– Признаться, я вами очарован, маленькая мисс Рид.

Я испуганно повернулась. Один из денежных мешков, мистер Вэнс, уже будучи в изрядном подпитии, отсалютовал мне стаканом.

– Благодарю, – вежливо ответила я, стараясь его обойти и вернуться в зал.

– Вы покорили меня с первого взгляда, а я уже прожженный холостяк, – хрипло засмеялся он и заступил мне дорогу.

Я замерла как испуганный кролик, раздумывая, не сигануть ли прямо сейчас с балкона. Там не высоко, всего второй этаж. Платье, правда, жалко.

– Что ж, рада, что сумела вам понравиться, – я постаралась перевести разговор в другое русло. – Надеюсь, вы вспомните об этом, выписывая чек Университету.

– Подожди-ка, прежде чем выписывать чек, я должен вспоминать о чем-то посерьезнее.

И он, схватив меня за руку, притянул к себе и жадно впился в мои стиснутые губы. Отбиться у меня не было ни шанса: мистер Вэнс, кажется, был создан из стали. А потому я потянулась и схватила первое, что попалось под руку – фарфоровую фигуру маленького купидончика, и опустила этот символ любви прямо на макушку будущего спонсора. И только когда аккуратно уложила мистера Вэнса на пол и проверила, нет ли крови, испугалась того, что наделала.

Поэтому сразу побежала каяться:

– Он полез ко мне, а я его вазой, и теперь он лежит там… – затараторила я, найдя ректора, только потом сообразив, что тот стоял не один. Мой бывший муж внимательно слушал наш разговор.

– Да что ж такое! – Мистер Гордон всплеснул руками и поспешил за мной, указывающей место преступления.

– Вот, – покаялась я, когда мы добрались до злополучного балкона. – Лежит.

– Лежит, – невесело повторил ректор и опустился рядом на колени. – Пульс есть, очухается!

– И что теперь?

– Теперь надо оттащить господина Вэнса куда-нибудь в укромное место и дать время прийти в себя, – философски заметил Джеймс Пирс, увязавшийся следом.

Вдвоем с ректором и под мои встревоженные вздохи они доволокли безвольное и уже похрапывающее тело мецената в один из кабинетов и уложили на стулья. Благо для черного дела я выбрала почти безлюдное крыло западного коридора, и нашу преступную компашку никто не застукал.

– Эми, милая, поезжай домой, – попросил ректор. – Я тут разберусь, не волнуйся. Все-таки это я тебя втянул во все это. Дождусь, когда он очнется и решу все возникшие вопросы.

– Я провожу, – тут же вклинился Джеймс.

Проходя через главный зал, Джеймс отстал, что-то объясняя своей подружке, а я не стала останавливаться. Выбежала на улицу и, увидев свой автомобиль со скучающим Дэном за рулем, поспешила к нему.

– Ты чего такая дикая? – поинтересовался племянничек. – Устроила переполох?

– Именно, – подтвердил нагнавший меня Джеймс и помог устроиться на заднем сидении. А потом выпрямился и посмотрел на Дэна. Потом на меня. Потом снова на Дэна. И снова на меня. И захохотал, почти сложившись пополам.

– О, Господи, Эми – это от Эмилия? Так вы моя жена?

Дэн с интересом следил за развитием событий, даже не собираясь, похоже, никуда уезжать.

– Чего смеетесь? – недовольно буркнула я. – Теперь уже нет. Я бумаги подписала и вашему адвокату обратно отправила. Можете радоваться.

– А вы, выходит, любовник моей жены? – уточнил Джеймс, вытирая выступившие от смеха слезы. Что смешного было в этой всей ситуации, я совершенно не понимала.

– Уже не ваше дело, – перебила я открывшего рот Дэна. – Я устала, пожалуйста, Дэн, поехали домой.

Племянник пожал плечами и сел за руль. Даже спрашивать, молодец такой, больше ничего не стал. А я вернулась домой, смыла косметику и залезла под одеяло. Если завтра за мной приедет полиция и арестует, я по крайней мере высплюсь.

Назавтра полиция не приехала, приехал мистер Гордон и зачем-то мой бывший муж. Пока я умывалась и приводила себя в порядок, Дэн организовал им завтрак. Поэтому, когда я вышла, все уже весело болтали и попивали кофе. Налив и себе, я присоединилась к разговору:

– По какому поводу веселье?

