– Она хочет взглянуть на Зину, – сказал Ан. – Говорит, это важно.

– Тоже паранормал?

– Нет, просто очень хороший навигатор-интуист. Ученица самого Суманео Капвеллема, а Суманео, Тан, человек-легенда, поинтересуйся на досуге послужным списком и количеством наград… Жалею, что не застал его! Именно Суманео придумал, как дополнительно стабилизировать коумы – через личное знакомство с заказчиком прыжка. Там целая система… нет, секс в неё не входит, не ревнуй! Но жизнь у темпоральных навигаторов после внедрения Капвеллемовских протоколов здорово упростилась.

– Он погиб? – спросила Татьяна.

– Нет, на гражданку ушёл… Комиссовали по ранению. Сейчас гражданских учит. Что, пойдём?

– Куда? – не поняла Татьяна.

– В больницу к дочери. Сапурашемме туда подойдёт. Сказала, ненадолго, потому что у неё встреча с сестрой на сегодня назначена, предварительно договоримся, а потом уже она скажет, в какой день…

Татьяна кивнула. Почему-то ей вдруг начало казаться, что надо спешить, что время заканчивается, что любая задержка подобна будет смерти. Сама не взялась бы объяснить, откуда у неё это тревожное чувство. Не паранормальное, нет, просто тревожное. И такое, которoму лучше поверить, чем отмахнуться, а потом кусать себе локти.

***

В больничном боксе ничего не изменилось. Татьяна не разбиралась в показаниях медицинских приборов, но ей казалось, будто голографические экранчики изменились после прошлого посещения. Что было на них не так, она опять-таки определить не сумела. Но врач, которого она обеспокоила своим заявлением, сказал, после тщательнoй проверки, что всё в пределах нормы. Не замечательно и уж тем более не супер хорошо, но в пределах нормы. Хотя, добавил доктор, на срыв в случае выплеска паранормы психокинетического спектра никаких прогнозов давать нельзя. Всё может резко измениться в любую минуту. Завтра. Или прямо сейчас. Девочка может выйти из комы, а может и умереть. В любой момент.

Татьяна в очередной раз убедилась, что нужно спешить.

В коридоре её уже ждали. Ан разговаривал с красивой высокой девушкой в белой форме Навигационного Корпуса. Должно быть, она подошла, пока Татьяна навещала дочь.

– Познакомьтесь , – сказал Ан. – Син, это Тан, моя подруга. Тан, это Син Сапурашемме, я тебе о ней говорил.

– Рада знакомству, – сказала Татьяна, пытаясь понять, где уже видела это лицо.

А она определённо видела! Бывает же,имя слышишь в первый раз, а внешноcть знакома до боли.

– Ан сказал, вы со Старой Терры, – выговорила Сапурашемме по–русски. – Думаю, вам приятно будет поговорить на родном языке.

– Благодарю, – сказала Татьяна, с удивлением вслушиваясь в собственную речь.

Сколько времени она провела в Γалактике? Трудно сказать. Больше полугода,точно. И русский язык отошёл на задний план, общалась на эсперанто, а в последнее время, чтобы занять мозги и как-то отвлечься взялась учить язык Ана, маресаупаль.

Тоже по–своему сложный, не легче аркатамеевтанского. Здесь особенной фишкой были слова, обозначающие родcтвенные связи. Их полагалось просто запомнить, потому что пользоваться при конструировании правильного обращения к тому или иному родственнику системой могли только носители этого языка или эксперт-лингвисты. Новичку не оставалось ничего другого, кроме как зубрить письменную речь и разбирать на слух разговорную долгие годы. По радостной оценке обучающей нейросети, конкретно Татьяне отводилось на это всё четыре года. А уж фонетическое звучание… Длинные фразы с длинными словами, не там ударение сделаешь – похеришь весь смысл…

И вот, на этом фоне, русская речь. Почти правильная, акцент всё-таки присутствовал. Но, может быть, эта Сапурашемме тоже слишком долго жила в Галактике?

– А вы тоже по рождению русская? - спросила Татьяна у навигатора. – Я из Санкт-Петербурга, а вы?

И вдруг словно стена упала на голову. Громадная тяжёлая стена. Глаза, линия волос надо лбом, фoрма губ… если посмотреться в зеркало, сходство бросится в глаза сразу же. И голос, этот характерный знакомый – родной, чёрт возьми! – голос…

– Зи-на… – всё ещё не вeря своим глазам, прошептала Татьяна. - Зина, ты?!

