— Да нормально со мной всё, — он вдруг поткрял былую уверенность и оглянулся. — А где мы вообще?

— Давай прогуляемся и пойдем в номер, пока никто не заснял тебя в этом отвратительном состоянии.

Кажется эта фраза отрезвила его и мужчина, закинув руку на её плечи, поплелся рядом. Его начало мутить, а позже вывернуло в кусты. Ён Хи помогла ему умыться в фонтане, затем его начала бить дрожь и ей стоило больших усилий затащить мужчину в нужное крыло через отдельный вход. Ей очень хотелось погулять по берегу, полюбоваться местными красотами, ведь она впервые была на острове. Но с таким подопечным не полюбуешься ничем.

— Вот же связалась на свою голову, — ворчала девушка, почти таща на себе на удивление тяжёлое тело. — А ведь твой менеджер считает тебя аккуратным и организованным. Тоже мне.

Войдя в номер, она устало опустила его на кровать, стянула туфли и пиджак. Хёншик едва мог двигаться, завалился на бок и громко захрапел. Ложиться с ним в одну кровать Ён Хи не собиралась. Девушка приняла душ, заказала себе в номер салат и чай, потому что нормально поесть на вечеринке не удалось. На диванчике она задремала уже сильно за полночь. А проснулась в полной темноте от не самых приятных звуков.

Кажется Хёншик только что обнимался с унитазом, а сейчас умывался в раковине. Ён Хи зашла в спальню, когда он на ватных ногах заползал на постель.

— Что с тобой?

— Не знаю. Трясёт.

Его и правда била крупная дрожь. Ён Хи подошла и села на кровать, потрогала лоб.

— Ты весь горишь и вспотел, причём пот холодным. Давай вызову скорую?

— Не надо. Никто не должен узнать.

— Узнать что? Что тебе было плохо? Глупости какие.

— Не надо. Прошу. Дай воды.

Она нахмурилась, но воды дала. Затем укутала его вторым одеялом, намочила маленькое полотенце и протерла лицо. Мужчина морщился и отворачивался, глаз почти не открывал, его действительно трясло. Ён Хи не знала, что думать и чем ему помочь. Это могло быть отравление алкоголем или болезнь. Следующие два часа она дежурила рядом, обтирая его полотенцем и отпаивая по глотку. В её сумочке нашлась таблетка жаропонижающего, девушка едва заставила его проглотить.

Озноб то прекращался, то снова усиливался. Уже забрезжил рассвет, а лучше мужчине не становилось. Когда Хёншик в очередной раз сказал, что ему холодно, Ён Хи залезла на постель, прижалась к нему со спины и обняла рукой. Если ему не полегчает в течение часа, она решила вызывать скорую. Но прошло несколько минут и Хёншик перестал дрожать, а затем спокойно уснул. Она не заметила, как сама отключилась.

💠

Пасмурный день заполнил комнату холодным серым светом. Море покрылось волнами, ветер нагонял бурю. Ён Хи проснулась первой, потрогала его лоб — уже не горячий. Хёншик больше не дрожал, но его одежда и постельное были мокрыми от пота. Она посмотрела на часы и поняла, что не успеет на встречу с профессором. С одной стороны, он взрослый мужчина, и, кажется, опасный момент прошёл. С другой она не могла бросить человека в беде. О нём ведь больше некому позаботиться здесь.

Девушка раздражённо выдохнула. Вот же напасть! Обещали беспроблемную поездку, а теперь ей приходится менять собственные планы и няньчиться с перепившим мужиком. Она привела себя в порядок, переоделась в удобную теплую юбку и джемпер. Затем заказала еду в номер и узнала, где ближайшая аптека. Еду обещали принести через час, а за это время она купила необходимые препараты и вернулась как раз, когда официант стучал в дверь номера.

— Спасибо, дальше я сама, — Ён Хи вкатила столик в номер и захлопнула дверь перед ожидавшим парнем.

— Кто это был? — Хёншик опирался о косяк двери в спальню, едва стоя на ногах. Вид у него — краше в гроб кладут.

— Нам принесли еду в номер.

— Ты дала чаевые?

— А надо?

— Да. Это пятизвездочный отель, тут так заведено.

— Я не знала.

— Сколько вообще времени?

— На телефоне посмотри.

— Он разряжен. Почему так холодно?

Ён Хи вздохнула, подошла к нему и приложила ладонь ко лбу.

— Лихорадка прошла. Тебе надо помыться, одежда влажная, вот тебе и холодно

— Какая лихорадка? Почему ты такая странная?

