— Будешь. Куда ты денешься? — Муж делает быстрый шаг вперед.

Я отступаю назад, прижимаясь бедрами к столу, он смотрит на меня так, будто хочет уничтожить, я хватаюсь руками за край стола и забываю как дышать. Он в бешенстве.

— Рот закрой и веди себя тише. Не порти праздник нашей дочери. Я устал от тебя и твоих криков. Надоело.

— Надоело? — Шепчу еле слышно.

— Да, надоело. Ты то ведешь себя как истеричка, то не дождешься хоть какой-то реакции. Я с тобой как на пороховой бочке, никогда не знаю что ожидать.

Это я сейчас не знаю, что именно ожидать от своего мужа. Он смотрит на меня. Я жду самого худшего. Самого ужасного, что может произойти.

Мои колени слабеют, а тело дрожит. Хочется спрятаться, исчезнуть, испариться. Только бы не видеть этот ужасный взгляд, который меня пугает.

— Я еще раз повторяю, Альбина ничего страшного не произошло. Ты меня поняла? Сейчас возвращаешься на праздник и ведешь себя, как обычно. Приехали дети. У твоей дочки сегодня день рождения, поэтому веди себя достойно и не закатывай истерику.

Пару часов назад я увидела своего мужа со своей лучшей подругой. Он так прижимал ее к себе, что первые секунды я просто не могла поверить своим глазам.

Что ему не хватало? Близости? Но она была в наших отношениях. Может быть, не так часто, как ему хотелось, но я тоже уже не девочка. И у меня не на все есть силы. Я уже начинала думать, что в этом возрасте либидо утихает и желание не такое яркое и частое, как в тридцать. Но, может быть, я ошиблась? Но даже если это так, я не заслуживаю такого унижения.

Я не считаю, что он имеет право ко мне так относиться.

— Ты меня поняла?

Сергей склоняется надо мной, смотрит в глаза, а я сжимаюсь в маленький комок и единственное, на что хватает сил, это тихо сказать:

— Да.

— Я очень надеюсь, что ты меня поняла. И проблем больше сегодня не будет. И никаких разговоров на эту тему. А теперь быстро пошла в ванну, вытерла сопли, привела себя в порядок, успокоилась. И через пять минут, чтобы ты была внизу и улыбалась гостям.

Сергей уходит, а я несколько первых секунд все еще не могу сделать вдох.

Ребра болезненным кольцо сжимают легкие. Я хватаюсь за грудь и склоняюсь вперед. Меня тошнит. Кажется сейчас вырвет.

Я даже не помню, когда испытывала подобный страх. Я и правда боялась, что он может ударить меня сделать мне больно. Откуда же столько ненависти в его взгляде и голосе?

Я не успеваю прийти в себя, как на кухню заходят Андрей Миша.

— Мама что ты здесь делаешь? Нужна какая-то помощь?

— Нет.

Я поправляю волосы и отрицательно качаю головой.

— Мам, с тобой всё нормально? — спрашивает Андрей и сразу идет холодильнику, открывает его, не глядя на меня, — выглядишь бледной, перенервничала?

— Да, — я с трудом подбираю слова, — перенервничала, еду не вовремя привезли и потом украшения…

— Как всегда, волнуешься глупостях, все пройдет нормально. Настя даже не заметит. Она уже в саду фотографируется с подругами. Папа сейчас подарит ей машину и она вообще забудет про еду.

— Машину?

— Да, ты не знала? Её уже привезли, стоит с бантом у ворот.

Тут я слышу, что музыка начинает играть громче.

— О! Идем братан, — говорит Андрей Мише, — сейчас будут вручать подарок. Что? Делаем ставки? Как быстро наша сестра её разобьет?

Я будто в тумане, иду следом за своими сыновьями. И я даже не знала, что Сергей приготовил Насте такой дорогой подарок.

Она просила браслет известного бренда, но я ей отказала и тогда Сергей сказал, что купит подарок сам.

Конечно мне хотелось сделать что-то приятное для дочери, но машина это неожиданно. Она только недавно получила права ее навыки вождения достаточно плохи, конечно, понимаю, что все вначале плохо водят и со временем научатся, но я надеюсь только на одно, что он купил и не слишком дорогой машину.

Сергей всегда баловал дочь. И мне это не нравилось. На этой почве у нас часто были ссоры.

