Мануш, закончив свою речь, поднёс горящий факел к сложенной под дубовыми бревнами сухой соломе. Огонь распространился моментально. Яркой вспышкой взметнулся в тёмное небо столб огненных искр, принимая слова молитвы старосты деревни и благословляя людей на урожайный год. Бревна, поддаваясь натиску огня, затрещали и увеличили высоту центрального костра.

Алика, которая стояла рядом с Манушем, подошла ближе к костру и подожгла державшую в руке веточку березы. Когда огонь лизнул конец ветви и принялся её поглощать, девушка направилась к соседнему незажжённому костру. Так огонь переходил от одного кострища к другому. От сложенных ритуальных костров образовался огненный круг, завершившийся на нашем месте.

Это был завораживающий момент. Казалось, будто предки, жившие на этих землях на протяжении многих веков, незримо присутствовали здесь и одобряюще кивали, видя, как их потомки продолжают ритуал таинства, объединяющий не только людей между собой, но и поколения предков и их потомков.

Заиграла задорная мелодия, и всё вокруг пришло в движение. Мы водили хороводы вокруг центрального костра, пили вино, громко подпевали песням и смеялись над шутками деревенских мужиков. Девушки и парни, разгорячённые весельем, плясали друг с другом так, будто завтрашний день мог не наступить вовсе. Их лица озарял румянец – игривый, алый, вспыхнувший от вина и жара огня.

Когда первые пары начали собираться возле поутихшего главного костра, я начала вертеть головой в поисках Арена. Маленького ребёнка было сложно разглядеть в бушующем море весело танцующих взрослых. Простояв так пару минут, я уже хотела идти искать его вокруг костра, как увидела мальчишку возле стола со сладостями. Он сразу же почувствовал направленный на него взгляд и обернулся в мою сторону.

Я широко улыбнулась и кивнула в сторону собравшейся около костра очереди. Мальчуган засветился от радости, бросил все сладости и помчался ко мне. Дожёвывая сдобную булочку, Арен с восторгом спросил:

– Не передумала?

– С чего бы? Это же самое весёлое развлечение, – ответила я.

Мальчик радостно закивал головой. Когда мы заняли очередь, я заметила в толпе знакомые лица, которые с интересом наблюдали за нашим с Ареном «союзом». Даже обычно хмурая Мел развеселилась и вставляла свои колкие реплики в общий разговор, подогреваемый шутками Клина.

Чувство свободы кружило мне голову сильнее вина. Я вложила руку в ладонь мальчишки, и, отсчитав до трёх, мы бросились к костру, разгоняясь для прыжка. Надо отдать должное Арену: он не издал ни звука, пока мы летели через всполохи пламени. А вот я удержаться от визга не смогла. Когда мы приземлились по другую сторону костра, нас обоих захлестнул восторг, и мы громко рассмеялись.

Отдышавшись, мы направились к весёлой компании, где нас встретили с улюлюканьем.

– Вот это представление! Ты выбрал себе самую пугливую даму, племянник, – съязвил Клин.

– Оливия не пугливая, – решительно возразил Арен, ощутимо гордясь своей ролью защитника. – Она молодец. А кричала, потому что в неё жук врезался, вот и всё.

Мы переглянулись и разразились дружным хохотом. Даже сам Арен, не выдержав, присоединился к общему веселью.

Вдруг из толпы к нам пробился Ландер. Отстранив остальных, он уверенно взял меня за руку и спросил:

– Не откажешь ли мне в чести быть твоим вторым кавалером для прыжка через праздничный костёр?

– Если это не заденет гордость драконьего военачальника, то я с удовольствием пройду этот ритуал ещё раз, – с улыбкой ответила я.

Его чёрные глаза блеснули, и он, продолжая держать мою руку, направился со мной к очереди. Сердце бешено стучало, поэтому, чтобы отвлечься, я начала расспрашивать Ландера о столице, королевской семье, о его дружбе с братьями-оборотнями и загадочной Мел. Ландер охотно рассказывал, щедро делясь воспоминаниями, и пообещал однажды показать мне Актан.

За разговорами я не заметила, как наступила наша очередь. Взгляды собравшихся устремились на нас, а музыканты заиграли интригующую мелодию, добавив зрелищности моменту.

