— Но деньги…

— Деньги это не главное, Вероника. Я понимаю что ты выросла с мыслью, что можешь купить все, но сейчас нужно перестраивать свое мышление.

Вероника тяжело вздыхает.

Ей больно, я её не виню. Я даже рада что так случилось, может быть сейчас она поймет что надо менять образ жизни.

Тимур наворотил дел, а теперь оставил меня их расхлебывать, но я не собираюсь плакать и страдать, даже мстить не хочу.

У меня новая жизнь и в ней нет места Тимуру.

На следующий день я встретилась с заказчиками и мы обсудили с ними предстоящий праздник. Все прошло тихо и спокойно и я уже была уверена, что остаток дня проведу также.

Мне позвонил незнакомый номер и я ответила.

— Это Алина.

Я вздрогнула и тут же хотела сбросить звонок, но усилием воли этого не сделала.

— Я не могу связаться с Тимуром.

— И ты решила позвонить мне?

Алина молчит.

— Ну, говори, что ты еще хотела?

— Он не отвечает на мои звонки.

— Но, вы же собирались за границу уезжать. А я тут при чем? Я сказала вам, скатертью дорога. Езжайте куда хотите. Меня это не касается. И сейчас я не понимаю, зачем ты мне звонишь.

На самом деле мне не хочется с ней так грубо разговаривать. Да, она поступила ужасно с моей семьей. Этого не отменить. Но она пострадала. И, возможно, пострадала от рук моего мужа.

— Как ты себя чувствуешь?

— Я потеряла ребенка. Довольна?

— Я не знаю, кем ты меня считаешь. Наверное, ужасным человеком, — говорю я. — Но я никогда не желала зла ребенку. Я никогда не пожелала зла ни одному ребенку на этом свете. Поэтому не нужно так говорить. Не имею представления, где Тимур. На мои звонки он тоже не отвечает.

— Он не мог со мной так поступить. Я в это не верю. Он обещал, что будет со мной и будет меня поддерживать.

— Ну что я могу тебе сказать, Алин? Подумай тогда о том, что он именно от тебя хотел. На самом деле хотел. И я не об отношениях, и любви. За последние дни я узнала, что мой муж не являлся тем человеком, которым я думала. Возможно, и от тебя он хотел чего-то другого.

— Но он любил меня, любил, правда.

— Я помню, сколько раз ты мне пыталась это доказать. Только знаешь, если бы в ваших отношениях всё на самом деле было хорошо, тебе бы не приходилось это делать. На этом все, у меня работа. Больше не звони мне никогда.

Я отключаю телефон и добавляю Алину в блок.

Надеюсь, она больше мне не позвонит.

— Что будешь делать дальше? — Спрашивает Света, когда мы с ней снова встречаемся в офисе, чтобы согласовать все по заказу.

— Не знаю. Работать. Попытаюсь Веронику отправить учиться…

— Я про Тимура.

— А что Тимур? Он со мной развелся. Наверное, это и к лучшему.

— Ты не хочешь ему отомстить? Написать заявление в полицию? Он с тобой развелся без твоего ведома. Это же мошенничество. Ты понимаешь, что ты должна была получить при разводе?

— При разводе я могу получить только долги. Ты не забывай, что когда делят имущество, то делят не только совместно нажитое. Если у него есть какие-то проблемы, то этот груз ляжет и на меня. Может быть, поэтому он со мной развелся, когда понял, куда это все катится.

— Он мог объяснить.

— Свет, я прекрасно это понимаю. Мог, но не стал. Он поступил именно так. И у меня сейчас нет никакого желания с этим разбираться. — Я тяжело вздыхаю и устало опускаюсь на стул. — У меня достаточно проблем. Нужно сейчас думать о том, как заработать, о том, как выжить. А тратить время и силы на беготню по всяким инстанциям, чтобы что-то доказать? Я вообще не вижу в этом смысла. Поговорить с ним, конечно, хочу. Все выяснить, да. Но писать заявление — нет, это не для меня.

— Не знаю, мне кажется, я бы весь мир перевернула и со света бы его сжила. А когда сжила, снова бы притащила обратно, дала по морде и засунула обратно в ад, где ему самое место.

