмет ответственность за своего ребенка. Саш, я больше не хочу с тобой это обсуждать. Я понимаю, что он твой отец, и у тебя свой взгляд на ситуацию. Он всегда останется твоим отцом. Я не хочу портить ваши отношения. Выводы ты делаешь сам. Для меня твой отец теперь просто мой бывший муж. И нас уже ничего не связывает.

— Все, мам, я понял. Я не буду больше поднимать эту тему.

— Спасибо тебе.

Саша, опустив голову, уходит. Я понимаю его желание обсудить эту ситуацию. Но я не хочу общаться на тему Тимура, тем более со своими детьми.

Последние дни на меня немного давит Вероника. Она тоже говорит, что нам нужно поговорить и все как-то решить. Но я этого не хочу.

Мне это неприятно. Наверное, у меня все еще остались какие-то чувства к своему мужу. Ну, конечно, остались. Мы столько лет прожили вместе. И мне все еще больно.

И его поведение просто сводит с ума.

Я до сих пор не могу понять, как он додумался так поступить.

За эти две недели мне удалось узнать, что он развелся со мной специально, чтобы часть финансовых проблем не легла на меня. Но считаю, что поступил неправильно.

Он мог об этом сказать, предупредить. И это ни в коем случае не оправдывает то, что он завел любовницу и обвинял меня во всех смертных грехах. Говорил, что я не уделяю ему внимания, я недостаточно женственна для него.

Алина, судя по всему удовлетворяла его потребности, и так это хорошо сделала, что он ее столкнул с балкона, а потом бросил в больнице после потери ребенка.

Он бросил свою любовницу, бросил наших детей. Они, конечно, взрослые, но я считаю что его поступок отвратителен.

Он всегда мне говорил, что работает ради детей, работает ради того, чтобы у них было хорошее будущее. И чем это закончилось? У нас не осталось даже жилья.

Мы практически на улице. Хорошо, что у Саши есть квартира, которая оформлена на него, и никаким образом ее никто не сможет забрать.

Допустим, он сейчас поможет Веронике. Но что будет со мной?

Женщина средних лет, без собственного жилья. Конечно, со временем я смогу заработать. Но, скорее всего, только на съем.

Сомневаюсь, что у меня получится купить свое жилье. За эти две недели у меня были неплохие заказы, но организация праздников — это не то, на чем можно заработать миллионы, даже при большом желании.

Саша ушел и я снова осталась одна. Сегодня вечером у меня отдых и я планировала провести его дома за просмотром фильмов.

Но в голове крутится куча мыслей, которые не дают расслабиться, поэтому я одеваюсь и иду прогуляться в парк.

Несколько раз звонит телефон, но я не отвечаю — номер не знакомый. Не хочу сейчас ни с кем разговаривать.

Но тут звонит Саша и приходится ответить.

— Мама! С тобой пытались связаться! Папа в больнице!

— Что случилось?

— Его сбила машина… Ты все еще в списке его экстренных контактов, но потом вышли на меня. Ты можешь приехать?

— Говори адрес.

До больницы добираюсь как в тумане. Не имею представления, что там меня ждет, а когда захожу в палату, то вижу Тимура, который лежит на постели.

Его голова перебинтована, лицо опухшее, особенно правая сторона, на ней виднеются синяки. На правую руку наложена повязка. И правая нога в гипсе.

Да, ему серьезно досталось.

— Что случилось?

Муж медленно поворачивает голову в мою сторону, и нервно усмехается.

— Карма?

— Если бы это была карма, то ты бы не выжил.

— Не виню тебя в том, что ты на меня злишься.

— Злишься, это мягко сказано. Но все же у меня еще осталось что-то человечное. Так что случилось?

Я подхожу ближе и хочу сесть на край кровати, но боюсь его потревожить. Смотрю по сторонам, нахожу стул, подвигаю его и сажусь.

Ноги меня не держат, а руки дрожат. Никогда не видела своего мужа в таком состоянии.

— Неудачно перешел дорогу.

— Я сомневаюсь, что это просто случайность.

— Я же говорю, карма.

— Ты как?

— Сломанная нога, сломано несколько ребер, легкое сотрясение. В целом жить буду.

— Я смотрю, в твоем голосе еще слышится оптимизм. Как удивительно. Когда это случилось?

— Несколько часов назад. Меня подлатали. Я был без сознания. Поэтому, видимо, позвонили тебе.

— Да, я у тебя в экстренных номерах. До меня дозвониться не могли, позвонили Саше. Видимо, его номер нашли в твоем телефоне.

— Он заходил.

— Да, я знаю. Ждет в коридоре. Так что случилось? Тут полиция, говорят, они хотят снова со мной поговорить. Тимур, во что ты меня втягиваешь? Это из-за денег? Ты еще что-то натворил?

В мою голову лезут самые ужасные варианты развития событий. Я уже начала думать о том, что он задолжал каким-нибудь бандитам, и его на самом деле избили, не просто попал под машину, потому что выглядит он просто ужасно.

— Карма, — снова повторяет Тимур.

— Да прекрати ты это повторять. Я серьезно. Что случилось?

— Алина.

— Тебя сбила Алина?

— Да, на машине. Сбила, а потом еще сдала назад и разок переехала.

Я делаю глубокий дух и медленно выдыхаю. Закрываю лицо руками. Мне просто не верится.

Тимур отвратительно поступил со мной. Он ужасный человек. И я его до сих пор ненавижу. Но он все равно остается тем человеком, с которым я прожила долгие годы. И сейчас я его не могу просто так оставить.

Я себе этого не прощу. Как бы он со мной поступал, как бы он со мной не поступал. она решила меня переехать.

— Ее задержали?

— Да, задержали, насколько я знаю.

Я поднимаюсь со стула, складываю руки на груди и отхожу к окну. Все еще не могу прийти в себя.

— Да, похоже и правда на карму. Ты толкнул ее, а она сбила тебя на машине.

— Это была случайность.

— Ты про машину или про то, что ты ее оттолкнул?

— Мы просто ругались, я не рассчитал силы.

— Да, и ты решил сбежать.

— Я не сбежал.

— Нет, ты решил сбежать. Ты понимаешь, там была наша дочь, и ты об этом знал. Отобрал ее телефон. Могли обвинить ее!

— Но не обвинил же никто.

— Я не знаю, как ты договорился с Алиной. Но смотри, во что это вылилось. Хорошо, что она отомстила тебе, а не мне или нашим детям. Тимур, это уже переходит все границы. Ты, по-моему, теряешь связь с реальностью. Ты понимаешь, что все твои поступки, они сказываются на твоей семье. Ты не один. У тебя есть семья, у тебя есть определенные обязательства. Я не знаю, что ты собираешься делать дальше, но тебе в первую очередь нужно думать о том, что нельзя вот так жить. Нельзя совершать подобные поступки и рассчитывать, что это тебе не аукнется.