39) Ovis aries L. Баран домашний.

У ходзенов: бальда́ и даху́.

У манджуров: бу́ча.

У китайцев: янг и янг-пинг-ау.

Во всех частях усурийской страны, которые только мне удалось посетить, я нигде не видал, чтобы китайцы или ходзены держали овец. Но, так как г. Шренк сообщает нам[75], что овцеводство существует при верхнем течении Усури, то я и старался, по возможности, собрать сведения, которые бы могли подтвердить это показание. Постоянно расспрашивая местных жителей об этом предмете, я постоянно же получал от них ответ, что и на верхнем течении Усури китайцы, занимающиеся земледелием, еще не приняли овцу в число своих домашних животных. Наглядным образом знают ее только те из обитателей усурийской страны, которые сами бывали на Сунгари; напротив, по имени она известна здесь всем, оттого, что китайцы ежегодно привозят сюда из Гирина достаточное число овчин, как для собственного употребления, так и для продажи ходзенам. Со стороны русских овцеводство введено в усурийской стране еще в весьма малых размерах: я видел здесь русских овец, да и то в очень небольшом числе, только в казацких станицах при устье Усури. Однако же нет сомнения, что со временем это животное будете играть весьма важную роль в быту русского населения усурийской долины.

40) Antilope crispa Temm.

У ходзенов: на среднем течении Усури: эмату, лама́-хони и хуре́н-хони; на верхнем течении Усури и на Даубихе: эмахо́нг[76].

У манджуров: имаху.

У китайцев: сью-янгза (также: суэнг-янг и соэ-янг).

Так как г. Шренк[77] уже нашел это животное на нижнем Амуре и в береговом хребте (Сихота-алин), а г. Радде в Хинганских горах, то я с большим старанием исследовал, не водится ли оно и в стране, которая лежит между тремя указанными местообитаниями A. crispa. Весьма немногие из виденных мною местных жителей были в состоянии сообщить о нем какие-либо сведения; остальным же оно было вовсе неизвестно, потому что не водится около самой Усури, по крайней мере на нижнем, среднем и на нижней части верхнего ее течения. Тем не менее однако же я убедился, что A. crispa действительно водится на пространстве, лежащем между Хинганскими горами и береговым хребтом, хотя и не видал здесь ни ее самой, ни каких-либо ее частей; к такому убеждению привели меня рассказы тех из местных жителей, которым она была известна, а, что рассказывающие говорили действительно о ней — в том я не могу сомневаться, потому что они описывали мне весьма подробно ее размеры и другие признаки, и это описание совершенно подходит к тому, что мы уже знаем о A. crispa.

Животное это преимущественно водится на скалистых горах берегового хребта, где, по-видимому, держится в хвойных лесах северных склонов. Потому ходзены и называют его, весьма метко, лама́-хони (т. е. морской баран) и хуре́н-хони (т. е. горный баран). Ближе к Усури встречается оно в области ее источников, и именно на реках Уллахе и Даубихе, где живет на утесах. Видавшие его здесь ходзены говорили мне, что оно весьма чутко и пугливо, и что им редко удается видеть его, а еще реже случается убить. Орочи, живущие на берегах моря и на береговом хребте, бьют его гораздо чаще. Как далеко идет A. crispa на юг и на запад — я не могу сказать; замечу только, что, по словам китайцев, живущих у озера Кенгка, куда они переселились из Гирина, она нередко встречается в горах, лежащих на юг и на запад от этого озера.

41) Bos taurus L. Бык обыкновенный.

У ходзенов: эха.

У манджуров: ихань; корова: униень; теленок: тукшань.

У китайцев: нэу́ и ню.

Покуда на Усури жили только ходзены и китайцы, т. е. до той поры, когда здесь начали селиться русские (до 1858 года), этот вид домашних животных был известен жителям большей части усурийской страны почти только по имени; крупный рогатый скот видали только те из них, которые бывали в области источников Усури или на Сунгари, где издавна существуют многочисленные стада его.

Подымаясь по Усури от ее устья, мы в первый раз встречаем домашних животных вида B. taurus, не привезенных из России, около устья Фудзи и особенно по этой последней реке, где есть небольшие стада их, которые хорошо содержатся и состоят из высокорослых неделимых. Здесь же должна проходить и северная граница китайского крупного рогатого скота, которая совпадает с такою же границею хлебопашества, введенного в усурийскую страну из Китая. Относительно последнего можно, конечно, заметить, что и на среднем течении Усури китайцы имеют поля, засеянные ячменем; но эти поля всегда весьма малы и составляют не более, как часть огородов. Напротив, на Фудзи китайцы засевают ячмень, просо и пшеницу в больших размерах, так что в самом деле заслуживают названия земледельцев; здесь и животные, относящиеся к виду B. taurus, употребляются для полевых работ и для носки тяжестей. Нет сомнения, что животные эти первоначально доставлены сюда от китайцев и манджуров, населяющих берега Сунгари, и именно из городов Гирина и Нингуты, с которыми китайцы, живущие на Усури, издавна находятся в весьма частых сношениях.

Со стороны русских введение в усурийскую долину домашнего скота, относящегося к виду B. taurus, только еще начиналось в то время, когда я в ней находился: его можно было найти у русских поселенцев только при устье Усури, в станицах Казакевича и Корсакова; далее же вверх по реке русские колонии, доходившие уже до устья Дамгу, вовсе еще не были снабжены скотом; он, как я уже выше заметил, еще не был доставлен сюда из Забайкальской области. Нет сомнения, однако же, что это состояние дел должно совершенно измениться в непродолжительном времени. Усурийская долина с ее превосходными лугами представляет наивыгоднейшие условия для развития скотоводства, и, конечно, русские, переселенные сюда с Аргуни, где оно составляло для них главный источник благосостояния, будут заниматься здесь этою отраслью сельского хозяйства еще в больших размерах, чем в прежнем своем месте жительства.

42) Moschus moschiferus L. Кабарга мускусная.

У ходзенов: у́дза.

У манджуров: мияху; самец: айгату.

У китайцев: ча́нгза и джа́нгдзе.

Мускусная кабарга, как известно, живет исключительно в гористых местностях, и именно в таких, где есть утесы, местами обнаженные от земли, а местами поросшие хвойным лесом. Поэтому нет ничего удивительного, что по нижнему и среднему течению Усури она нигде не встречается у самого русла. Это есть необходимое следствие указанных выше, в географическом обзоре, орографических условий страны и характера ее растительности: хотя здесь, особенно на правом берегу среднего течения Усури, и встречаются довольно часто скалистые выступы, подходящие к самой реке, но хвойный лес растет во всей этой стране только на высотах, которые тянутся в значительном отдалении от русла.

Подвигаясь по Усури от устья к истокам, мы находим кабаргу в горах Хёхцырских, Танхе́, Сумур, Са́хале и Акули, где она, по словам охотников, встречается редко. Гораздо чаще, чем в этих местностях, попадается она в областях источников Бикина и Имы, где растительность и климат, более суровый, соответствуют ее образу жизни. По левую сторону от Усури кабарга, как мне говорили, не живет ни в каких горах, кроме вышепоименованных. Зато она водится в стране, орошаемой Даубихою и источниками этой реки, как единогласно уверяли меня охотящиеся там туземцы, которые, однако же, говорили, что она в этой стране уже весьма редка. Что касается до распространения кабарги на юг, то можно думать, что экваториальный предел ее отечества составляют водораздельные горы между системами Усури и Суйфуна; это тем более вероятно, что Зибольд не упоминает о ней в числе животных, водящихся на Японских островах.