— Я же сказал… — начал было он, но я оборвал его взмахом руки.

— Не спорь! Кто его знает, на что вам там деньги могут понадобиться? Мне будет так спокойнее. Вам же надо будет там где-то жить, возможно, что-то купить понадобится, или ещё что. Машину там арендовать, например. Мало ли? Пусть будут.

— Ладно, — недовольно проворчал он, — Но если мы их не потратим, я тебе их верну! И тут уже ты не спорь со мной!

— Да как скажешь, — пожал я плечами, встал, пожал ему руку, и направился к выходу. Сейчас пора домой ехать, возможно, ещё порисовать успею, а завтра подумаю над тем, как отыграться на том уроде в столовой.

Можно было бы, конечно, и на него кого-то натравить, но эта идея мне не нравилась. Ещё не хватало со школьником при помощи наёмников разбираться. Нет уж. Тут я как-нибудь сам справлюсь.

Я уже вышел на улицу, когда мне вдруг позвонил тот новый режиссёр, у которого я недавно был на просмотре, сообщил мне, что меня окончательно утвердили и направили договор мне на почту. Попросил, чтобы мы его как можно быстрее согласовали и подписали, так как съёмки начнутся уже через две недели.

Я заверил его, что тянуть время не буду, и, отключившись, задумался о том, что же мне теперь делать? Дед уже не имел подписывать такие документы, нужно было или чтобы мать сделала на него такую же доверенность, или подписала сама договор, и вот как мне быть? Я собирался по приезду домой поругаться с ней, а теперь мне это было пока не выгодно. Вдруг не подпишет? Хотя, по идее, не должна возмущаться, а наоборот, скорее всего, будет только довольна, что я ещё денег заработаю.

Нет, ругаться пока не буду, сделаю вид, что ничего не знаю о её махинациях, и посмотрю, что она дальше делать будет, особенно, когда узнает, что денег на моём счёте уже нет. И вот пока она этого не знает, нужно успеть подписать договор на съёмку в фильме, и попробовать убедить её дать доверенность деду на подпись моих документов. И надо не забыть отметить там, что первые выплаты по нему будут, например, месяца через три, а лучше даже четыре, на всякий случай.

Юристы Шокуган пообещали мне, что вопрос моей эмансипации постараются решить за два месяца, а пока придётся её терпеть, а вот потом сразу же выкину её из дома! Сестру только жалко, но как ей помочь я пока не представлял…

А хотя…

Я аж замер от пришедшей в голову идеи, не дойдя пару шагов до такси. А что если попробовать найти отца сестры, и с ним поговорить? Может, мы вместе с ним придумаем, как подгадить моей матери, и забрать у неё дочь? Надо будет только сначала о нём справки навести. Вдруг он какой-то урод моральный, а я собрался ему сестру отдать? Тут, пожалуй, нужен частный детектив, — сообразил я, и сел в машину.

Интерлюдия

— Дедушка, представляешь, Миядзаги-сан звонил, сказал, что меня окончательно утвердили на роль, и уже через две недели начнутся съёмки! — радостным вихрем влетела в кабинет деда Мидори, и плюхнулась на стул напротив него, — А это значит, что я скоро настоящей актрисой стану!

— Поздравляю, милая. Я рад, что ты довольна, — улыбнулся ей Симада, мысленно отметив, что странно было бы, если бы её не взяли, учитывая, сколько он спонсорской помощи им выделил.

— А Сайто взяли туда? Ты, кажется, говорила, что он тоже пробуется на роль в этот фильм? — сделав заинтересованный вид, хотя прекрасно уже давно знал, что их обоих берут. Ещё бы они не взяли их, когда он сам лично сказал Масаки, что его внучка и Сайто Кушито обязательно должны там сниматься. Попробовал бы тот только возразить что-то, моментально бы у фильма другой режиссёр оказался бы.

— Да! — радостно подпрыгнула девушка, — Я так рада, что буду снова с ним видеться. И ещё я очень рада, что ты больше не против того, чтобы мы с ним общались. Правда, я так и не поняла, почему ты передумал.

