Ждать пришлось почти шесть часов. За это время Денис и Циан успели взять планетарную столицу, понеся при этом минимальные потери среди штурмовиков. Но это была лишь первая победа. Им предстояло захватить еще сорок два города и больше двух тысяч небольших поселений. Впрочем, пауков там было не так много, так что главное взять крупные города, а дальше будет проще. Что до меня, то мне тоже было чем заняться.

Как только корабли пауков вышли в обычный космос, я сразу же приказал эскадре открыть огонь из всех орудий. В корабли пауков полетели ракеты, торпеды, энергетические и плазменные сгустки и даже кинетические снаряды. Они конечно же попытались перейти в атаку, но первую линию кораблей мы уничтожили секунд за сорок, а там и все остальные попали под удар. Точку в этом столкновении поставили торпеды с кварковыми боеголовками. Как я и говорил, одной торпеды было более чем достаточно, чтобы вражеский корабль перестал существовать. Не ушел ни один из кораблей пауков. Даже десантные корабли были разорваны на куски, несмотря на то, что они пытались сбежать.

— Соберите спасательные капсулы наших пилотов, — приказал я офицерам мостика, — после этого возвращаемся на орбиту Грайда-4.

— Господин, — обратился ко мне один из операторов, — на одном из кораблей пауков фиксируем наличие выживших. Более пяти тысяч разумных. Это десантный корабль.

— Выведи на экран, — приказал я оператору, вернувшись в свое кресло.

Спустя пару мгновений прямо перед моим креслом появилось изображение вражеского корабля, который лишился практически всей верхней полусферы, но его центр и основа остались целыми. А значит… там действительно могли быть выжившие. И далеко не факт, что это пауки.

— Нужно проверить… я лично возглавлю абордажные отряды. Задействуем штурмовиков Обвинителя. Остальному флоту организовать прикрытие.

Получив подтверждение моих приказов, я направился к ближайшему ангару. Когда рядом со мной появился Макс я даже не удивился. Что примечательно, в его руках я увидел цепной клинок, который считался весьма серьезным и опасным оружием. Подобный клинок с легкостью режет кости и даже металл. Макс был настроен как следует повеселиться. И плевать, что будучи роботом он не испытывал настоящих эмоций. Впрочем, возможно что это было не совсем так. Все же, когда-то давно он был живым разумным, который испытывал эмоции, а значит… он как минимум может помнить эти ощущения. Пусть и подсознательно. По крайней мере, он утверждал, что эмоции ему не чужды, но он вполне неплохо обходится и без них.

— Я должен об этом переживать? — спросил я у древнего дроида, указав на клинок в его руках.

— Что? — Макс сделал вид, что он меня не понял, — что ты хочешь этим сказать?

— Весьма специфичное оружие, — пожал я плечами, — многие считают подобные клинки слишком… устрашающими. И даже говорят, что ими пользуются только психопаты.

— Даже не начинай, — покачал головой дроид, — я достаточно тебя изучил, чтобы утверждать, что тебя подобное не волнует. По крайней мере, в отношении жуков и прочих тварей. Что тебя волнует на самом деле?

— Признаю, ты меня поймал, — кивнул я Максу и задумался, прежде чем ответить, — в последнее время ловлю себя на мысли, что все идет слишком медленно. При желании, я могу задействовать огромные флотилии кораблей и не местные посудины, а вполне современные корабли Содружества. Но вместо этого я вожусь в этой песочнице и теряю время.

— Все зависит от того, какую цель ты преследуешь, — пожал стальными плечами дроид, — да, ты можешь захватить тот же Клик за две недели, но что будет потом? Как будут воспринимать тебя жители этих систем? Как великого Вождя? Или как завоевателя, что уничтожил их солдат и моряков? Если хочешь быть вождем, то будет лучше, если разумные сами захотят, чтобы ты ими правил. Все они, даже Республиканцы — это бывшие жители Империи, которая просуществовала более восьми тысяч лет. Такое так просто не забыть. Им нужен сильный лидер, способный их защитить и приструнить, если это потребуется.

