– Я знаю, что не нравлюсь тебе, и, возможно, у тебя есть на это причины, – тихо начала я. Мел фыркнула, но я продолжила: – Но я правда не хочу, чтобы наше общение оставалось таким напряжённым. Я не набиваюсь тебе в подруги, но и врагом тебе быть не хочу. Как насчёт перемирия?

На какое-то мгновение в палатке воцарилась тишина, а затем я услышала её холодный голос:

– Не строй из себя святую. На меня твоя милая мордашка не действует. Меня всё устраивает, как есть. Если ты выговорилась, сделай одолжение: прекрати ворочаться, как малое дитя, и дай мне поспать.

Я возмущённо открыла рот, но тут же захлопнула его. Мел даже не посмотрела в мою сторону, её равнодушие ранило сильнее слов.

Если в доме Финна и Алики она хотя бы пыталась снизить градус своей враждебности, то теперь этот градус вновь зашкаливал, превышая все прежние отметки.

Захотелось возразить Мел, что я никогда не пыталась казаться лучше, тем более перед ней. И что ещё за «милая мордашка»? Я не была уродиной, но и красавицей себя не считала. Тёмно-каштановые волосы до середины спины, серые глаза и чуть смуглая кожа от постоянной работы в саду. Моя внешность тянула разве что на «симпатичную служанку», но не более. Я никогда не использовала свою внешность, чтобы располагать к себе окружающих, и её слова задели меня куда сильнее, чем я ожидала.

Ещё немного покипев в своей обиде, я демонстративно громко и неуклюже развернулась к Мел спиной. Уснула я нескоро, но упрямо решила пролежать до конца ночи, не шелохнувшись, будто пытаясь доказать что-то то ли ей, то ли себе.

Наутро тело ныло. Казалось, каждая мышца была против меня. Мы шли целую вечность, но обещанной деревни всё не было. Видя, что наши отношения с красноволосой стали ещё более натянутыми, Клин и Ландер старались без особых причин нас не задевать.

От дневной остановки мы единогласно отказались, но к вечеру добрались до деревни злые, голодные и грязные. Хотя, если честно, злой была только я. Ночной разговор продолжал крутиться в голове, и всю дорогу я мысленно спорила с Мел, доказывая, насколько она неправа. Это порядком потрепало мне нервы.

Деревья начали редеть. Земля под ногами сменилась обломками горных пород. Через полчаса мы вышли к массивной каменной стене с высокими деревянными воротами. На их поверхности с вершины до основания были нацарапаны странные символы, которые при солнечном свете будто мерцали.

Справа ворота упирались в изумрудно-зелёную скалу. Подойдя ближе, я почувствовала лёгкую вибрацию – словно ворота дышали. Взгляд остановился на аккуратно выгравированных знаках, заполненных каплями воды. Они казались живыми. Не удержавшись, я почти дотронулась до них, как вдруг ворота с пронзительным скрежетом начали медленно открываться.

Мы замерли.

Из открывшегося прохода к нам вышли три девушки. Они были настолько красивы, что я невольно задержала дыхание. Их длинные чёрные волосы струились до пояса, глаза мерцали оттенками бушующего моря, а бледная кожа отливала жемчугом под лучами заходящего солнца. Лёгкие шифоновые платья плавно развевались при каждом шаге, создавая почти что божественный образ. Я не сразу заметила их пристальные взгляды, в которых смешивались интерес и оценивающая строгость.

– Добро пожаловать в Целебные Ключи, – произнесла стоящая посередине девушка. Её мелодичный, спокойный голос завораживал. – Мы рады видеть вас. Правила вам известны, главнокомандующий. Оставьте всё своё оружие у ворот.

Она кивнула на стоящий рядом деревянный стол. Видя моё замешательство, пояснила:

– К нам приезжают люди, ищущие покоя и излечения. Ваше оружие может их напугать.

– Как скажешь, Дафна, – коротко ответил Ландер, снимая меч с пояса.

Мы молча выложили оружие на стол. Чувствовать себя безоружными было странно, но не страшно. В конце концов, настоящую опасность представляли магические способности каждого из нас.