— Да вот наслушался тебя, какие придурки сыновья моих знакомых, и понял, что на их фоне Сайто очень даже ничего, — рассмеялся он, а потом сразу посерьёзнел, — И это не шутка. Парню всего семнадцать лет, практически никаких связей, из довольно обычной семьи, и уже долларовый миллионер! Известный мангака, актёр, спортсмен, и всего этого добился сам! Это дорогого стоит. Страшно представить, каких высот он может достигнуть, если будет располагать ресурсами нашей семьи. Так что, милая, я не буду возражать, если ты с ним снова сойдёшься, и не стану пока больше подыскивать тебе новых женихов. Впрочем, в его объятия я тебя тоже не толкаю. Решай сама, хочешь ты этого, или нет, а я поддержу любое твоё решение.

— Да я-то не против, — смущённо заёрзала на стуле девушка от столь откровенного разговора, — Вот только он больше не рвётся со мной общаться… Но я понимаю. Сама виновата. Я его сильно обидела тогда…

— Ничего страшного, милая, мы все, бывает, совершаем ошибки. Уверен, что он простит тебя со временем. К тому же, вы скоро много времени будете проводить вместе на съёмках, а это сближает.

— Надеюсь, что ты прав, — вздохнула Мидори, и встала со стула, — Пойду уроки делать. Не скучай тут, — она поцеловала деда в щёку, и выбежала из кабинета, не видя, каким задумчивым взглядом провожает её дед.

— Может, и правда пусть щенок в семью войдёт? — Симада встал, и прошёлся по кабинету, — Он, конечно, знатно выбесил меня, отказавшись продать акции, но и правда весьма занимательная личность. С характером, наглый, не даёт себя продавить… Потенциал у парня есть. Я, всё же, уже не молод, и нужно чтобы рядом с внучкой был кто-то надёжный, кто действительно позаботиться о ней, в случае чего. На отца Мидори надежды мало. Слабохарактерный, и умом не блещет. Впрочем, ещё время есть для принятия решения, а пока пусть общаются. В первую очередь, нужно уговорить его продать акции, а там видно будет, как с ним поступить…

Приехав домой, я сразу же пошёл к себе в комнату, не став присоединяться матери и сестре, которые как раз ужинали. Выдавил из себя пару приветственных дежурных слов, и сослался на усталость и на то, что уже поел, когда мать предложила мне поужинать с ними. Боялся, что не выдержу, сорвусь, и выскажу ей всё, что о ней думаю. Рано. Нужно потерпеть. Недолго осталось. Специально позвонил сегодня юристам узнать, как продвигается дело с моей эмансипацией, и они заверили меня, что всё под контролем, никаких проблем нет, и всё идёт по графику.

В комнате я быстро переоделся, и полез смотреть, что там с голосованием по манге, про которое я даже забыть успел из-за всех этих последних событий в моей жизни.

До конца голосования было ещё два дня, но победитель, похоже, был уже определён.

С большим отрывом лидировал вариант, что автор, то есть я, не должен начинать новую серию, пока не закончу старые. Он пока набрал тридцать шесть процентов.

На втором месте, с результатом двадцать три процента, был вариант со своей мангой, где было несколько тысяч сюжетов для манги, которые мне ещё предстояло прочитать. Остальные варианты набрали примерно равное количество голосов, и среди них с небольшим отрывом в два процента лидировала ТораДора.

За два дня, конечно, многое может ещё поменяться, но победитель, похоже, уже известен… И что теперь, прислушаться к читателям, и не начинать ничего нового? Или всё же сделать по-своему?

Я озадаченно взлохматил волосы на затылке, обдумывая, что же делать. Если послушаться читателей, то я ещё несколько лет за новую серию не возьмусь, пока эти все не закончу. В одном только Ван Пис больше ста томов! В Мастерах, по моим прикидкам, под тридцать томов выйдет, в Тетради смерти меньше всего — если правильно помню, двенадцать, вроде. Если за новую серию не возьмусь, то сосредоточусь на Тетради, чтобы побыстрее закончить хотя бы эту серию.

По моим прикидкам, в год я смогу рисовать где-то восемь томов, примерно, и, поверьте, это очень хороший результат для манги!

Из известных мангак мало кто способен выдавать даже четыре тома в год, очень уж это трудоёмкий процесс. Это мне хорошо, почти не надо ломать голову над сценарием и образом персонажей, написал по-быстрому сценарий, и можно сразу к черновику приступать, у других же только написание сценария может несколько недель занять, потом ещё надо дизайн персонажей придумать, характер, внешность, сделать эскизы — наброски в разных ракурсах, с обозначением одежды, мимики. Это тоже дело не быстрое.