Я выхожу на улицу и понимаю, что гости уже собрались на улице.

Быстро ищу взглядом Тамару. Нахожу. Её ярко-рыжие волосы сложно не заметить в толпе.

Она не ушла и причем стоит рядом с Настей что-то ей говорит, смеется.

Тут открываются ворота и во двор выезжает новенькая спортивная машина. Я понимаю, что стоит она очень дорого. Мне не нравится что Сергей не обсудил со мной такой подарок.

Но сейчас у меня даже нет сил и эмоций ему что-то об этом сказать.

Настя радостно пищит бросается отцу на шею, обнимает его, расцеловывает, а потом бежит к машине вместе с братьями.

Гости громко кричат, аплодируют. А я снова смотрю на своего мужа.

К нему подходит Тамара, улыбается, что-то говорит, а затем осторожно поправляет ворот рубашки.

Она смеет к нему прикасаться прямо тут?

Я быстро смотрю по сторонам. Никто ничего не замечает не обращает внимание, наверное, думает, что она просто по-дружески поправила ему воротник, но я-то знаю, какой в этом скрытый смысл и мне мерзко.

Он только что на меня кричал, разговаривал со мной, как полным ничтожеством, а сейчас стоит и улыбается, будто ничего не произошло.

Совершенно не понимаю, что делать дальше. Мне страшно. Я делаю несколько шагов вперед, Сергей поворачивается ко мне, хмурится.

Снова вижу это выражение лица.

Останавливаюсь. Я боюсь своего мужа. Никогда бы не подумала, что это может произойти.

Следующие минуты проходят будто в тумане. Я вижу как дочь подбегает к мужу, обнимает его, благодарит за подарок.

— Мои родители самые лучшие, — говорит дочь гостям, — такой подарок я не ожидала! Как же я счастлива, папочка, я знаю что ты выбирал, мама бы такого не позволила.

— Это было наше совместное решение, — говорит Сергей и обнимает меня за талию, — да, дорогая?

Он смотрит на меня, все гости смотрят, а я не могу вымолвить и слово. Дыхание спирает.

— Да-а.

Мой голос почти не слышен.

Гости поздравляют Настю, а я сжимаю пальцами рукав пиджака мужа и тяну его за собой.

— Что ты творишь? — Шипит муж.

— Это ты что творишь? — Я срываюсь на слёзы, — машина? Ты серьезно? Спортивная машина?

— В чем дело, Альбина?

— Наша дочь безответственная и избалованная, и ты её такой сделал. Она невнимательная…

— Прекрати, она уже взрослая.

— Ты это специально сделал, чтобы меня позлить.

Я быстро смотрю по сторонам, мы с Сергеем отошли в сторону, но я боюсь нас могут услышать.

Я бы отложила этот разговор, но я сейчас так зла, что не могу сдерживаться.

— Ты специально, — продолжаю я, — ты знал что я против. Ты постоянно так делаешь. Потакаешь всем её желаниям!

— Она моя дочь!

— А я твоя жена и мы вместе растим детей, но ты мое мнение ни во что не ставишь.

— Альбина, сейчас не время. Прекрати!

— А когда будет время? — Я жалобно всхлипываю, — когда твоя Тамара переедет в этот дом? Я не буду ждать этот момент. Я ухожу.

Я разворачиваюсь и иду в дом, не знаю по какой причине эта машина так сильно вывела меня из себя.

Но у меня ощущение будто счастливы сегодня все кроме меня.

Сегодня праздник дочери и я хочу найти в себе силы радоваться, но не могу. Я такая злая, что понимаю, мне лучше уйти.

Я поднимаюсь в свою спальню, переодеваюсь в простую и удобную одежду, а затем собираю волосы на затылке.

Прическа, макияж — сейчас меня это все только раздражает.

Я беру сумку и складываю туда свою одежду.

Мы с Сергеем, после праздника хотели уехать на пару дней за город, теперь я поеду туда одна. Нужно успокоиться и принимать решения с трезвой головой.

Сейчас я не могу даже понять с чего надо начать. Мысли путаются, эмоции зашкаливают. Хочется кричать и плакать. В таком состоянии я не смогу ничего решить.

Закрываю сумку на замок и понимаю что за мной кто-то наблюдает.

Только бы не Сергей…