Я слышу его вопль… Драконы всегда чувствуют своих детей. Мой маленький, не рождённый драконенок… Мой сын…

Осознание случившегося бьет прямо в сердце.

Ларика была беременна! И она погибла, погибла! Они погибли!

Видение исчезает…

Когти дракона сами собой разжимаются, и Хильда с воплем и с огромной высоты летит в воду. Я не лечу за ней. Пусть тонет.

Тебе место в аду, Хильда. Испытай то, что ты сделала с моей женой и сыном.

Дракон с ревом кружит над озером…

Во мне живет плач нерожденного сына. Его никто не слышит, только я. Я своими руками сам разрушил свою жизнь. Выгнал из дома истинную, беременную моим сыном. И они погибли очень страшной смертью.

Они! Они!

Ужас содеянного не отпускает меня.

Дракон ревет над озером. Это его плач. И мой плач.

Что я наделал!

Больше незачем искать. И есть ли смысл жить?

Утонули в жестоких мучениях жена и ребенок. Рыбы сделали своё дело. Я же нашел только ту длинную тряпку и дырявую лодку. Даже косточек нет от моих любимых, мне их даже не похоронить…

Озеро стало их могилой. И я кружу над озером.

Над озером…

……

Я больше не ищу тебя, Ларика.

Надо сказать Арчи, чтобы прекратили все поиски. Моя истинная погибла. Мой сын погиб.

Я сам ничто.

Роду больше не быть.

Мне не хочется жить.

……

Дракон поворачивает к селу и одним языком пламени сжигает дом с таверной у водопада. Ему все равно, спасутся ли там пьяные люди. Наверное, спасутся. Вон какие подлые среди них есть. Выживут.

Его истинной нет.

Куда теперь?

И зачем?

Ночью я наблюдала приземление нового мощного серебристого дракона. Большой какой! Прогибались макушки деревьев, дрожали стекла, поднималась и клубилась пыль. Ну, натурально, как-будто вертолет шел на посадку.

Дракон обернулся рослым красивым мужчиной с серебристыми разлетающимися волосами. Взрослый, серьезный такой. Ростом и статью — как мой Маркус.

О, откуда это пришло? Он не мой, он Ларикин…

В последние дни прилетали все более взрослые и мощные драконы, и драконий молодняк, как называли служащих на границе молодых драконов, четко распределяли под их крыло. Старшие брали молодых на поимку шпионов, натаскивали на ловлю и ликвидацию чернородцев.

Граница жила своей жизнью, и было ощущение, что к чему-то готовилась. Я не была вхожа в этот круг и лишь по обрывкам разговоров, участившимися отъездам обозов, общей витавшей в воздухе напряженности понимала, что мы к чему-то готовимся.

— К вторжению, — пронеслось в сознании. Да уж, прямо как в прифронтовой полосе.

Драконий лагерь шумел почти полночи. В мое окно залетали самые разные звуки: то полета и жесткого приземления, у меня стекло даже дрожало, то криков от встреч, то командных голосов. Опять кого-то поймали и шумно обсуждали это. Завтра вернется с обозом Тимми, может быть он что-то знает.

Тимми сделали старшим в его бригаде по доставке снабжения. Он многое знает.

После долгих переживаний по поводу беременности, обсуждений с самой собой по поводу ее сроков и кандидатов в отцы, после шума и гама от прилёта новых драконов я еле уснула.

……

… Черное небо с высоко взлетевшими, чтобы не попасть под сотни стрел, драконами. Они тревожно носятся по небу, опасаясь применить свое всепожирающее пламя. Нельзя. Внизу сражаются маги. Пламя может их уничтожить, вместе с чернородцами.

Красные всполохи от огненных стрел чернородцев. Их тысячи, тысячи. И тьма…Черная мгла ползет из углов за своими верными солдатами, стелется по земле, захватывая, все новые и новые пространства границы.

Это не сегодня, нет, это явно не сегодня. Тюрьмы нет. Стены на мысе нет. Есть только огромный синий купол, трещащий по всем частям, уже осыпающийся синими магическими кристаллами. Кристаллы падают вдоль круга купола, пока еще существующего.

Кругом мёртвые тела защитников. Магов, самых сильных магов королевства. Сотня отборных, невероятно сильных магов Вэлби, защищавших границу. Нет, не так, защищавших этот мир, отвоеванный у мглы.

