Хёншик протянул ему телефон со скриншотами. Тэгён смурнел всё сильнее, пока читал.

— Думаешь, это тот же самый сплетник?

— Мне показалось, что стиль похож. Он буквально пошёл в атаку. Чуть ли не каждый день статьи выходят, где марается её и моё имя.

— А если это женщина?

— И кому я, по-твоему мог так перейти дорогу? Ты же знаешь, как у меня с отношениями.

— У меня нет версий.

— Я подумал вот о чём. Если нанять проверенных айтишников, чтобы они промониторили соцсети на предмет этих слухов? Не знаю, похожих фраз, или её фотографий в чужих аккаунтах, может мы бы смогли что-то выяснить?

— Да я уже пытался такую проверку провести. Пусто.

— А в закрытых аккаунтах? Кто-то следит за ней, за её жизнью, передвижениями, публикациями в инсте. Для профессионалов взломать закрытый аккаунт не проблема.

— Но это вмешательство в личную жизнь. Это наказуемо.

— Нам бы только выяснить, кто это и потом будем действовать законными методами. Пойми, мы обязаны её защитить. Только недавно она выбралась из одного скандала и сейчас рискует попасть в другой. До этих статей её обвиняли в охоте за деньгами, в продажности.

— Что ж, закрытые аккаунты я не проверял. Хорошо. Попрошу ребят. Может ты и прав.

— Спасибо, — улыбнулся Хёншик и протянул ему руку для пожатия.

Тэгён думал. Однажды он сам сказал, что никакая женщина не встанет между ними. И вот настал тот день, когда одна всё-таки стала. Хёншик прав, они оба ошиблись и сглупили. Оба были неправы. Но они не соперники, потому что ему Ён Хи однозначно дала понять, что воспринимала его исключительно как друга и это уже не изменится.

Менеджер решительно пожал руку актёра и вымученно улыбнулся. Никто не обещал, что будет легко и что она упадет в его объятиях. Просто теперь, если он начнёт с кем-то встречаться, это должна быть девушка, которая не будет пересекаться с его подопечным.

💠

Ён Хи не хотела ни с кем из них говорить. И видеть их обоих не хотела. Впереди маячили выходные, когда занятий у неё не было. Остаться в городе — значит пересечься как минимум с Хёншиком, а она сейчас была очень зла на него и крайне обижена. Надо же! Без неё её женили! Сами всё порешали. Они что, в средневековье дремучем, когда у девушки не было никаких прав?! Оба хороши.

У её мамы завтра день рождения. Сначала Ён Хи собиралась только поздравить её по телефону и прислать подарок. Но теперь решила поехать сама, повод более, чем достойный. И в городе оставаться не придётся. Сперва она съездила в торговый центр, купила немного косметики и набор витаминов для матери, выбрала подарочный пакет, пообедала в кафе в одиночестве.

Впервые девушка задумалась о том, как их родня воспримет их разлуку. А в том, что разлука неизбежна, причём в ближайшее время, Ён Хи не сомневалась. Фанаты — это одно, а родители совсем другое. Им придется это объяснять, с ними придётся увидеться. Особенно в свете этой фиктивной помолвки и подаренного на свадьбе букета. Явно легко не будет. Но девушка уже всё решила, она переживёт этот сложный период. Ён Хи устала поступать так, как от неё ждали, перестала бояться ранить чужие чувства. В конце концов, почему она обязана ранить свои, ущемлять себя ради спокойствия других, пусть даже семьи? К чёрту всё. Это её жизнь и она не станет приносить её в жертву.

Родной город встретил жарой и безветренностью. Мама работала в своём кабинете, когда Ён Хи приехала.

— Ты одна? — удивилась женщина, заглядывая за спину дочери.

— Одна. Если ты спрашиваешь про Хёншика, то он работает. Пресс-конференция к выходу фильма.

— Отлично!

— Не хочешь видеть его? Ты же сама меня за него сосватала, — Ён Хи не смогла удержаться от язвительной улыбки.

— Он слишком… эээ… независимый. И не уважает старших.

— Да нет, он довольно воспитанный.

— У меня своё мнение, — отмахнулась мама и указала на пакет. — Что это?

— Подарки для тебя. У тебя же день рождения. Поздравляю!

— Надо же, ты не забыла.

— Мам, давай начистоту. Если тебе неприятно моё присутствие, я могу уехать прямо сейчас.

