— Только не расстраивайся… — слезает она и присаживается на кровать. Чем, кажется, только сильнее добавляет дров в мою личную топку, но я ведь не должен разгораться. Мне наоборот нужно остыть… И её тоже успокоить. Иначе всё испорчу.
— Давай… — произношу сбивчиво. — Давай просто будем говорить… Без поцелуев… Я не хочу, чтобы ты уходила…
Она замирает на моём лице и обнимает себя за плечи.
— Ты замёрзла? Залезай под одеяло, а я тут полежу в сторонке…
Женя делает всё, как сказал и прикладывается на подушку, рассматривая меня.
— Расскажи, как вы познакомились с Лёхой, — прошу её, и она удивляется.
— С Лёшей? Ну… Мы были в разных отрядах. Он во втором, кажется. Я в третьем… Он играл на гитаре, был активистом таким… А ещё у него там вожатая была…
— В курсе, — ржу я, вспоминая. — Геля, да?
— Ага…
— Ясно… А ещё что?
— Ну он всегда был добр ко мне… Не как…
— Не как я… Да?
— Наверное, — стеснительно улыбается она, ковыряя краюшек одеяла. — Ещё у него была способность всех веселить. Он даже делал какую-то стендап программу… У него круто получалось.
Значит, стендапер дохера… Лёха-Лёха… Просто принц, блин. Жаль меня не научил, как так быстро втираться кому-то в доверие…
— Я в нём не сомневаюсь…
— Я всё время думала, что хотела бы такого брата… Извини, — роняет она взгляд вниз. — Не в том смысле…
— Да я понял. Я и не хочу быть твоим братом. Это извращения какие-то. Ты мне никто…
— Никто — да…
— Блядь… Жень… Ты поняла.
— Конечно, — улыбается она, а потом тянется к моему лицу. — Когда ты ругаешься или злишься, у тебя появляется морщинка… Мне хочется, чтобы она исчезла… Не надо сердиться…
— Я не сержусь. Я просто от природы такой…
— Не правда, — мотает головой категорично. Словно что-то знает, блин. Святая простота…
— Правда…
— Нет. Я уверена, что ты умеешь быть добрым и отзывчивым… Лёша тебя очень любит… И ты его. Там на вечеринке ты за него сразу заступился… А потом за меня. И я знаю… — замолкает она тревожно.
— Что? Что ты знаешь, хомячок?
— Что это пройдёт… Твоя эта защитная реакция. Она ослабнет и покажет мне настоящего Ника, — шепчет она взволнованно, а у меня при этом отчего-то такое поганое чувство в груди. Просто разрывает.
— Ты это… Не нагнетай… Я такой и есть…
— Посмотрим…
— И посмотрим, да… На что бы ты хотела сходить? Давай билеты забронируем?
— Если честно, мне всё равно… Только бы не ужасы… Я не выношу всякую кровь и прочее…
— Понял. Что тогда? Мультфильмы? — улыбаюсь, а она растягивает губы.
— Чего сразу мультфильмы-то?! Можно мелодрамы…
— Ой фуууу…
— Ну или просто драмы…
— Уже лучше… Кто-то всё равно должен страдать в конце истории…
— Почему это?
— Как это почему? Так жизненно…
— Ты что же… Не веришь в хорошие и добрые финалы? — спрашивает она с огорчением.
— Хз... Не встречал.
— Ну как же… Их полно и в жизни. Некоторые люди любят искренне и взаимно… Кто-то выздоравливает, вылечившись от смертельных болезней… Или очень бедный человек выигрывают в лотерею…
— Оооо… — выдаю я язвительно. — Всё ещё хуже, чем я думал… Да ты капец блаженная, оказывается.
— Да иди ты! — швыряет она в меня маленькую декоративную подушку и смеётся. — Ты бы понял, если бы открыл своё сердце…
— Сильно…
— И снова ты издеваешься… А я серьёзно, Ник… Я понимаю, что некоторые вещи не исправить, но я хочу, чтобы ты знал… Я тебе зла не желаю. И мне не нужны деньги твоего отца. Мне не нужен этот дом. Или какие-то связи… Я не хотела всего этого и мешать тебе не хотела… Наверное, ты так думал… — роняет она взгляд, потому что её глаза слезятся. И вот, сука, чёрт…
У меня горит там, где был только пепел…
— Но я не собиралась забирать твоего отца или ломать вашу семью… Нет.
— Я… — издаю на изломе, потому что вообще говорить не хотел. Вырвалось. Что за падла у меня там внутри сидит? Как её вынуть?
