Мы снова смеёмся, обмениваясь объятьями, и я позволяю Лёне забрать у меня сестру. Не навсегда, только замуж. Потому что я тоже в ней нуждаюсь. В своей младшей сильной сестре.

Стоим в ЗАГСе среди гостей, слушая, как выразительно говорит ведущая. День ото дня одно и тоже, настолько заученный текст, что, кажется, будто пока говорит, думает о том, что приготовить на обед, настолько всё для неё обыденно. Иногда и праздники становятся повседневностью.

Плеча касается мужская ладонь, и Рад наклоняется, вдыхая мой аромат, а у меня мурашки бегут по телу. Ланка на коленях у отца внимательно смотрит на невесту, пока Татьяна поправляет в её волосах маленькие белые резиночки. С ней так просто всё случилось, будто она всегда была с нами знакома. Лёгкая и интеллигентная. Как второе дыхание для отца.

Биологического я так и не искала. Говорила с психологом, Радом, собой, Викой. Поняла, что в моей жизни есть семья. Моя. Другой не надо. А тот человек не существует, он как грязь, прилипающая к ботинкам.

— Хочу сделать с тобой то, что делала с одним из друзей одна девица, — слышу шёпот на ухо и мгновенно вспыхиваю. Испуганно поворачиваюсь к Раду, который смотрит на меня игриво. — Ты выглядишь лучше всех, — снова шёпот достигает моего уха.

Шикаю, пытаясь призвать к порядку, когда он укладывает руку на мой живот, располагая так, чтобы никуда не сбежала.

— Можете поцеловать невесту, — звучит очередная ритуальная фраза, и зал взрывается аплодисментами.

В числе первых подхожу поздравлять, вручая цветы, а потом едем в ресторан, где уже ждут украшенные столы и живая музыка.

— Хорошо себя вёл? — интересуюсь у Рада, сидя в машине, везущей нас в ресторан, только кто мне ответит правду.

— Честно? — усмехается, глядя в глаза. — Отвратительно.

Мои брови подкидываются вверх, а с сиденья водителя доносится реплика.

— Он весь вечер отказывался пить!

Рад пожимает плечами, показывая свои руки. Они не дрожат, и это один из пунктов, почему он отличный хирург.

— И вёл себя, как женатик, — хихикнул второй друг Леонида, сидящий спереди.

— Не-не, — не согласился водитель, — женатики, наоборот, во все тяжкие.

Рука Рада притягивает моё лицо, и он заглядывает в глаза. Слишком интимно, мы не одни, потому не позволяю поцелуя. Не здесь, не теперь. Но они правы. Не чувствую никакого запаха.

— Значит, тебе было скучно? — решаю уточнить.

— Мне всегда весело, — пожимает плечами. — Кстати, сегодня я снял нам номер.

Кто-то впереди присвистывает, а я чувствую не в своей тарелке.

— А у вас третьей сестры нет? — поворачивается пассажир, улыбаясь, и ладонь Рада ложится на моё колено, чтобы показать, что я занята.

— Увы, Роман, везёт не всем, — усмехается он.

Добравшись до ресторана, рассаживаемся. Отдельный стол для самых близких. Родители Леонида, его брат с семьёй и мы. После нескольких бокалов расслабляюсь. Кажется, вечер чудесный. Но впереди сюрприз.

Сестра поднимается с места, начиная говорить.

— Спасибо за то, что смогли прийти. За то, что сегодня вместе с нами делите это счастье, — она взяла мужа за руку, и он крепко сжал её в ответ. — Но сегодня нас ждёт ещё одно событие, свидетелем которого мы станем, — загадочно проговорила.

Свет внезапно выключился, и на экране возникла фотография жениха и невесты.

— Это мой папочка, — зазвучал голос, и в зале повисло молчание. — Он такой хороший и добрый, потому что так говорит мама.

Слайды сменяли друг друга, и я в который раз ревела. Ланка перебралась ко мне на колени, а Рад сжал руку, поддерживая. Мы сидели за столом, собирая мокроту в бумажные салфетки, пока будущий отец, не отрываясь, смотрел на экран, и в его глазах тоже стояли слёзы. Только что при всех Леонид узнал, что их станет трое. Радость бывает разной.

Он обнял жену, и я пожелала им небывалого счастья. Всего, чего не хватило в моей жизни.

— Горько, — закричал брат Леонида, когда свет включился, и мы рассмеялись, увидев, что сидим зарёванные. Ведущий взял всё в свои руки, и после умиления последовали конкурсы.

Когда мы добрались до букета, я сидела, не намереваясь подниматься.

— А ну, — подошла ко мне сестра, протягивая руку.

— Спасибо, посижу, — усмехнулась, но была вытащена на танцпол.

Всего нас собралось около пятнадцати. Даже Татьяна стояла рядом, слегка тушуясь. Вика примерилась, посылая мне воздушный поцелуй, и я сделала вид, что поймала его, приклеивая себе к щеке.

Оказалось, сюрпризы не кончились. И когда букет полетел в нас, не было взметнувшихся вверх девичьих рук. Все отпрянули, будто в испуге, а я поймала цветы, удивлённо смотря по сторонам. Сестра повернулась, и первая принялась хлопать, а я совершенно не понимала, что происходит, пока она не указала куда-то за спину.

Рад стоял на одном колене, пока на другом восседала Ланка, держа в руках маленькую бархатную коробочку.

Шум в ушах перекрыл хлопки. Голова пошла кругом, но я всё ещё стояла здесь.

Кажется, в этот момент моё сердце остановилось.

Отдышалось немного.

И снова пошло.

Понимала ли моя дочь, что сейчас, в этот момент держит в руках? Но вдруг она встала и подошла ко мне, протягивая украшение. Все ждали от меня чего-то, а мне хотелось сбежать и реветь, реветь. Оттого, что он рядом, оттого что он так смотрит на меня, от того, что мне снова пятнадцать, и моя любовь дарит мне крылья.

Обнимаю дочку, когда подходит Рад.

— Это не риторический вопрос, — глядит с усмешкой, а я не могу поверить до конца. Только все ждут, что я отвечу согласием. Киваю, потому что в горле ком, не могу говорить, и зал снова аплодирует.

— Перебор? — негромко шепчет, когда осторожно надевает на палец милое колечко. — Твоя сестра была уверена, что ты будешь в восторге.

Мы танцуем медленный танец, и, наконец, перестаём быть в центре внимания.

— Значит, моя сестра настояла на том, чтобы ты сделал мне предложение?

— Я лишь посоветовался, как это будет лучше. И вот. Мы здесь, — его губы касаются моего уха, разнося мурашки по телу. — Порою, чтобы понять: вот моя судьба, нам приходится её потерять. Но теперь я уверен: я не отпущу тебя ни за что.