— Ты достаточно ешь и все такое?

Она вздохнула:

— Да, Теон. Меня кормят, купают и все такое. Хорошо заботятся о твоем питомце.

— Я не…

— Лука рядом?

Теон взглянул на друга, который наблюдал за ним, скрестив руки. Он приподнял бровь.

— Он здесь, — ответил Теон.

— Могу я поговорить с ним?

Без слов он протянул телефон Луке. Тот взял его сдержанно, приложив к уху:

— Привет?

Наступила пауза, пока она говорила. Долгая пауза, от которой Теон напрягся. Она едва могла выдавить пару слов для него, но, видимо, могла произнести небольшую речь для Луки.

— Думаю, это разумное предположение, — сказал Лука, снова замолчав. — Нет, не делай этого… — еще пауза. — Тесса… — пауза, затем долгий вздох. — Ты не можешь подождать, пока вернешься? — еще пауза. — Да, я… Нет… Черт возьми, Тесса. Я уже сказал да.

Еще одна пауза, а затем, раздраженно выдохнув, он вернул телефон Теону.

— Тесса… — начал он.

— Мне приснился сон прошлой ночью, — объявила она.

— …какой сон?

— Вчера ты спрашивал, были ли у меня сны. Были.

— О чем он был? — спросил он, следуя за Лукой к машине.

— О Фелисити.

Теон споткнулся на ровном месте, чуть не упав:

— Почему тебе приснилась Фелисити?

— Не знаю. Ты был…

— Что, я был?

— Ничего. Это неважно.

— Тесса…

— Мне нужно идти.

Линия оборвалась, и Теон опустил телефон на колено. Он даже не заметил, как сел в машину.

— Что случилось? — спросил Лука, готовясь выехать с парковки.

— Я должен спросить тебя о том же. Что это вообще, блядь, было?

— Ее тренировки, — просто ответил Лука, включая задний ход.

— Похоже, это было нечто большее.

Телефон снова зазвонил, и, опустив взгляд на экран, Теон почувствовал, что его вот-вот стошнит.

Фелисити.

Тесса знает, — осознал он.

Или, по крайней мере, подозревает.

Вот почему она никогда не спрашивала о его контракте на Брачный союз.

Блядь.

ГЛАВА 26

ТЕССА

Сделав глубокий вдох, Тесса сосредоточилась на своем свете, втягивая его обратно в себя. Энергия все также потрескивала. Она чувствовала ее на кончиках пальцев, тугую и напряженную.

— Нет, — произнес наставник. — Отпусти это. Сейчас сосредоточься только на свете.

Ей было легко говорить. Она Наследница Ахаза. Какая-то родственница Рордана, обучавшая Дагиана магии. Но даже Наследница Ахаза не обладал всеми ее способностями.

Она не может вызвать дождь в закрытом помещении.

Не может сотворить бурю.

Тесса вздрогнула, когда ее сила вспыхнула, и тут же распахнула глаза, услышав, как Дагиан выругался.

— Вижу, все идет прекрасно, — сдержанно произнес Наследник Ахаза, скрестив руки и разглядывая небольшую трещину, появившуюся в каменном полу тренировочного зала.

— Я потеряла концентрацию, — пробормотала Тесса, сжимая пальцы.

Ладони также слабо светились. Она бросила взгляд на Декса, который дежурил у двери, получив приказ пропускать лишь определенный круг лиц.

— Это очевидно, — сухо заметил Дагиан.

— Мы все знаем, что играть со своей магией не то же самое, что использовать ее, — раздался голос Рордана.

Все обернулись. Лорд Ахаза вошел через массивную каменную дверь, за ним следовала Дисани. После первого дня здесь, Тесса видела Лорда только за ужином. Ни во время тренировок, ни во время экскурсий по Фавену.

Наставница склонился в поклоне, а Тесса тут же опустила взгляд, крепко сцепив руки перед собой.

— Ей нужна причина, чтобы использовать силу. Чтобы контролировать ее, — продолжил Рордан, остановившись рядом с сыном.

Тесса слегка нахмурилась:

— У меня есть причина ее контролировать. Я просто не хочу никому причинять вреда.

— И это достойно восхищения, — с улыбкой сказал Рордан. — Но сила Наследника — это сила богов. Ее нужно использовать. Она требует этого. Ты ведь чувствуешь это?

