— Боже мой!

— сказала она.

— Валери Плам? Я не видела тебя целую вечность. Это я, Джули Сингер. Теперь я Джули Визнески.

Валери уставилась на неё.

— Ты вышла замуж за Виски? Когда я была в старших классах, я была от него без ума. Это застало меня врасплох. Я была всего на пару лет младше Валери, но понятия не имела, что она была без ума от Виски. Виски был красавчиком, но с головой не очень. Если ты говорил с Виски о машинах, ты был на твёрдой почве. Любая другая тема — забудь. Последнее, что я слышала, он работал в гараже в Юинге. Наверняка жил и радовался.

— Сильная схватка, — сказала Валери, её лицо краснело, руки на животе.

— Так что ты думаешь?

— спросила я Джули.

— Я не очень много знаю об этом деле, но она выглядит так, будто сейчас родит ребёнка, да?

— Ага, — сказала Джули.

— Или сорок два щенка. Чем вы её кормили?

— Всем.

Мама с папой вбежали внутрь и подошли к Валери.

— Джули Визнески!

— сказала мама.

— Я не знала, что ты здесь работаешь.

— Уже два года, — сказала Джули.

— Я перешла из Хелен-Филд.

— Как мальчики? И Виски?

— хотела знать мама. Широкая улыбка от Джули.

— Сводят меня с ума.

Отец осматривался по сторонам. Его не волновали Виски и мальчики. Он высматривал телевизоры и торговые автоматы. Хорошо знать, где в новой обстановке находятся предметы первой необходимости. Джули втиснула Валери в инвалидное кресло и увезла её. Родители пошли с Валери. Мы с Клуном остались заполнять формы приёма. Краем глаза я заметила чёрную громадину, прислонившуюся к стене. Стероидозавр всё ещё присматривал за мной. Когда мы убедили регистратуру, что счёт будет оплачен, я отправила Альберта наверх к Валери, а сама подошла поговорить с Кэлом.

— Тебе не обязательно оставаться, — сказала я.

— Я буду здесь какое-то время. Когда я закончу в больнице, я вернусь к Морелли домой. Не думаю, что мне грозит какая-то опасность.

Кэл не двинулся. Ничего не сказал. Я выскользнула через дверь приёмного покоя и позвонила Рейнджеру, и рассказала ему обо всём.

— Так что я подумала, нет смысла Кэлу торчать здесь всю ночь, пока я с Валери.

— В больницах не проверяют на убийц, — сказал Рейнджер.

— Пусть Кэл остаётся с тобой.

— Он пугает людей.

— Ага, — сказал Рейнджер.

— У него это хорошо получается.

Я отключилась, вернулась в вестибюль приёмного покоя и поднялась наверх искать Валери. Кэл шёл по пятам. Мы нашли Валери на каталке, в больничной рубашке под простынёй, её живот — огромным вздувшимся холмом поверх неё. Мама и папа стояли у её головы. Альберт держал её за руку. Джули прикрепляла опознавательный браслет на запястье Валери.

— Боже мой, — сказала Валери.

— Угх! И у неё отошли воды. Это был взрыв воды. Приливная волна. Воды — как из плотины Гувера. Вода везде... но в основном на Кэле. Кэл стоял в ногах каталки. Кэл был полностью облит с макушки до колен. Вода капала с кончика его носа и стекала ручейками по его лысой голове. Валери подтянула ноги, простыня упала, и Кэл уставился на зрелище перед ним. Джули высунула голову, чтобы посмотреть.

— Ой-ой, — сказала Джули, — там торчит ступня. Похоже, это будут ягодичные роды.

Вот тогда Кэл и упал в обморок. БАХ. Кэл повалился, словно гигантская секвойя, срубленная Полом Баньяном. Окна задребезжали, и здание затряслось. Все столпились вокруг Кэла.

— Эй, — закричала Валери.

— Я тут рожаю! Джули вернулась к Валери.

— Это девочка или мальчик?

— хотела знать Валери.

— Я не знаю, — сказала Джули, — но у неё большие ступни. И это не щенок. Появился врач и взял Валери на попечение, покатив её по коридору. Клун и мама последовали за Вал и доктором. Отец забрёл в комнату, где шла бейсбольная игра. А я наблюдала, как пара медсестёр поднесла ампулы с нашатырём к носу Кэла. Кэл открыл глаза, но не похоже было, чтобы там кто-то был дома.

