— Признаться, с точки зрения заработка я рыбалку не рассматривал, если только не торговать копченостями. Ведь многие занимаются выловом рыбы. — Задумчиво ответил я Святозару, на что он тут же ответил:
— Многие, но не зимой. Зимой до тебя никто даже не думал, что можно ловить рыбу.
«Да уж, сам того не желая, я похоже, придумал местным зимнюю забаву. Ну, и заработок дополнительный. Прикольно получилось». — Подумал я про себя, а Святозар между тем сменил тему.
— Я тут, пока ты народ баламутил, свежими новостями разжился, и они не особо радуют. Не пойдём мы весной к персам, отменили низовые казаки этот поход, другим будут заняты. Часть из них собираются к османам, но небольшим числом и толку с такого похода будет немного. А к персам и вовсе никто не пойдёт.
Святозар тяжело вздохнул и добавил:
— Думал, что вспомню молодость и погуляю ещё по Хвалынскому морю, а оно видишь, как получается.
Глядя на расстроенного наставника, я неожиданно даже для себя спросил:
— А без низовых казаков, что, к персам нельзя ходить?
— Почему нельзя? — Удивился Святозар и пояснил: — Можно, конечно, но среди наших собрать значительные силы сложно, нас просто мало.
— Святозар, а зачем собирать большое количество казаков? Не проще ли пойти одним или двумя стругами и поохотиться на морские суда персидских купцов? Так, как мне видится, безопаснее будет, чем лезть на их территорию, да и прибыльнее.
Святозар хмыкнул и произнес, как бы раздумывая:
— Купец купцу рознь, не всякого взять получится.
Немного подумал и добавил все также, задумчиво:
— Давно так не ходили. Раньше бывало, что шли парой-тройкой стругов и ловили одиночные суда, но давно уже перестали так делать. Да и персы зачастую поодиночке не ходят.
— Попробовать-то можно, а если не получится с захватом купцов, можно ведь сходить в гости и на побережье. Только не в города лезть, а поискать отдельно стоящий особняк какого-нибудь богатея.
Святозар надолго задумался, потом посмотрел на меня непонятным взглядом и начал рассуждать.
— Если считать людей твоего Нечая, родственников и друзей Степана, некоторых моих родных и товарищей, собрать полсотни казаков труда не составит. Конечно, струг твой маловат слегка будет, но на первое время его хватит. Потом, уже в море возьмём, что посерьезнее. Лучше бы идти на двух кораблях и можно купить ещё один струг. Но набрать путевых казаков, которые станут слушать мальца, вряд ли получится.
— В смысле мальца? — Возмутился я и добавил: — Ты же командовать будешь?
— Нет, Семен, я только подсказывать буду и советы давать. Ты придумал идти одним стругом, тебе и командовать. Тем более, что этот струг принадлежит тебе. Да и люди Нечая со Степаном считай тоже твои.
Сказать, что я охренел от такого захода, ничего не сказать. Ошарашен был так, что на время дар речи потерял.
Святозар, между тем, глядя на меня смеющимися глазами, произнес:
— Не переживай ты так, все когда-нибудь бывает впервые.
Тут я реально взорвался и начал было высказывать Святозару все, что я об этом думаю, но был тут же перебит:
— Что ты ерепенишься, Семен? Неужели не понимаешь, что тебе на роду написано быть первым среди равных и лучше к этому привыкать смолоду. Голова у тебя варит дай бог каждому. Удача тебя любит, а значит, и людей в походы водить научишься. Не спорь со мной, а лучше начни думать, как подготовить этот поход так, чтобы он не закончился, не начавшись.
Высказавшись, Святозар ушёл, а я так и остался, как будто прибитый пыльным мешком, не понимая, как на это все реагировать.
Долго, очень долго я не мог прийти в себя. Мысли в голове метались подобно перепуганному рою пчёл, и при этом ничего умного в голову не лезло. Так бывает, когда ошарашен, растерян, и что называется, застигнут врасплох. Вот и накрыло меня не по-детски.
Долго сам себя изводил переживаниями и бестолковыми мысленными метаниями, а потом резко успокоился и разозлился. Странно прозвучит, но именно так все и было.