Тела самых лучших, самых сильных магов страны. Среди них — последний король Вэлби. Он был вместе со всеми, как боец, как командир. Волшебники этого королевства, как их называли, не прятались, они сражались до конца.

Маги Вэлби не могли взлететь, как драконы, бессильно и яростно кружившие в небе. Битва шла без драконов, только маги.

Каждый из них мог переместиться, мог сбежать, телепортироваться и уйти с поля огня. Но они сражались, отбрасывая на врагов мощное синее пламя. Голубые руки создавали и создавали защитные щиты и синее пламя. Но врагов было слишком, слишком много.

И надо было еще сдерживать Черную мглу, ползущую за ними, облепляющую все на своём пути. Словно черным мазутом, откуда никому не выбраться.

И надо держать купол.

— Держать купол, держать, — эхом шло по их редеющему строю.

В центре строя — король Джордан Вэлби. Самый мощный маг королевства. Самый молодой и самый признанный. У него только одна дочь.

Дара.

Это имя испокон веков и столетий давали дочери самого сильного мага. Он мог телепортироваться, но он стоял со всеми. Как боец, как воин.

— Держать купол, держать мглу.

Падали, изрешеченные сотнями стрел маги. Напоследок старались сжечь голубым пламенем как можно больше врагов.

Последним ушел король Джордан. На нем не было живого места от стрел. Русые волосы были красными от крови. Серые глаза, ставшие от боли и ярости совсем темными, как сталь, смотрели в черно-красное небо.

— Бейте, драконы, — прохрипел он. — Жгите. Наших уже не осталось. Теперь ваша очередь. Живите!

Последние его мысли были о дочери.

— Дара, живи в веках. Живи!

Глаза сомкнулись. Последний защитник ушел в другой мир.

И тогда драконы, снизившись, переместившись на вторую линию боя, за почти осыпавшийся купол, ударили мощным огнем. Ярко-красным, разрушающим, сжигающим, всепоглощающим. И сожгли все, что было на земле.

Ни осталось никого. Ни чернородцев, ни магов, тела которых были клубками из сотен вонзившихся в них стрел.

Сотня магов Вэлби. Сотня! Сотня!

…

…Я проснулась в слезах, оплакивая гибель кого-то очень близких и родных. Что, что это было? Почему я рыдаю, как по отцу, как по матери?

Понимаю, что у меня было видение.

— Так исчезла память о магах Вэлби, — прошелестело у меня на краю сознания. Как-будто мне это сказали. Сказал тот король?

Кто такие маги Вэлби? Почему я назвала ту же фамилию? Я здесь — Ларисса Вэлби.

Я что, назвалась именем этих магов? Сумасшедшая, не иначе.

А что тогда я видела? Прошлое или будущее? Что вообще происходит, почему мне это снится?

Мой малыш ощутимо потянулся в животике и слегка пнул ножкой. Как-будто хотел сказать: мама, не переживай так. Ну, а как тут не переживать?

То руки голубые, то видения.

Я ведь видела во сне десятки голубых рук, вскинутых в небо. Маги так держали купол. Он был над ними и всей границей, как мощный защитный щит, не пропускающий ни мглу, ни стрелы, ни чернородцев.

Сейчас такой защитный купол тоже есть на границе, правда, не синий, и только на мысе. Я вижу его в небе, он полупрозрачный, привыкла к нему. Для его поддержания на границу приезжают маги, живут, сменяются.

Но то, что я видела, совсем другое же. Мощнейший синий купол над всей границей — вот что я видела.

И создавали его маги Вэлби. А я то почему назвалась Вэлби? Ларика подсказала?

И Дара, она же мама Ларики. Памятник ей стоит без фамилии. Король вспоминал Дару. Может быть мама Ларики тоже из тех самых Вэлби?

В чем была ее сила, почему она легенда?

Всю голову себе сломаешь с этими видениями. Я заметила, что видения приходят ко мне в момент сильных переживаний и душевного напряжения. Беременность и была тем самым сильным переживанием?

Утром после тревожной ночи я еле ползу в лазарет мимо спящего и угомонившегося наконец-то драконьего лагеря. Ну, ящеры, всю ночь гомонили. Почему все проблемы на границе по ночам?