- Что ты делаешь, милая?

Я пожала плечами.

- Мэр Фанинен откладывает решение.

- Типично, - сказала я. - Он слишком напуган, чтобы что-либо предпринять. Он знает, что люди не хотят, чтобы Фрейзер отправился на циклирование.

- Наш следующий день циклирования состоится только через несколько месяцев. Он готов подождать и посмотреть, улучшится ли положение Фрейзера.

Они проведут повторную оценку за две недели до церемонии.

- Фанинин отправит его на циклирование. Ты это знаешь.

-В этом нет уверенности, милая. Даже Рорана не знает, что должно произойти.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на него. Ему было еще больнее, чем обычно. Я могла это сказать с уверенностью.

-Дарить надежду - хороший способ заставить нас всех держаться в рамках.

Его рука снова обвилась вокруг меня. На этот раз я не вывернулась.

- Когда ты успела вырасти? - тихо спросил он.

- Не знаю.

- Знаешь, ты действительно напугала Фанинена.Я никогда не видел его таким взволнованным.

- Я не шутила, папа. Женщина беглец была права.Мы умрем, если кто-нибудь не предпримет что-нибудь с водоворотом.

- Если она была права. И я не уверен в этом. Единственный человек, который может что-то с этим сделать, - это электрический капитан.

- Тогда мы должны спросить ее.Все просто.

-Она с нами не разговаривает. Больше нет.

-Это безумие. Должен же быть какой-то способ спросить ее о проблемах . Иначе нет смысла приглашать ее. Раньше она с нами разговаривала.  Мэры обычно задавали вопросы, когда включался экран. Иногда она отвечала на них напрямую.Так почему же она перестала это делать?

-Я не знаю. Возможно, у мэров просто закончились вопросы.В жизни Дедала больше нет особой неопределенности. Все знают, что делать .

-Прекрасно. Так что же нам делать с нехваткой воздуха?

Он нежно сжал меня в объятиях.

-Ты можешь поднять этот вопрос на следующем деревенском собрании. Если люди проголосуют за это, Фанинину придется спросить об этом в следующий раз, когда включится экран.

Я в отчаянии покачала головой. Я никогда не могла представить, чтобы жители деревни делали что-то настолько из ряда вон выходящее. Они просто не мыслят такими категориями. С таким же успехом они могли бы каждый день просить бесплатного хлеба  или прибыть в новый мир. Я это знаю.

Он заколебался, бросив на меня странный взгляд, как будто сомневался.

- Хейзел, возможно, мне придется...Уйти.

- ... Уйти?

- ... Фрейзер и я. Если оценка окажется неблагоприятной.Ты понимаешь?-спросил он с тревогой.

Я была так удивлена, что сначала не могла ничего сказать. Папа, даже размышляя в таких терминах,заставлял  вселенную переворачиваться с ног на голову. Он был готов бросить вызов мэру и регулирующим органам, чтобы защитить Фрейзера, рискнуть собственной жизнью ради своих детей. Это было очень трогательно .

Я обняла его. Мне словно снова было пять лет, когда на всем корабле не было ничего лучше, чем обнимать папу.

- Я пойду с тобой, я обещаю.

-Нет, это слишком большой риск. У тебя вся жизнь впереди.Я хочу, чтобы ты прожила её хорошо.

Это меня разозлило. Разве он не слышал, что я только что говорила? Он мне не поверил? Будущего нет. Воздух на исходе. Мы все умрем.

- Как скажешь, папа. Я прижалась к нему чуть сильнее, радуясь ощущению его прикосновения. Теплу. Его любви. Вероятно, это был последний раз.

К тому времени, как я вернулась в наш домик, мама сообщила Фрейзеру вердикт мэра. Джордж утешал ее, они вдвоем сидели вместе, сгорбившись, ничего не говоря. Побежденные. Я пошла в комнату Фрейзера.  Он выглядел опустошенным, как будто уже не был полностью живым. Я любила папу за то, что он был таким смелым, за то, что рисковал собой ради Фрейзера. Но он не мыслил здраво. Когда Фанинен вынесет свой вердикт по переоценке, Артов будет готов к тому, что мы совершим какую-нибудь глупость, например, мошенничество. Регулирующие органы будут наблюдать. Но сегодня бедный, слабый Фанинин милостиво дал нам надежду. Мы не доставим хлопот еще несколько месяцев.