Про себя подумал:
— «Хотите, блин, чтобы я командовал, тогда потом не жалуйтесь!»
Именно после этой мысли я окончательно пришёл в себя и начал размышлять уже конструктивно, задавая себе вопросы, и сам себе на них отвечая.
— «Что я знаю о нынешних морских судах, в частности, и купеческих перевозках по морю в целом? На самом, деле ни фига не знаю. Но, если брать за пример отца Марии, думаю, что не сильно ошибусь, если скажу, что персы путешествуют по торговым делам по тому же принципу, что и он. Конечно, суда у них, наверное, будут побольше размером. Все-таки ходят в море, но много народа на них вряд ли будут без толку катать туда-сюда…»
На этом моменте размышлять дальше не позволила бабушка, спросившая, почему я не иду отдыхать.
Я ответил что-то невпопад и, правда, отправился спать, но при этом находился уже в состоянии непонятного азарта и понимания, куда следует двигаться и к чему стремиться.
Долго ворочался не в силах уснуть, вспоминая всякое, прочитанное когда-то в книгах о разных пиратах, захватах ими судов и пытаясь представить себе современный абордаж.
Сам не понял, как уснул. Проснулся уже с пониманием, с чего мне следует начинать подготовку к походу.
Конечно, я не кинулся сразу что-то планировать. Первым делом начал изводить вопросами сначала Святозара, а потом и Степана, который тоже, как оказалось, ходил к персам.
Потихоньку в голове начало появляться понимание, к чему нужно стремиться.
По рассказам, при захвате судов основные потери казаки несли на сближении от летящего навстречу ливня стрел и уже во время ближнего боя, когда сходились накоротке.
Сейчас появилось много судов, вооруженных тюфяками, выстрелы из которых при удаче могли и утопить кораблик, подобный нашему, или сильно проредить личный состав в случае, если пальнет картечь. Но тут уже просто нужно будет выбирать противника по силам.
Вообще, вследствие этих расспросов у меня возникло понимание, как в идеале нужно вооружить казаков, чтобы повысить шансы на благоприятный исход этого похода.
Первое, — это обязательно нужно иметь хотя бы пяток дальнобойных винтовок, подобных моей. Тут как бы два в одном. Эти винтовки помогут и лучников противника проредить, и затруднить управление кораблём при сближении, если начать отстрел рулевых.
Для ближнего же боя, как нельзя лучше, подойдут пистолеты, подобные Степановым, способные стрелять картечью.
Подошли борт к борту, пальнули из этих пистолетов, перелезли на чужой корабль, второй залп. А потом уже можно добивать противника холодняком, если будет кого. Не зря же даже в фильмах про пиратов абордажников показывали с тесаками и пистолетами? Просто логично именно такое вооружение для боя в стесненных условиях.
По окончании очередного занятия я поделился этими своими мыслями со Святозаром и нарвался на отповедь:
— Купить сотню пистолетов и пяток янычарок можно, конечно, не так это и дорого встанет, как кажется на первый взгляд. Не пользуется это оружие особым спросом у наших казаков. Найдётся много, у кого оно валяется без дела. Казаки только рады будут избавиться от этого хлама. Только вот вопрос, а зачем оно нам нужно, если наши люди не умеют им пользоваться? К другому ведь привыкли? И я не уверен, что захотят вооружиться подобным образом. Вот прикупить полсотни щитов, — это правильная мысль, с этим спорить глупо. А огнестрел на Хвалынском море — это баловство.
— Святозар, не ты ли говорил, когда мы побили десяток ногаев, что следует подумать и тоже озаботиться приобретением огнестрела?
— Говорил, но для поля, а тут море, вода. Отсыреет зелье, и что тогда делать с твоими пистолетами? Опять же, не умеют казаки с ними обращаться.
В общем, упёрся Святозар на своём, не сдвинешь. Зато меня целиком и полностью поддержал Степан, который долго слушал наш разговор, а потом выдал:
— Семен правильно говорит, сотня выстрелов дробом перед схваткой даст большое преимущество. А научить казаков стрелять — дело не хитрое, быстро привыкнут.