Я заметила, как Ландер, не меняя выражения лица, закинул мешок с Агросом на плечо, и его взгляд ясно говорил, что я должна держать язык за зубами.

Когда мы обернулись, глаза Дафны блеснули одобрением. Я не могла понять, что ей понравилось больше: наша покорность или то, как звучало её имя из уст Ландера. Девушки развернулись, и мы последовали за ними. Центральная улица, вымощенная крупными камнями, огибала невысокие скалы, которые начинались у самых ворот. По другую сторону расположились маленькие дома, сложенные из тонких, светлых стеблей.

– Это бамбук? – пробормотала я, невольно вспоминая рассказы Фредерико.

Два года назад он сводил свою семью в королевский дендрарий, о чём позже не упускал случая напомнить. Целый месяц мне пришлось слушать его восторженные рассказы о диковинных деревьях и растениях, которые он там увидел. Чтобы запомнить самые необычные названия, он начинал вплетать их в речь, но уже на второй день начал путаться и коверкать слова, чем сильно меня раздражал. Теперь я стояла посреди этой странной деревни, окружённая тем самым бамбуком, который прежде виделся мне лишь в воображении.

От каждого домика к центральной аллее вилась узкая дорожка, выложенная гладкой галькой. Вся деревня напоминала лечебный комплекс, где каждая деталь способствовала восстановлению. На деревянных скамейках отдыхали подопечные Целебных ключей. У кого-то рядом лежали костыли, кто-то смотрел в одну точку, погружённый в свои мысли. Иногда мимо нас пробегали дети, их смех разрывал тишину, но даже он звучал мягко, не нарушая умиротворения. За малышами внимательно следили девушки, похожие на наших проводниц. Я ловила себя на мысли, что атмосфера этого места успокаивает, как утренний туман на родных холмах Кламеля.

Аллея привела нас на небольшую площадь. В центре её находился фонтан, украшенный каменной фигурой. Скульптура изображала девушку, сидящую на камне. Её лицо было настолько искусным, что на мгновение я подумала, будто передо мной живое существо. Солнце скользило по линии горизонта, и его мягкий свет позволил рассмотреть каждую деталь: безупречно выточенные черты лица, плавные линии рук. В одной руке девушка держала гребень, в другой – что-то, похожее на зеркало. Ноги её исчезали под водой, придавая образу таинственности.

Мы не стали задерживаться у фонтана и свернули на узкую тропинку, ведущую к двум домикам, соединённым общей крышей и внутренней террасой.

– Располагайтесь, скоро к вам подойдут Амара и Сивелла, – мягко произнесла Дафна, указав на двух девушек позади неё. – Они проводят вас к горячим источникам, где вы сможете отдохнуть.

– Благодарю, Дафна. Мы остановимся здесь всего на ночь, не больше, – сдержанно ответил Ландер.

Дафна кивнула, но её взгляд задержался на нём чуть дольше, чем требовалось. Взглянув на нас последний раз, она плавно развернулась и, словно скользя по воздуху, направилась обратно к площади.

Мы снова разделились. Я вошла в правый домик и облегчённо выдохнула: ночевка с Мел обещала быть куда комфортнее. Внутри пространство было условно разделено на две половины, каждая из которых включала простую кровать, тумбу и пару деревянных крючков для вещей.

Я выбрала сторону с окном и принялась расшнуровывать обувь, не поднимая глаз на вошедшую следом соседку. Тяжесть вчерашней ночи всё ещё давила на меня, и я изо всех сил старалась не думать о нашей натянутой беседе.

Прошло не больше десяти минут, как в дверь постучали. В комнату зашли Ландер и Клин. Их присутствие сделало небольшую комнату совсем уж крохотной.

– За нами скоро придут, – начал Ландер. – Будьте осторожны. Сирены хоть и гостеприимны, но не стоит обманываться. Они расчётливы и никогда не упустят шанса выведать ваши тайны. А в нужный момент могут использовать их против вас.

Сирены?! Моё сердце пропустило удар. Эти существа всегда были для меня персонажами сказок: морские девы, чьи песни топили корабли и пленяли души моряков. Ландер продолжал сыпать короткими предостережениями, не замечая моего замешательства.