Я протянула руку Ландеру, но он ответил мне улыбкой, полное обещаний чего-то неожиданного. Огонь впереди вдруг вспыхнул ярче, словно подчиняясь воле дракона, стоявшего рядом. В следующее мгновение я почувствовала, как он прижал меня к своей груди, и, прежде чем я успела что-то сказать, Ландер с лёгкостью оторвал меня от земли и прыгнул в самое сердце огня.

Огонь охватил нас со всех сторон, но вместо боли я ощутила тепло и ласковое прикосновение. Это было похоже на объятия древнего существа, способного защитить и согреть. Ландер уверенно преодолел пламя, и мы оказались на другой стороне под ошарашенными взглядами толпы.

Все молчали, не зная, как реагировать. Тишину нарушил только Клин, громогласно крикнув:

– Ну вы и позёр, господин главнокомандующий!

Я расхохоталась, и этот смех, словно магия, снял напряжение. Люди переглянулись и тоже начали смеяться. Чтобы окончательно успокоить собравшихся, Ландер увёл меня к границе леса, где мы устроились на поваленном бревне.

В этом уединенном месте я наконец решилась задать вопрос, который сжигал меня изнутри с самого дня нашего знакомства. Продолжая наблюдать за праздником, я тихо спросила:

– Почему ты тогда поцеловал меня?

– Магия, которую ты втянула в себя, могла выжечь всю твою силу изнутри, – ответил Ландер после небольшой паузы. – Хуже того, ты могла погибнуть. Я просто вытянул то, что тебе не принадлежало.

Конечно, я понимала, что тот поцелуй был продиктован необходимостью, а не романтическим порывом. Если подумать, это ведь не самый плохой способ спасти жизнь. Эта мысль вызвала у меня улыбку.

– Вот как… Похоже, мне стоит поблагодарить тебя.

Я развернулась к Ландеру и, слегка наклонившись, оставила на его щеке лёгкий, почти невесомый поцелуй. Но, когда я попыталась отстраниться, он неожиданно удержал меня за локоть, а его теплая ладонь опустилась на мою спину. Тёмно-карие глаза мужчины вспыхнули ярким, как утренний рассвет, светом.

– Мне этого мало, – произнёс он низким, глубоким голосом.

Его рука мягко подняла мой подбородок, а потом Ландер накрыл мои губы настойчивым, пылающим поцелуем. В тот момент, словно по волшебству, весь мир вокруг исчез. Остались только мы двое и жар, что стремительно разливался по моему телу.

Эта ночь казалась сном, и мне вдруг до боли захотелось остаться в его объятиях. Не навсегда – хотя бы до конца этой волшебной ночи. Ландер интриговал меня своей загадочностью, его взгляды и слова будили непрошенные желания.

Наш поцелуй не был клятвой, но стал тайным обещанием. Эйфория праздника, охватившая людей, не могла сравниться с тем, что происходило внутри меня. Магия внутри ликовала, сплетаясь с моими чувствами.

Но внезапно ликование сменилось – сила огня, пульсировавшая радостным теплом, начала дрожать и метаться, словно предчувствуя беду. В груди потеплело, а затем стало тревожно жечь, будто магия пыталась меня предупредить. Никогда раньше я не чувствовала подобного. Казалось, она тянула меня назад – туда, к костру, к тем, кто праздновал.

Я слегка отстранилась от Ландера, оставаясь совсем близко, и вслушалась в пульсирующее напряжение внутри. Голос прозвучал тихо, почти на выдохе:

– Мы можем вернуться к остальным? Мне кажется, что-то должно случиться. Что-то нехорошее.

– Пойдем, – коротко сказал Ландер.

Я напряжённо всматривалась в толпу, но ничего необычного не замечала. Всё было как прежде: девушки оживленно обсуждали свои наряды, парни, разгорячённые вином, шумно свистели и звали прыгать через костер.

Он помог мне подняться, и мы направились обратно к кострам.

– Я ничего не понимаю, – пробормотала я, обессиленно сжимая его руку. – Всё кажется нормальным, но тревога не отпускает. Может, я просто схожу с ума?

Ландер внимательно следил за толпой. Вдруг он резко повернулся в сторону столов. Там раздался пронзительный девичий крик. Мы оба увидели, что девушка указывает на центральный костер.