Следующий день. Особняк Каниони

Если кто-то ожидал, что Энтони Кольер с корабля заскочит на бал, то ничего такого не произошло. Никакого продолжения и разгульного образа жизни. С приёма во Дворце Роз чинно и спокойно приехали в особняк Каниони. Да, Федерика с Минди по пути кровь немного попили, исходя на ехидство. Элен, верная подруга, прижимала к своей груди, даря столь жестоко обиженному юноше женское тепло. Благо, не было этой змеи, на груди пригретой. Это про Альберто, естественно. Мариан, как раз, ни одной шутки не отпустила, даже видом ничего не показывала. Только глядела как-то странно, словно пыталась разглядеть, что находится в черепной коробке хозяина. Не хотелось разочаровывать девушку, поэтому Энтони не стал показывать зияющие пустоты.

А далее всё тривиально, скучно и совершенно без выдумки. Разделся и лёг спать. Не считать же приход Федерики особенным событием? Да, среди ночи и типа тайно, но давайте честно, это был, пусть и не гарантированный, но ожидаемый ход.

Так что, этим субботним утром, около девяти часов, Энтони Кольер был бодр и свеж. И полностью готов выполнять данные ранее обещания.

— Доброе утро, Мариан, — поприветствовал парень вошедшую ардуни.

Девушка сегодня была в обычной одежде, в смысле, по моде королевства, сиречь, в платье. И Энтони тоже экипировался в нормальную одежду. А именно, в свою форму. И да, у него тут имеется второй комплект формы. А что поделать, живём на два дома. Соответственно, и расходы возрастают в два раза.

Энтони посмотрел в зеркало, вздохнул. Да, воин нормальный, бравый. Но никак не принц. Вот совсем. Деревенское полено. Максимум пригородное. Да, кое-чему научились в столице, но и обезьяну можно научить курить.

— М-да, — произнёс парень. — Ну, а чего? Немножко можно и помечтать. Мариан.

— Да, господин, — тут же отозвалась девушка.

— Мне потом надо будет поднять свой статус в собственных глазах, — произнёс Кольер. — Хочу лично купить тебе какое-нибудь украшение. Чтобы чек выписать и всё в таком духе. Что ещё можно приобрести, так чтобы выразительно получилось?

Ардуни задумалась.

— Радисы в Тамери, которые танцуют для одного, конкретного тхаар, господин, — произнесла девушка. — Носят браслет аналаби.

Девушка пальцами левой руки обхватила правое предплечье, показывая, по всей видимости, место ношения.

— В обычной жизни этот браслет не демонстрируется, — продолжила ардуни. — Но когда радиса танцует, его видно.

— А что он означает? — с интересом спросил Энтони.

— Если перевести буквально, то «не продаю», — ответила Мариан.

— Отличный смысл! — одобрил Кольер. — А этот браслет дорогой?

— Да, господин, — слегка улыбнулась девушка. — Весьма. Это массивное украшение из золота и в него вправляются драгоценные камни и синий кристалл. Как в имперских ауреусах.

— О, так его же ещё и маг может отследить. Например, я. Прекрасный браслет. Завтра пойдём покупать.

— Не думаю, господин, что его можно купить здесь, — с лёгкой виной в голосе заметила Мариан.

— Остальные украшения ты же купила? Насколько я знаю, часть пришлось заказывать? Что мешает заказать и этот… м-м, аналаби?

— Ничего, господин, — о, снова повеселела верная ардуни. — Полагаю, тот ювелир, у которого было куплено остальное, за это возьмётся.

— Вот и хорошо, — удовлетворённо произнёс Кольер. — Ты подняла мне настроение. Хвалю, о верная ардуни.

Пара мгновений паузы.

— Вечно верная, мой господин, — выдала Мариан.

Причём, с низким поклоном. Похоже, влетели в какую-то мисрийскую традицию? Всё-таки надо поподробнее изучить эту страну. Но не сейчас. Даже спрашивать не будем, вон дева какая довольная стала. Прям сияет.

— Идём же, — улыбнулся Энтони. — Нас ждут великие дела! Кстати, а как звучит на тиаспи то, что ты только что сказала?

— Проме енех мерате минхоеис, — ответила Мариан.

«Хм, а чего она покраснела? Что, стебанула? Ругательство сказала? Чёрт их разберёшь, этих женщин».