— Возможно, — я пожимаю плечами, — но сейчас я за собой таких сил не чувствую. Все, что я хочу, это добиться успеха в работе и стать независимой. Это все, что мне нужно. А остальное... У меня есть Вероника, чокнутая мать, которая треплет мне нервы. Спасибо хоть Саше за то, что он во все это не лезет и не создает мне новых проблем. Я со всем справлюсь. Тимура проблемы, меня больше не касаются.

Зря я так думала, потому что все только начиналось.

— Мне нужна моя квартира, — заявляет мама.

Она неожиданно приехала вечером, когда я уже валилась с ног. Вероника ушла встретиться с подругами, а я надеялась пораньше лечь спать.

— Мам, это не твоя квартира, она просто оформлена на меня.

— По документам она моя, и она мне нужна.

— Зачем тебе есть здесь жить? Мам, что ты устраиваешь? Мне, других проблем еще не хватало?

— В моей квартире ремонт, поэтому я буду жить некоторое время здесь.

— Мам, я тебе рассказала, что сейчас происходит с Тимуром. Нам больше деваться некуда. Поэтому прекрати, хотя бы ты на меня не дави.

— Потому что нужно было быть умнее. Я тебе много раз об этом говорила. Тимур так с тобой поступил, потому что ты вечно показывала характер и возмущалась. Женщина должна быть мудрее.

— Мам, не начинай, я тебя прошу. Я сейчас попала в очень сложную ситуацию. Пытаюсь из нее каким-то образом выбраться. Я пошла работать.

— Ой, давай не будешь страдать. Все работают и все растят детей. И одна ты самая несчастная пошла работать и устраиваешь из этого драму.

— Я не устраиваю драму. Я говорю о том, что ты сейчас мне создаешь еще больше проблем. И куда мы пойдем с Вероникой?

— Вернитесь в дом.

— Я не могу вернуться в дом. Его забрал банк.

— Ну, значит, разговаривай со своим мужем.

— Он мне не муж.

— Что значит не муж? Вы что, уже развелись? Так быстро не разводят.

— Он развелся со мной еще год назад. Ну, и, судя по всему, забыл мне об этом сказать.

Мама поджигает губы и смотрит на меня. Почему-то у меня есть ощущение, что на самом деле ей не нужна эта квартира. Здесь кроется что-то другое. Но я пока не знаю, что именно. Да и разбираться не хочу. Это не мое дело.

— Мам, — я делаю глубокий вдох. — Прекращай. Сейчас не та ситуация, чтобы продолжать меня пилить. Могла бы хоть раз жизнь мне помочь.

— Я тебе и помогаю. Освободишь квартиру. По документам она моя. Я могу сделать с ней все, что угодно.

Мама забирает свою сумку и уходит в коридор. Опускаюсь на стул и сжимаю в руках полотенце. Что ж у меня за семья такая? Никто не хочет помогать, только палки в колеса вставляет.

Слышу, что дверь закрывается, беру телефон и снова набираю Тимура. Я уже не жду, что он мне ответит. Но неожиданно слышу его голос.

— Алло.

— Боже, наконец-то. Да что случилось?

— Ничего не случилось.

— Почему ты не отвечал на звонки?

Он молчит.

— Ты в курсе, что наше имущество арестовали?

— Да.

— А ты в курсе, где мы теперь живем?

— Ну, ты же хотела быть самостоятельной. Так в чем дело? Говорила, что нашим детям тоже нужно больше самостоятельности. Я уверен, что у тебя все получится.

— А что насчет развода, об этом ты тоже забыла рассказать?

— Это было необходимо.

— Необходимо, — фыркаю я. — Замечательно ты придумал. Сбежал и все скинул на меня.

— Но ты же хотела быть...

— Да прекрати ты это повторять. Сколько можно, Тимур? Так. Мы сейчас живем в моей квартире. Но сейчас мама выгоняет меня из этой квартиры. Мне нужно жилье. Жилье нужно твоей дочке. Если тебе на меня наплевать, подумай хотя бы о ней. Я сейчас буду решать вопрос ее обучением. Этим я займусь сама. Но дочери нужно жилье.

— У меня ничего нет. Ничего не осталось.

— Я уверена, что ты приберёг какие-то денюжки. Поэтому прекращай. И подругу про свою не забудь. Она там лежит, страдает, что ты её бросил.

— А это уже моё дело. Тебя это не касается.

— Тимур, ты ведёшь себя, как последний козёл. Мы с тобой прожили столько лет. Я просто поверить не могу, что ты стал таким.