Я прекрасно понимал, о чем говорил Макс. Все это было в моей голове и я был готов следовать своему плану. Но… в последнее время все чаще и чаще думал о том, что мой сын растет без меня. Да, он не Баал, он Айхоэ, но это вовсе не значит, что я не должен участвовать в его жизни. Странное чувство, которое мне совсем не свойственно, но… оно было. Думаю, что все изменится, когда межгалактический ретранслятор будет собран. Зуман и Энго обещали, что к концу недели он заработает. А значит, я смогу связаться с Содружеством в реальном времени. И мне больше не придется читать письма, что привозит Люмос.

— Да, ты прав, — кивнул я дроиду, — время у нас еще есть. Так что постараемся сделать все правильно. Мне нужна сильная Империя, что будет как монолит, о который разобьются все мои враги.

— Вот это отличный настрой! — обрадовался дроид, — так что хватит ворчать и сомневаться. Лучше выпотрошим пару сотен пауков!

— Вперед! — оскалился я, достав свой собственный клинок. Не знаю, сколько пауков выжило на том корабле, но они уже обречены!

Система Кланфер, станция Гил-Гард, Кровавая арена.

Сократив дистанцию, Жнец нанес два быстрых удара своим клинком, буквально вспоров грудную клетку своего противника. А затем, явно красуясь, крутанулся на пятках вокруг своей оси и нанес горизонтальный удар в области шеи. Голова орка моментально отделилась от его тела и свалилась вниз, а самого Жнеца забрызгало кровью с ног до головы. Развернувшись, Жнец развел руки в стороны и закричал, словно дикий зверь, а не разумное существо. Это была победа. Красивая победа, которая еще больше поднимет его авторитет среди пиратов. Причем не только в банде Бура, но и среди остальных пиратов.

— Закар… Закар… Закар! — ревела толпа, которая была рада столь кровавой расплате. Подобные бои проходили часто, особенно когда надо было кого-то наказать или если был хороший повод для веселья.

Конкретно в этом случае было и то и другое. Падший и Бур провели совместный рейд на одну промышленную систему. Бойня была знатная, но и награбить удалось столько, что можно несколько месяцев развлекаться, ни в чем себе не отказывая и еще останется. Вот только во время столкновения с флотом Содружества, экипаж одного рейдера струсил и попытался сбежать, получив небольшое повреждение. В итоге, все они были приговорены к смерти на арене и сейчас, любой желающий мог выступить в качестве палача. Призом для победителя была либо жизнь, либо доля убитого труса. Но не все было так просто. Осужденный пират должен был выдержать три поединка и тогда, он заслужит право на жизнь и сможет остаться в банде. Жнец убил уже пятерых абордажников и заработал не только их доли в трофеях, но и уважение всех присутствующих.

Жнец уже имел серьезный авторитет в банде Бура. Даже сумел стать сотником абордажников на его флагмане, но этого все еще было мало. Его считали молодым, очень талантливым и невероятно везучим рубакой, но этого было слишком мало, чтобы после смерти Бура пираты признали его новым главарем. Нет, он конечно же мог бы избавиться от всех конкурентов, но тогда ему пришлось бы вырезать около сорока разумных. И это только на флагмане.

— Да чтоб меня черти уксусом поили вместо пива, Закар! Да ты красавчик! — хлопнул его по плечу главный механик флагмана, — я всегда говорил, что ты знатный рубака и что у тебя талант, но сейчас… — пират развел руками в стороны, — сейчас я могу сказать, что ты мастер. То, как ты порезал этого неудачника, это… это искусство! Да, искусство!

— Спасибо Шрайд, — улыбнулся ему Жнец, — если так хочешь, можешь поставить мне кружечку холодного пива. А лучше две кружки!

— Ха! — оскалился старый пират, — а ты своего не упустишь да парень? Но ничего, — кивнул усатый механик, — так и надо, если хочешь чего-то достичь в этой жизни. Идем, я угощаю!

Шрайд был не простым пиратом. Даже среди ветеранов, он считался старым и опытным пиратом, которого следовало слушать. Ему было больше семисот лет и практически все это время он пиратствовал. Именно поэтому, он имел пять долей, а не три, как это было положено старшему механику. Да и к его мнению многие прислушивались, даже сам Бур. А еще, у Шрайда были золотые руки, которыми он починил и модернизировал сотни, если не тысячи кораблей. Но что примечательно, он не был ублюдком. Да, он пират и за свою жизнь погубил много разумных, но… он был сторонником Кодекса и всегда его соблюдал. Что было редкостью в нынешние времена.