- Перестань, сказала я Фрейзеру. Он бросил на меня обиженный взгляд.

- Ты что, не слышала? Если я не исправлюсь, они отправят меня на циклирование .

- Мне плевать, что они говорят. Мне нужно, чтобы твой большой мозг работал нормально. Прямо сейчас.

- Мой мозг?

- Нам с тобой нужно кое-что спланировать.Все должно быть идеально.И у нас не так много времени. Нам повезло. Если это можно так назвать.

Той ночью должен был идти трехчасовой дождь. У нас они проходят каждую третью ночь, начиная с полуночи. Никому не нравится находиться в таком состоянии. Я лежала в постели и ждала, когда это начнется. Капли, падающие на тростниковую крышу хижины, издают тихий, но постоянный стук. Мама спала, измученная после такого ужасного дня. Я слышала ее легкое похрапывание.Как можно тише я откинула одеяло. Я была полностью одета: на мне были темные брюки и бирюзовая блузка, а сверху коричневый свитер. Я взяла свои ботинки и на цыпочках прокралась в комнату Фрейзера. Он был совершенно бодр, нетерпение оживляло его черты, настолько, что это было похоже на возвращение старого Фрейзера.

Ты готов?  - прошептала я.

- Да.

Я открыла ставни и выглянула наружу. Дождь превратил лунный свет в слабое мерцание. Я едва могла разглядеть соседнюю хижину, не говоря уже об остальной части деревни. Я волновалась ,  поднимая его, но пара недель перекладывания его на судно и обратно явно закалили меня. Мне удалось подтащить его к окну.

  - Ногами вперед, - проворчал он .

- Я знаю.-

Фрейзер все продумал именно так, как я и предполагала. В тот день мы приготовили столик перед окном. Так что теперь все, что ему нужно было сделать , это сесть на него. Я приподняла его лодыжки вверх, и он повернулся так, что его ноги свесились с подоконника. Он проскользнул внутрь,и я опустила его вниз.

Затем я схватила сумку, которую мы приготовили. Следующими отправились одеяла. Я последовала за ними.

Кресло на колесиках было припарковано у окна, ожидая нас. Ранее я отвела Фрейзера в столярную мастерскую, и стул, упс, каким-то образом сильно испачкался, возвращаясь обратно.Поэтому я постирала его, оставив под навесом крыши, чтобы он мог сохнуть всю ночь.

Фрейзер вытащил арбалет оттуда, где мы спрятали его под подушкой стула, и я помогла ему сесть на кресло . Пока он укладывал сумку и арбалет себе на колени, я просунула голову в отверстие, которое проделала ранее в одеяле, и накинула тяжелую ткань на плечи. Она доходила мне почти до колен. Еще одна идея Фрейзера. Тяжелая ткань должна защищать от дождя. Я укрыла его вторым одеялом.

- Ты уверен в этом? - спросила я.

-Пошли. Я выдвинула стул в наш сад и начала тащить его за собой.

- Я тяну. Видишь? - поддразнивала я.

-Ты лучшая, Хейзел.

Колеса действительно немного проваливались, но колея через деревню была такая утоптанная, что ехать было не так уж трудно. Мы прошли целых десять метров, когда я увидела Зорна. Он стоял под навесом домика Торбена на другой стороне трассы. Итак. Я была не так умна, как думала. Артоф, должно быть, знал, что мы сделаем что-то подобное. Зорн был на смотровой площадке. Фрейзер был бы подвергнут циклическому наказанию незамедлительно . Я не уверена, какое наказание полагалось мне, за помощь кому-либо в мошенничестве. Ничего хорошего. Я стояла совершенно неподвижно. Непрекращающийся дождь уже намочил мои волосы, превратив их в растрепанные веревки, которые свисали поверх одеяла. Пряди прилипли к моему лицу. Я смахнула их с глаз, уставившись на Зорна. Он уставился прямо на меня.

Дождь раньше был нашим коньком, моим и Зорна. Мы оба сбегали, когда он начинался, и встречались в заброшенном домике. Это было романтично, волнующе и весело, и я наслаждалась этим несколько недель. Потом он влюбился в меня так же, как я влюбилась в Скотта. Поэтому я причинила ему боль. Довольно сильно, я полагаю. Чего он не заслуживал. Жизнь в Дедале действительно отстой.