— Ай! — вскрикнула Тэхи, когда её неожиданно подбросили вверх. — Омона! — две секунды полёта к потолку, а потом вниз… И она зажмурила глаза от страха, предчувствуя, как она сейчас грохнется на пол и покалечится, однозначно.

Её поймали, не дав упасть на пол со всего размаху.

Напуганная служащая отеля вздрогнула, когда появился этот страшный человек с девушкой на руках. Открыла рот, чтобы закричать, когда незнакомец подкинул девушку вверх к потолку, а потом смазался в воздухе.

Бросившийся на парочку охранник получил прямой удар ногой в грудь и полетел назад с приличной скоростью.

— Омона, — девушка была поймана на руки неизвестного, который повернулся к администратору, совершенно спокойно, будто ничего не произошло.

— Нехорошо, — после чего женщина стала сползать на пол, пытаясь скрыться за стойкой.

Напавший на Джуна и Тэхи валялся на полу, «уйдя» в нирвану, а второй охранник был без сознания, но был перемещён на небольшой диванчик у стены. Вряд ли сам, однозначно его «друзья», сейчас валяющиеся внизу, «подмогли» болезному.

Упасть на пол женщине не дал стул, на котором она оказалась, а она закрыла глаза и ожидала возмездия за вызов подмоги, но услышала голос в отдалении.

— Я могу вернуться, — напоследок сказал Джун, остановившись перед дверью, но не поворачиваясь к стойке.

— Про-о-стите, — администратор распахнула глаза, с ужасом и растущей надеждой увидела, как страшный человек с девчонкой на руках, растворился за дверью отеля.

— Джун! — вскрикнул Хван, увидев, как тот выходит из отеля. — Это Юна? — он заглянул в лицо девушки. — Тэхи? А где Юна?

Прогуливающийся на улице народ находился на своей волне, так что не особо обратил внимание на пробежавших мимо них кучу парней. Но Джун понимал, что отсюда надо немедленно убираться, чтобы не столкнуться с очередной подмогой со стороны бандитов, ну или полиции.

— За ней мы пойдём позже, — одёрнул Хвана Джун. — А вот с ней… — он посмотрел на девушку и на паренька. — Может в полицию?

Каверзный вопрос с его стороны, однозначно не предполагающий посещение полиции, но с возможной доставкой Тэхи поближе к отделению полиции. А там сама пусть решает — идти ей писать заявление или нет.

— Деньги я тебе позже занесу. Где ты живешь я знаю, — быстро добавил, чтобы успокоить девушку. Обещал — надо сделать!

— Нет, — раздалось тихое. — Не надо в полицию. Если можно, то к нам, в детский дом.

Воспитанники детского дома полицию сильно не любили. С учётом того, что постоянно сталкивались на почве небольших правонарушений и преступлений. Полиция относилась к ним с тем же негативным отношением. Наличие детского дома на их территории было постоянным раздражителем и приносило кучу разных проблем. И полицейские считали всех воспитанников детского дома правонарушителями или потенциальными преступниками.

— Это твоё решение, — вздохнув кивнул Джун.

— Я сама пойду, — заявила смущенная Тэхи.

Мало кому было дело до двух идущих парней, один из которых нёс девушку на руках, но нет-нет, но кое-кто бросал удивлённые взгляды на странную троицу. Как-то здесь было не принято, чтобы девушек носили на руках. Всё же здесь в основном проводили время проститутки и их клиенты. А носить проститутку на руках — это достаточно странно.

— Может на спине понесёшь? — девушка посчитала, что несмотря на её небольшой вес, парню неудобно её нести, да ещё и чужие, совсем недружелюбные взгляды некоторых людей.

— Нет!

Предложение она выдала хорошее — так действительно быстрее и проще для Джуна, но на внутренних поверхностях бедер девчонки вздувшиеся и кровоточащие рубцы от ударов. На запястьях сильные повреждения от верёвок, а она будет вынуждена обхватить его тело бедрами, а также держаться за плечи или шею руками, чтобы удержаться на спине.

И такой способ переноски принесёт ей сильную физическую боль!

Не вариант так её тащить. Плевать, что ему не совсем удобно. Ему на это плевать с высокой крыши, а вот девчонка будет страдать.