— Да, но… — она замолчала, ощущая магию под кожей.

В движении.

В восторге.

В поиске.

— Как ты думаешь, что такое наша сила? — спросил Рордан.

Его свет вспыхнул, струясь от него так же, как тьма Теона. Он извивался, оплетая стены зала, словно золотые лианы. Яркие белые цветы чистого света расцветали, сияя, как шары в светильниках дворца.

Это было прекрасно.

— Не знаю, — ответила Тесса.

— Вся сила богов исходит из Хаоса, — сказал Рордан.

— Боги возникли из Хаоса, — повторила Тесса.

— Да, они произошли из него, и их дары тоже. А Первородные? Они сами — Хаос, — пояснил Рордан. — Эта же сила струится в их потомках. Конечно, разбавленная, особенно в случае с Наследием. Смертная кровь ослабляет Хаос. Вот почему мы так тщательно подходим к выбору Брачных союзов.

Тесса нахмурилась. Она знала, почему Наследники, особенно правящие семьи, так расчетливо подходят к выбору потенциальных пар в Брачном союзе. Они стремятся максимально стереть смертную кровь из своей родословной.

— Но даже несмотря на все наши планы, смертная линия сохраняется, а значит, Наследники всегда будут в невыгодном положении, — продолжил Рордан.

В невыгодном положении?

Ей стоило огромных усилий не рассмеяться над столь абсурдным утверждением.

Но он одарил ее еще одной понимающей улыбкой:

— Ты думаешь, я заблуждаюсь, говоря такое, но поразмышляй вот о чем, дитя. Боги создали фейри. Они магические существа. Все магические существа, включая фейри, несут в себе Хаос. Именно из него исходит сила. Но фейри… — он указал на Дисани и Сашу, стоявших в стороне от своих Хозяев, — Если в их роду нет смертной крови, у них нет слабости, не так ли?

— Они все равно не потомки богов, — возразила Тесса. — Даже изначальные полубоги, от которых произошло Наследие, должны были быть могущественнее фейри. Они были прямыми потомками бога или богини.

— Верно, — согласился Рордан. — Но, если Наследники продолжат размножаться со смертными, а фейри с другими фейри, кто в итоге станет сильнее? А если двое могущественных фейри родят детей? Именно Хаос в твоей крови определяет силу твоих даров.

— Простите, но я не понимаю, к чему ведет этот урок, — сказала Тесса, стараясь сдержать раздражение.

Она пришла сюда учиться контролировать силу, а не слушать лекцию по истории о Наследии. По крайней мере, не сейчас.

Разве нельзя обсудить это за ужином сегодня вечером?

— Это важно, потому что Хаос тянется к самой силе. Чем могущественнее существо, тем сильнее оно жаждет ее. Хаос всегда хочет большего. А ты могущественна, моя дорогая, — сказал Рордан; его свет потянулся к ней, заставляя ее собственную силу трепетать в предвкушении.

Это было слишком. Она не смогла сдержать ответную реакцию, и ее сила вырвалась наружу, устремившись к призывающей мощи. Но там, где Тесса не имела контроля, Рордан владел всем полностью. В мгновение ока все следы его магии исчезли, оставив лишь ее свет, потрескивающий вспышками энергии и искрами силы в зале.

— Расскажи мне, когда тебе лучше всего удавалось контролировать свою магию, — спросил Рордан, разглядывая ее остаточную магию.

Он не опасался ее. В его взгляде не было ни напряжения, ни тревоги, лишь восхищение и удовлетворение, пока он ходил среди ее света.

— Я никогда не контролировала ее, — ответила Тесса, пытаясь отозвать магию обратно.

— Думаю, это неправда, — проницательно сказал Рордан. — В ночь церемонии Проявления?

— Это был далеко не контроль, — возразила Тесса.

— А ведь ты использовала ее, чтобы защитить Наследника Ариуса, — возразил он.

— Я не…

Но она использовала.

Стражи приходили за ней. За Акселем. Она отбросила их назад. Точно так же, как когда-то Теона и Акселя на парковке.

Она контролировала силу у реки, когда Авгуры напали в первый раз. Да, тогда на ней были браслеты, но в ту ночь она и не хотела сражаться. Лука был прав. Ей было все равно, выживет она или умрет, и ее сила подчинилась этому настроению.