Позже. По дороге на ферму

Опять в фургоне ехали Энтони, Альберто, Умберто Каниони и главный безопасник компании Брион Хейг. И Энтони отдавал должное Хейгу. Из особняка выехали четыре фургона. А что там везут и кого? Всё правильно, тут не может быть слишком. Безопасности вообще не бывает много.

— Если у вас паранойя, — произнёс Энтони. — Это не значит, что за вами не следят.

— Это ты к чему? — спросил Альберто.

— Мне нравится организация охраны, — улыбнулся Кольер. — Очень правильно. Радикально одобряю.

Брион Хейг хмыкнул на похвалу.

— Энтони, — заговорил Умберто Каниони. — Твою бомбу уже начали делать.

— Прекрасные новости, глава, — кивнул Энтони. — Раз уж собираемся их широко применять и тем более продавать, делать нужно много.

— Теперь смоляные пластины не надо привязывать, — заметил Хейг. — Сделали пружинные зажимы.

— Это как? — заинтересовался Кольер.

— Четыре упругие металлические полоски, — ответил же глава. — Прикручиваются к корпусу по бокам.

— А, понял, — кивнул Энтони. — Что же, думаю, так будет удобнее.

— Тебе знаком такой материал, как стеклонить, Энтони? — спросил старший Каниони.

— Стекловолокно?

— Можно и так назвать, — кивнул глава. — Вижу, знаешь?

— Очень в общем. Слышал пару раз.

— Да? — с некоторым удивлением спросил Умберто Каниони. — Хм.

— Делают, кажется из стекла, прогоняя его через… м-м, — Энтони наморщил лоб. — Как проволоку протягивают.

— Ну, в целом, верно, — Умберто Каниони наклонился вперёд. — А ты, где это слышал? Между прочим, это совершенно новый материал. Мы собирались с помощью этого материала делать некоторые части кораблей. В Империи уже такое применяют?

— Нет, не в Империи, — усмехнулся Энтони. — И про это мне рассказывал кто-то. А вот кто и даже где, я уже и не припомню.

— Возможно, когда Рив искал инвестора? — предложил вариант Хейг.

— Может быть, — задумчиво произнёс Каниони-старший. — Как бы то ни было. Завод, который будет выпускать изделия из ривина, ещё лишь строится.

— Ривин?

— Это материал, основой которого является стекловолокно и смола пинуса, — ответил Умберто Каниони. — Та самая смола, которую ты и использовал.

— Очень хороший материал, надо заметить, — произнёс Энтони.

— Используя стеклонить, как основу, своего рода решётку, арматуру, а смолу, как опус цаементум, — продолжил глава. — Можно получить материал, довольно прочный и лёгкий, но пока довольно чувствительный к высоким и низким температурам. Но это детали. Более того, слабая теплостойкость стала нужным параметром при изготовлении твоих бомб. Кстати, как ты их хочешь назвать?

— Хм. Не будем страдать от скромности. Бомба Энтони Кольера. Или коротко — БЭК. И номер, допустим, двенадцать.

— А почему двенадцать? — удивился Альберто.

— А чтобы вот так же гадали, — усмехнулся Энтони. — Двенадцать? То есть были и предыдущие варианты?

— Хорошо, — усмехнулся глава. — БЭК-12. Лаконично. Пусть так и будет.

— Теперь, сначала делают корпус, — вступил с рассказом Брион Хейг. — На промышленном прессе. Сверлят отверстие под кристалл, нарезают резьбу, чтобы затем ввернуть колпачок с игнитом (игнит — жёлтый кристалл в виде стержня). А затем вокруг корпуса, можно сказать, оборачивают ривин. Когда он застывает, получается этакая шкатулка. Через отверстие засыпается порох, вкручивается заглушка.

— То есть, получилась универсальная основа? — уточнил Энтони.

— Самое главное, что разделили порох и изготовление остальных частей, — заметил Каниони-старший. — А порох вообще можно засыпать позже.

— То есть снарядить боеприпас. Глава, снимаю шляпу. Вот потому я и не хотел вникать во все эти производственные вопросы. Каждый должен делать свою часть.

— Для того, чтобы состыковаться с производством оружия, — добавил Умберто Каниони. — Мы сделали заглушку такого размера, чтобы в неё можно было вставить колпачок прямо из огнестрела. Так и отверстие получилось достаточного диаметра, для удобства снаряжения. И не потребуется организовывать отдельное производство запалов. Унификация. Это будет, как мне думается, решающим аргументом, при представлении твоих БЭК в комиссии ЭйМиЭс