«Сука!» — у Джуна внутри взорвался комок ярости, аж дрожь прошла по рукам, как вспомнил, как выглядели излохмаченные бедра девушки.

— Смотрят, — заявила Тэхи, отворачивая лицо к груди Джуна.

— Обожемой, — выдал Джун, поняв, что она стесняется. — Нашла время стесняться.

— Нет… Я не… — и замолчала, а Джун не видя её лица понял, что она краснеет. Хотя куда больше…

Джун внезапно осознал, что таскание женщин на руках превращается для него в какую-то рутину за последние дни.

«Как ослик какой-то», — мысленно сплюнул: «Не дай, бог!»:

— Хван, побежали! Показывай дорогу, — а затем рванул с такой скоростью, что Хван еле держал темп, несясь впереди, оглядываясь назад и всё прибавляя.

Пришлось подстраиваться под скорость бега Хвана, бегущему быстро, но недостаточно для Джуна. Благо детский дом был не сказать, что далеко, так что через пять минут, Хван привёл их зданию приюта.

У Джуна ноги не доходили до сюда, как-то не до того было, да и учреждение находилось на одной из окраин района. Подальше от людских глаз, чтобы не портить настроение местным жителям.

Серая, длинная коробка в три этажа, безликая и ничем не выделяющаяся в окружающей обстановке. Вызывающая не самые приятные впечатления у знающих, кто здесь живёт. Что уж говорить о самих детях-сиротах, проживающих здесь.

— Нет… фух… фух… Не сюда, — упёршись ладонями в колени и нагнувшийся Хван пытался отдышаться.

Он думал, что ему ещё придётся сдерживать свой темп, но Джун несмотря на девушку на руках, бежал с такой скоростью, что Хвану пришлось приложить все усилия, чтобы не дать Джуну догнать себя.

Из-за этого паренёк сильно сбил дыхание, когда они наконец добежали до пункта назначения. И вовремя остановил Джуна, направившегося к дверям здания.

— И как? — под заинтересованным взглядом Джуна, паренёк судорожно выдохнул, затем набрал воздуха и быстро рванул в обход здания, приведя к торцу здания.

Остановившись прямо перед каменной лестницей, имеющей пять ступеней, спускавшихся к неприметной двери, расположенной ниже уровня земли и ведущей на цокольный этаж.

— Здесь пройдём, — сказал Хван, быстро спустившись и открывая скрипнувшую дверь. — Тут и охраны нет. Это пожарный выход, который типа закрыт, а на самом деле… — он зашёл внутрь.

Джун вошёл следом, а потом тесной компанией поднялись по узкой лестнице на первый этаж. Оказавшись в конце длинного коридора, идущего через весь первый этаж.

— Так не попадаемся на глаза охране и учителям днём, — пояснил Хван.

— А они, типа, не знают, — недоверчиво хмыкнул Джун.

— Вечером в здании остаются охранник и дежурный воспитатель, — ответил Хван. — Охранник со своего поста у двери не отходит. Дежурный воспитатель в десять вечера закрывается в своей комнате на первом этаже и оттуда до восьми утра не выходит. И… Знают, конечно. Но им наплевать. Не шумим, не привлекаем внимание жителей и полиции — отлично. Пусть делают, что хотят.

— Понятно, — сказал Джун, не особо-то и удивлённый этим.

Всем наплевать на сирот, даже в государстве Коре, которое в отношение детей проявляет особую заботу по их обучению. Кому интересны успехи брошенных детей… Всё по остаточному принципу, как и везде, к сожалению.

— На первом и втором этажах расположены учебные классы и другие учебные помещения, а третий этаж отдан под комнаты для проживания.

Через два метра с левой стороны показалась лестница, ведущая на второй этаж. И Хван быстро стал подниматься наверх, ну и Джун пошёл за ним.

Проскочили второй этаж, а потом поднялись на третий, не особо отличавшийся от первого этажа: длинный коридор через весь этаж, с дверьми с правой и левой стороны.

Хван пошёл вперёд и пропустив пару дверей, постучался в дверь с левой стороны коридора и, не дожидаясь разрешения, открыл.

— Девочки, — сказал Хван на пороге, но заходить не стал, опасливо поглядывая внутрь комнаты.