— Ты на самом деле очень хороший человек… Я верю, что ты найдёшь успокоение в учёбе, например. Или спорте. Вы же занимаетесь чем-то…
— Почему ты плачешь? — спрашиваю, ведь вижу её глаза.
— Не знаю, — пожимает плечами. — Не думала, что скажу всё это. Но захотелось сказать, а говорить больно, поэтому… И, наверное… Я тоже хочу, чтобы у меня всё зажило внутри. Понимаешь? Ведь я осознаю твои обиды… Я тоже это чувствую к своему…
— Отцу… — договариваю, и она кивает. Начинает рыдать…
А я совершенно непроизвольно тяну её к себе за руку, ощущая, как она прячет лицо в вороте моей футболки, заливая всё слезами… Сердце внутри, словно камень в почках, шевелится, вызывая боль… Что за херня собачья… Почему мне её жаль…
От автора: Скидки продолжаются!!!! Максимальные 35 % на романтическую эротику) А ещё на действует система промокодов за покупки в этом жанре) Выбирать тут –
https:// /shrt/GXZ7
Глава 36
Евгения Хомова
Я сама не понимаю, как засыпаю на его плече. От слёз вдруг так сильно разболелась голова… И он так крепко обнял. Гладил…. Молчал. Вот я и уснула от напряжения.
Просыпаюсь только ночью, прислушиваясь к его мирному сопению у себя за затылком. Мы как-то перекочевали, и он лежит сзади, смыкая на моём животе свою руку. И честно… Мне так тепло, так хорошо и приятно с ним спать. Он так вкусно пахнет. И это тепло, оно какое-то родное для меня. Сама не понимаю, как так выходит. Пытаюсь чуть сдвинуться, но вместо этого Ник только сильнее прижимает и сквозь сон бормочет.
— Куда?
— Я пописать только схожу… Ник…
— Только вернись, ладно? — спрашивает, я угукаю, но как только высвобождаюсь, он переворачивается на живот и продолжает спать дальше.
Я же выхожу из его комнаты, стараясь не скрипеть половицами. Но они нет да нет всё равно издают неприятные звуки. А там и Лёша на подхвате.
— О как…
— Это не то, что ты подумал… Я просто уснула на его плече. А ты? Почему не спишь? — шепчу, пока он возвращается из ванной.
— Натахе писал… Дичь всякую скидывал… — ржёт, будто так и надо.
— А она?
— Не отвечает…
— Ну может спит уже…
— Да она весь вечер гасится. Нихуя… Завтра поеду за ней. И похер мне на всё.
Смотрю на него и хихикаю.
— Господи… Ладно, я в туалет пошла… — шепчу и начинаю уходить.
— Погоди, Жень… Я рад за вас… Ну, Ник, он… Классный, правда…
— Спасибо, — отворачиваюсь, улыбнувшись, и по телу проносится импульс тепла. Мне было важно услышать это мнение хоть от кого-то. Потому что Наташка не советует ему доверять. Его отец вообще очень скептически настроен… А моё сердце… Оно упрямо хочет броситься в этот омут полностью и без раздумий. И как же тогда справляться с истинными чувствами? Но вот Лёшины слова всё равно внушают некоторое доверие. Или мне просто было необходимо себя хоть чем-то утешить.
Возвращаюсь обратно и смотрю на то, как он спит, присев рядом на кровати. Красивый, конечно. Я в его внешности сразу же потерялась. И если бы он не вёл себя так дерьмово, наверное, моментально бы подсела…
Но в первое время он не то, что не внушал доверия, он отталкивал… Сейчас же. Всё наоборот. Рядом с ним хоть и рискованно, но желанно до безобразия.
Ложусь рядом, и едва он чувствует меня, как тащит к себе под одеяло.
— М… — произносит, уткнувшись носом в мои волосы. Радует то, что дальше засыпает. И что Кирой не называет… Я боялась этого, если честно…
— Спокойной ночи, Ник… — произношу себе под нос тихо и снова засыпаю с ним рядом, позабыв обо всём плохом, что когда-либо между нами происходило.
* * *
Утром просыпаемся от звука отъезжающего автомобиля под окнами…
Смотрю на часы и вижу, что только восемь.
— Лёха что ли… — бормочет Ник недовольно.
— Да, он кажется, к Наташке поехал…
— М… Откуда знаешь?
— Виделись ночью, — отвечаю, сразу же поймав напряжение его конечностей.