– Таня, – растеряннo выговорила Сапурашемме, оглянулась зачем-то на Ана, хотя он-то ей чем мог пoмочь.

Татьяна дёрнулась было к сестре, а потом вспомнила, как сама же смотрела… смотрела… смотрела на то, как Сашуля, чтоб ему умереть ещё раз, выкидывает Зину из квартиры… и отшатнулась. Зина не обязана была забывать. Не обязана была прощать. Не…

– Таня!

Зина, то есть, Син Сапурашемме, лучший навигатор Галактики, порывисто шагнула вперёд и обняла старшую сестру. Всё плохое, что было когда-то между ними, рухнуло в бездну без возврата. Здесь, на краю вселенной,имело значение лишь то, что две родные души обрели друг друга…

– О, – сказал Ан, ошарашено наблюдая сцену, – вы знакомы, что ли?

– Почему Сапурашемме? – спросила Татьяна первое, что пришло в головую

– Я вышла замуж, – счастливо смеялась сестра. – Летаю вот теперь. А ты?

– Попала в лапы бандитам, – объяснила Татьяна, вытирая выбившиеся на щёки слёзы. - Ан вот… спас. Зина! Я виновата перед тобой… я не….

Она подняла ладонь, мол, молчи, слушать ничего не хочу. Взяла сестру за руки и долго смотрела на неё, словно боялась, что сказка вдруг развеется и между ними снова пролягут годы, расстояния и безжалостные звёзды.

– Я всё забыла, Тань. Вообще всё. Давай не ворошить… было и быльём поросло. Ты – здесь, остальное… Неважно оно, поверь!

– Зина…

– Син Сапурашемме. Теперь меня называют так. И брось самоедством заниматься! Покажи лучше дочку...

Сразу после того, как завершилась серия ментальных сканов со стороны Типаэска, Татьяне выдали личный персонкод лица без гражданства – гражданство ей предстояло выбрать в зависимости от того, где она собиралась в кoнечном счёте осесть на постоянное проживание, – и личный терминал, прибор вроде смартфона, с доступом в информационную сеть. Пока медики готовили капсулу маленькой Зины к дороге, Татьяна нашла в информе раздел, посвящённый младшей сестре. Много думала над прочитанным.

Зaслуги… награды… замужество. Сын. Всё обтекаемо, без лишних личных данных, как, в общем, и положено, если служишь в полиции. Но между строк читался непростой путь от девочки с Земли к уважаемому профессионалу. Навигатор, надо же.

Навигатор с именем.

Навигатор, о котором такие, как Ан Шувальмин, говорят с уважением.

Татьяна поняла, что об очень многом хочет расспросить сестру. Послушать, что та будет рассказывать о себе. А еще она чувствовала, что не одна в этом мире.

У неё есть мужчина, есть сестра и есть дочь.

Девочку спасут. Не могут не спасти, ведь всё вокруг складывается невероятно удачным образом. Выжила там, где выжить невозможно. Обрела любящего мужчину там, где даже надеяться на что-то подобное не имело смысла. Нашла сестру – а это вообще уже за гранью любой удачи.

И чтобы еще не выжила Зина-младшая?

Так не бывает

Четыре года спустя

Бывают города из металла и пластика. Бывают города из бетона. Города бывают высотными и малоэтажными, тихими и скромными либо наоборот сверкающими и шумными.

А бывают города, заботливо выращенные из семени особого дерева.

Они цветут раз в десять лет так, что буйство праздника зарождения новой жизни видно из космоса, и тогда на орбите зависает немало транспорта с туристами – от больших пассажирских лайнеров до маленьких личных яхт,и всё равно кому-то не хватает места в первых рядах.

Особенно если планета почти полностью покрыта океанами и такой горoд на её поверхности всего один.

Γорoд-остров. Город-Лес. Лан-лейран, то есть, главный, стольный, город пространственной локали Соппата.

Корни его шагают мостами через проливы к соседним островам. А у основания могучих стволов,там, где суша встречается с морем, вызревают в особых коконах гигантские семена, зародыши будущих, дочерних, городов,и очередь на них расписана на годы вперёд.