— Нет-нет, всё в порядке. Оставайся. И спасибо за подарочки, — госпожа Ли тут же расплылась в улыбке, забрала пакет и предложила Ён Хи пообедать. Двуличная. Интересно, пустила бы она на порог, если б Ён Хи приехала без подарков?

— Как у вас дела с Хёншиком? — поинтересовалась мать за тарелкой наваристого супа с морепродуктами.

— Нормально.

— Свадьбу запланировали?

— Нет и пока не планируем.

— А чего вы тянете? Ты уже не девочка.

— Мам, тебя это не касается. И перестань пожалуйста меня допрашивать.

— Ты смотри какая стала! От него заразилась, ну точно! Что один, что вторая.

— Мама! Я повторю, если тебе некомфортно, я могу уехать. Но если ты хочешь, чтобы я осталась, перестань лезть в мою личную жизнь. Захочу что-то рассказать — расскажу.

— Твоя свадьба вообще-то меня тоже касается! Я твоя мать!

— Она тебя касается ровно с того момента, когда я тебе вручу пригласительное. Спасибо за обед.

Ён Хи поднялась и молча ушла в свою комнату. Здесь ничего не изменилось, к счастью. Только сама дверь была новой. С замком. Девушка улыбнулась и закрыла его изнутри. Она прилегла на постель, облегченно вздохнув. Дверная ручка дёрнулась.

— Я хочу отдохнуть. Уйди пожалуйста.

В коридоре раздалось недовольное фырканье, но дверная ручка перестала дёргаться. А это не так уж сложно, подумала Ён Хи. Выстраивать свои личные границы. Раньше она боялась последствий такой инициативы, всех этих нервов, истерик, нравоучений. Но теперь злость на мужчин придала уверенности и Ён Хи решилась. А мама, что удивительно, довольно легко поддалась, хоть и ворчит. Раньше она бы требовала открыть дверь, ультиматумы ставила. Надо же. Впрочем, это только первые звоночки. Мама чвно будет пытаться снова и выводить её на ссору, чтобы добиться своего. Только вот Ён Хи теперь другая.

Она решила искупаться и вымыть голову. После вчерашнего насыщенного дня волосы пропахли едой, ароматическими палочками и прочими свидетелями её насыщенных праздничных гуляний. А вот сушиться феном не стала. Солнце уже прошло зенит, поднялся приятный ветерок, поэтому девушка захотела просушить голову как в детстве — под открытым небом. Взяв расческу и табуретку, она выбрала слегка затенённое место во дворе и принялась вычесывать свою гриву. Волосы доросли уже до середины бедра и справляться с ними было непросто. Хорошо, когда кто-нибудь помогал. Раньше Ён Хи регулярно подстригала кончики, но после того случая на вечеринке подруги не делала этого. Впрочем ухода было достаточно, чтобы они не секлись и не путались.

Изгородь между их домами очистилась, теперь двор соседей хорошо просматривался. Заросшую прежде калитку покрасили и смазали. Вид теперь совсем другой.

— Здравствуй, внучка, — появилась словно из ниоткуда бабушка Хёншика.

— Ой, здравствуйте, бабушка, — Ён Хи подскочила с табуретки и поклонилась в пояс.

— Я тут бездельничаю, прогуливаюсь вот по саду. Сказали, нужно много двигаться. А мне скучно. Можно к тебе? — спросила старушка.

— Да, конечно, входите, — девушка не нашла причин для отказа. В конце концов с бабушкой она почти не общалась. Тогда в новый год эта старушка подложила им в постель обереги для молодоженов, которые она любит, и это единственное, что Ён Хи о ней знала. — А вы тут гостите?

— Поживу немножко, — улыбнулась бабушка. — Я только сегодня из больницы. Хёншик тебе не сказал?

— А? Нет… Мы эээ… разминулись. У него работа, а я вот приехала маму с днём рождения поздравить.

— Вот оно что. Понятно. Да, он вчера ко мне приехал в больницу то, всю ночь дежурил. А утром меня уже выписали, сказали только одной не оставаться какое-то время. Внук меня сюда и привёз. Наверное это благодаря ему я так быстро поправилась.

Ён Хи вдруг почувствовала себя виноватой. Он заботился о больной бабушке всю ночь, а она набросилась на него с обвинениями. Неловко. Но она же не знала!