– Прости, Эми, понимаю, ты волнуешься, – с улыбкой сказал мистер Гордон, – но поверь, все хорошо. Вэнс очнулся и был дико счастлив, что не успел натворить ничего непоправимого. Наоборот, даже был благодарен тебе, что ты сумела его остановить.

Я недоверчиво фыркнула.

– И обвинения он тем более не будет выдвигать, – порадовал меня под конец ректор. – У самого рыльце в пушку.

– И что в этом смешного? – уточнила я, все же испытывая облегчение, что вчерашняя история не будет иметь продолжения и можно жить как раньше. – Вы так смеялись, когда я зашла.

– Дэн просто рассказывал нам о последнем вашем кулинарном шедевре, – ответил Джеймс. – Признаться, я поражен.

– Рада, что смогла вас повеселить. – Я сложила руки на груди. – И тем не менее спасибо за хорошие новости.

– А я-то как рад, что ваш племянник остался жив после всех экспериментов, что вы над ним проводила, – поддел меня Пирс, а я сузила глаза. Дэн – трепло, которое, видимо, что-то почувствовав, тут же засобиралось по делам.

– И мне пора. – Ректор вытер лоб платком. – Я и так полночи уснуть не мог, думал, как ты тут после всего. Говорила мне Пэтти, чтобы я не вмешивал тебя в дела университета, но я подумал… Ох, ладно! Что уж теперь!

Он поднялся, натянул куртку и откланялся, прихватив с собой Дэна, которого обещал подкинуть. Джеймс же так и остался сидеть за столом, попивая, наверное, сотую кружку кофе.

– А вам не пора? – уточнила я, закрыв дверь и возвращаясь на кухню.

– Нет, хотел поближе познакомиться с женой.

Я хмыкнула:

– А смысл? Вчера я подписала документы о разводе, поэтому можете забирать свои денежки и жить с ними припеваючи. Хотя согласна, с точки зрения деда навязывать меня вам было не самым лучшим его решением.

– Я не в обиде, – отмахнулся Джеймс и замолчал, внимательно меня разглядывая.

Мне как-то было спокойнее, когда он шутил и язвил. Я нервно поправила торчащие в разные стороны волосы. И чего, спрашивается, уставился?

– А ваша подружка не заскучает? – попробовала я вежливо его выгнать.

– У меня нет подружки, – отмахнулся он.

– Но как же? Самолично видела троих!

– Это не подружки. – Джеймс улыбнулся. – На самом деле это все только ради вас.

– Меня? – ошарашенно вылупилась я.

– Вас, вас, – подтвердил он. – Откуда я мог знать, что вы такая? Я думал, появится алчная до моих денег особа, повиснет на шее…

– И вы захотели эту шею занять до моего появления? – уточнила я.

– Естественно!

– А я на самом деле алчная до денег особа, – подумав, сообщила ему серьезно. – И обязательно повисла бы на вашей шее!

– Да? – демонстративно удивился Джеймс. – Ладно, придется обсудить это с моим психотерапевтом.

– Вот-вот! – Я довольно улыбнулась. – От меня надо держаться подальше. Кроме того, вы же слышали о моих кулинарных способностях. Поверьте, это еще не самое страшное.

– Жуть! – Джеймс поежился. – Придется как-то это пережить.

– Зачем? – перестав кривляться, спросила я. – Джеймс, я понимаю, что чуть… эээ… ввела вас в заблуждение, но вы, признайтесь, тоже не хотели ни этого брака, ни меня. И никак не способствовали тому, чтобы мы узнали друг друга получше. Да к черту, я прекрасно вас понимаю, сама бы поступила так же, но…

Договорить он мне не дал, перегнулся через стол и быстро поцеловал в губы.

– Даже лучше, чем я думал.

 И пока я от возмущения открывала и закрывала рот, надел свою куртку и уже в дверях сообщил:

– Эмили, буду очень признателен, если вы согласитесь пойти со мной на свидание. Завтра вечером вас устроит? Да? Ну и прекрасно.

– Я не…

– И да, – прежде чем захлопнуть за собой дверь, сообщил он. – Я не подписал документы на развод, велел Саммеру их уничтожить. Так что мы еще женаты. Пока свыкайтесь в этой мыслью, а я вечерком позвоню. Может, ваша алчная натура победит, и вы решите повисеть на моей шее? Обещаю, для вас она теперь все время будет свободна.