— Ты вообще ничего не помнишь?

Он встряхнул головой, но сразу застонал от боли.

— Эй, осторожнее, — девушка заставила его сесть на диван и подала стакан воды вместе со средством от похмелья.

— Что со мной вообще?!

— Ты вчера напился в доску.

— Быть такого не может.

— Утверждал, что было всего четыре стопки, но в итоге пришлось тебя тащить на спине.

— Ты меня тащила?!

— Что тебя удивляет? Думаешь, я бросила бы тебя позориться где-то в коридоре?

— Спасибо.

— Как я поняла, это часть моей работы. Видимо, обычно такими вещами занимается О Тэгён.

— Обычно таких вещей не происходит.

— Кто вообще были те люди?

— Не очень близкие знакомые. У одного из них вчера был день рождения и он предложил выпить.

— Так сколько ты выпил?

— Я тебе клянусь, что только четыре стопки.

— Если подумать, твоё состояние мне вчера показалось странным. Как будто тебе что-то подсыпали. Ноги не держали, внешне казалось, что ты ящик опустошил и как-то резко всё это началось, за короткое время.

— Даже не знаю, что думать.

— Могли они специально это подстроить, чтобы навредить тебе?

— А повод? Мы не враги и даже не пересекаемся по работе.

— Ну, не знаю. Как сейчас самочувствие?

— Болит желудок. И голова. Ещё тошнит, ноги ватные.

— Очень на отравление похоже.

— А почему ты здесь? Ты вроде на встречу собиралась.

— Пришлось отменить. Как тебя оставить? А если б помер, кто бы потом исполнял наш контракт?

— Меркантильная.

— Адаптивная, — ухмыльнулась Ён Хи, а потом добавила: — Впрочем, ты мне вчера и не такое говорил.

— Что я говорил? — осторожно переспросил Хёншик, уже боясь услышать ответ.

— Что ж, ты сказал, что я колючка и вредина и мне вечно всё не так.

— Что ещё? И как я себя вёл?

— Да ничего такого. Я увела тебя до того, как кто-то успел заметить твое состояние.

— Спасибо. Не пойму, что вчера случилось.

Телефон Ён Хи зазвонил и она подняла трубку.

— Да, Тэгён? Хёншик? Ну, рядом сидит. Дать трубку? Ок.

— Слушаю.

— Ты умница! Это было превосходно, фотографии получились отпадные. Контракт, о котором я вчера говорил, отменять не будут.

— Так, стоп. Какие фотографии? Что было превосходно?

— Ты что, новости не читал?

— Я недавно проснулся.

— Так почитай. Вас видели и засняли вчера вместе. Твой рейтинг сразу взлетел.

— Я тебе перезвоню. Ён Хи, пожалуйста, поставь мой телефон на зарядку. Могу я воспользоваться твоим браузером?

— Пользуйся.

Он быстро что-то печатал, потом увеличивал, судя потому, как водил пальцами по экрану. Потом перезвонил менеджеру.

— Значит, сработало.

— Да! Как тебе пришло в голову?! Продолжайте в том же духе, и наши проблемы решатся быстрее, чем за год.

— Я тебя услышал. Вечером увидимся. Пока.

— О чём вы говорили? — поинтересовалась Ён Хи, проверяя еду под прозрачными пластиковыми крышками.

— Что вчера было?

— Я же рассказала.

— Не всё. Ты повела меня на улицу. Зачем?

— В смысле? Ты был сильно пьян, в отеле тебя бы точно увидели. А на улице никого не было и свежий воздух в этих случаях помогает.

— И что мы делали на улице?

— Ты к чему клонишь? Или тебе недостаточно стыдно? Раз так, слушай. Ты оскорбил меня вчера, заявил, что я старая дева, какой и останусь. А потом приставал ко мне.

— Чего?!

— Ты стал говорить, что я ничего такая и…

— И?

— Я тебя чуть не удушила.

— Значит, здесь ты меня душила?

Он передал ей телефон с открытой фотографией, на которой припёртый к стволу Хёншик глупо улыбается, обнимая за талию её саму. А Ён Хи приставила ладонь к его груди, но из-за поворота головы её лица не видно. А на второй фотографии они поменялись местами. Всё это выглядело так, как будто парочка решила уединиться для нежностей. Дальше шло еще несколько фотографий, где мужчина обнимает её за плечи, а она его за талию и они идут по дорожке. И позже при входе в отель Хёншик навалился на неё, едва не упав. Но выглядело так, словно они целуются.