— Он довольно сильно ударился головой, когда упал, — сказала одна из медсестёр.

— Нам нужно его проверить.

Хорошо, что это была его голова, подумала я. Не велика потеря, если она сломана. Потребовалось шесть человек, чтобы погрузить Кэла на носилки, и потом его увезли в противоположном направлении от того, куда увезли Валери. Одна из медсестёр спросила, знаю ли я его. Я сказала, что его зовут Кэл. Вот и всё. Это всё, что я знала. Мне не разрешали пользоваться мобильным телефоном в этой части больницы, поэтому я вышла на улицу, чтобы позвонить Рейнджеру.

— Насчёт Кэла...

— сказала я.

— Он вроде как выбыл из строя.

— Раньше ты уничтожала мои машины, — сказал Рейнджер.

— Ага, это были славные деньки.

— Насколько всё плохо?

— Воды Валери как бы отошли на него, и он упал в обморок. Пару раз ударился головой об пол, когда падал. К счастью, он был в больнице, когда это случилось. Он выглядел немного одурелым, поэтому его куда-то отвезли на обследование.

— Сент-Фрэнсис?

— Ага.

Отключение. Я превращала весёлых ребят Рейнджера в развалины. Я подозревала, что Танк тоже где-то в больнице. Я бы зашла поздороваться, но я знала его только как Танка. Вряд ли Танк был именем, записанным в карте. Морелли позвонил, пока я всё ещё была на улице.

— Ну?

— Я в больнице с Валери, — сказала я ему.

— Всё было довольно спокойно, не считая родов и сотрясения мозга.

— Что, никаких пожаров или взрывов? Никаких перестрелок?

— Как я сказала, было тихо, но ещё рано.

— Я ненавижу портить свой имидж крутого парня, но, по правде говоря, мне уже не нравится даже шутить об этом. Я не знала, как ему сказать... я не шутила.

— Мне нужно вернуться к Валери, — сказала я.

— По телику сегодня ничего нет. Может, я приеду в больницу.

— Было бы здорово.

Небо было затянуто тучами, и вокруг меня оседала лёгкая морось. Уличные фонари зажглись в сумраке. В квартале отсюда по Гамильтон-авеню золотом светились фары проезжающих машин. Я вышла из входа в приёмный покой на Берт-авеню, чтобы позвонить. Я отошла к задней части здания, отдалившись настолько, чтобы избежать скопления людей. Я прижалась спиной к кирпичной стене больницы, пока говорила, пытаясь остаться сухой, пытаясь не дать волосам завиться. Раньше через дорогу стояли дома, но несколько лет назад их снесли и создали парковку. Какой-то парень вышел из приёмного покоя и повернул в мою сторону, двигаясь с опущенной головой под лёгким дождём, прижимая к груди небольшую спортивную сумку. По тому короткому взгляду, который я успела бросить на его лицо, я бы дала ему лет восемнадцать — двадцать с небольшим. На самом деле не ребёнок, наверное, но одевался как подросток. Мешковатые штаны со спущенной талией, кеды, рубашка с короткими рукавами нараспашку поверх чёрной футболки, взъерошенные зелёные волосы. Наверняка у него было множество пирсингов и татуировок, но с этого расстояния я ничего не могла разглядеть. Я сунула телефон в сумку и направилась обратно к приёмному покою. Зеленоволосый парень подошёл ко мне на расстояние пары футов и немного пошатнулся, столкнувшись со мной. Он поднял голову, посмотрел мне в глаза и поднял пистолет на уровень моего носа.

— Поворачивайся и иди, — сказал он, — я отлично стреляю. Пристрелю на месте, если сделаешь хоть одно неверное движение.

Обычно у приёмного покоя болталось много народу, но дождь загнал всех внутрь. Улица была пуста. Даже машин не было.

— Это из-за денег?

— спросила я его.

— Просто возьми мою сумку.

— Ха, как бы не так, крошка. Это Игра, и я победитель. Остались только я и Веб-мастер. Я перейду к следующей игре после того, как разделаюсь с тобой. Я обернулась и уставилась на него.

— Что?

— спросил он.

— Ты не знала, что это я? Ты не думала, что у охотника зелёные волосы?

— Кто ты? Он подпрыгнул и рассёк воздух рукой.

— Я Фишер Кэт.

Я никогда не слышала о фишер-кэте. Я была почти уверена, что таких у нас в Трентоне не водится.