Подходит к моему столику и садится напротив, сняв перчатки и платок. Холодные, пронзительные глаза изучают меня быстро, оценивающе.

– У вас пять минут, – говорит она без всяких предисловий, ее голос тихий, ровный. – Начинайте. Удивите меня.

– Благодарю за уделенное время, княжна, – киваю я. – Речь пойдет о системе, которую я обнаружил, изучая дела об исчезновениях людей.

Ее лицо не дрогнуло ни единым мускулом, но между бровей легла легкая, почти невидимая складочка.

– Продолжайте. – Ее взгляд становится еще холоднее, если это вообще возможно.

– Я выявил определенную закономерность. Уже годы кто-то ведет охоту – на обычных людей, плебеев, проявляющих необъяснимые качества. Люди исчезают, в их делах появляются странные пометки, меняются даты смерти. И при анализе этих случаев постоянно всплывают связи с домом Морозовых.

Я делаю паузу, давая ей осознать масштаб.

– Первое, что приходит в голову – поддержание существующего порядка. Магия – удел топовых родов, элиты, иногда – плебеев, но природа магии вполне понятна и предсказуема. Здесь – нечто иное. Резистентность к ментальному воздействию. Или, скажем, способность чувствовать и использовать скрытые социальные связи. – Я чуть заметно делаю ударение на последнем. – Неизученные формы влияния. Но если бы Морозовы просто устраняли угрозу – зачем такая сложность? Зачем скрывать, подделывать документы, создавать целую систему? В архивах я находил следы – повторяющиеся паттерны в делах, странные совпадения.

Я смотрю на нее прямо, вкладывая в слова всю возможную убедительность.

– Я к тому, что если Морозовы годами ведут масштабную, тщательно скрытую операцию? Без ведома вас и других родов. Похищают или валят граждан Империи. Готовый политический скандал. Нужно лишь получить больше доказательств, и вы можете публично обвинить их, подрывая позиции в Совете. Или использовать информацию тихо, чтобы выторговать уступки.

– Ваш источник? – В ее глазах вспыхивает опасный огонек, а голос становится тише.

– Архив, – отвечаю невозмутимо. – Ваши люди наверняка отмечали отдельные случаи. Но видели в этом фоновый шум. А я сложил разрозненные факты в схему.

Я смотрю на нее и вижу, что нужны еще аргументы.

– Я – не теоретик. Я – доказательство. Первый, кто вырвался из их сети живым и сохранил способность говорить. Я видел их агентуру, их методы. Они уже пытались меня устранить. Значит, я опасен для них. А все, что опасно для Морозовых, – потенциально полезно для Волковых.

Она молчит и медленно барабанит пальцами по столешнице. Маникюр, кстати, насколько я могу его оценить, тупо шикарен.

– Допустим, это правда, – наконец говорит она. – Почему я должна тебе верить?

– Мне нужен покровитель. Я предлагаю себя в качестве инструмента, который может незаметно собрать доказательства, найти слабые места в этой системе. Проверьте меня. Дам вам одно имя из тех дел. Сергей Воронов. Мастер по ремонту аппаратуры. Умер при странных обстоятельствах в октябре две тысячи пятого. Дата смерти в отчете изменена. Начните с него. И если я не вру, у вас появится уникальный специалист по решению щекотливых проблем.

Она не отвечает, рассматривает меня. Я демонстрирую спокойствие – на, смотри, не возражаю. Пусть видит тощего парня в потрепанной куртке, но чувствует нечто большее.

– Переплавка… – произносит она задумчиво. – Ты говоришь обрывками, Серпов, но бьешь близко к цели. Та система, которую ты описал… И то, что ты смог выйти на нее, имея лишь кучку мусора из архива… это интересно. Хорошо. Я проверю дело Воронова. Если информация подтвердится… мы продолжим этот разговор.

– Конечно, – киваю я.

Она встает, вся такая плавная, но уверенная. Накидывает платок на голову.

– Жди моего звонка.

Уходит, не оглянувшись, оставив после себя лишь легкий шлейф дорогих духов.

Допиваю остывший кофе, кстати, за триста его здесь брал. Теперь все зависит от того, что она найдет. И от того, захочет ли она видеть во мне инструмент или же вовсе по каким-нибудь своим княжьим причинам предпочтет меня устранить.

Черт, а номер телефона спросить забыл. Опять сидеть у смартфона, как школьник у окна, в ожидании, когда принцесса соизволит написать? Великий маг, блин. В следующий раз буду умнее – сначала контакты выбиваю, потом государственные тайны вбрасываю.

Но что сделано, то сделано. Буду ждать.

Оплачиваю счет, при мне остается три четыреста, и выхожу на улицу. Вечерний воздух прохладен и свеж. Включаю «Чтение связей» на полную мощность, сканирую окружение. Ничего подозрительного.

Иду домой, не тороплюсь, обдумывая все моменты этой встречи. Она знала о «Переплавке», но не ожидала, что об этом знаю я. Даже не пойму пока, хорошо это или плохо.

На полпути к дому замечаю нечто странное краем глаза. По другой стороне улицы, в одном темпе со мной, движется человек. Высокий, дорого одетый, с изящной тростью из темного дерева. И хотя между нами поток машин, я чувствую, как от него исходит ровная, уверенная серая нить – чистая уверенность в себе и своем статусе. Аристократ. И его нить тянется через дорогу, прямо ко мне.

Он резко меняет траекторию, переходит улицу и легко догоняет меня.

– Артем Серпов? – его голос низкий, бархатный, но в нем слышны стальные нотки.

Я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему. Его лицо – маска учтивости, но глаза холодные, оценивающие.

– Я вас не знаю, – говорю я нейтрально.

– Но я знаю вас, – улыбается он. Улыбка едва не дотягивается до глаз. – Меня зовут Глеб Орлов. Я представляю интересы дома Морозовых.

Опаньки! Какая прелесть. Морозовы. Уже здесь. Значит, моя встреча с Волковой не осталась незамеченной. Они следят либо за мной, либо за ней. Возможно, за обоими.

– Чем могу быть полезен? – спрашиваю я.

– Мы слышали, что вы проявили… определенный интерес к логистическим операциям нашего дома, – говорит он, играя тростью. – Операциям, о которых не следует говорить на улице. Наш дом всегда заинтересован в талантливых людях, которые умеют хранить секреты. Даже если они не самого знатного происхождения.

– Я всего лишь курьер, – пожимаю я плечами, делая вид, что не понимаю намека.

– Скромность – достоинство, но не тогда, когда она неуместна, – его голос теряет бархатистость, в нем появляются острые нотки. – Мы предлагаем вам сотрудничество. Более выгодное, чем то, что могут предложить Волковы. Они используют вас и выбросят, это факт.

– Я вообще не в теме, – отвечаю я, сохраняя нейтралитет.

– Не играйте в глупые игры, – он делает шаг вперед, и его уверенность буквально давит на меня. – Мы знаем о вашей встрече. Знаем, что вы что-то ищете в архивах. Наш дом может предоставить вам защиту и возможности, о которых вы не смеете мечтать. Или… – он делает паузу, – лишить вас всего. Всего это значит всего, надеюсь на понимание. Выбор за вами.

Я смотрю на него – концовочка прям в моем стиле.

– Я ценю ваше предложение, – говорю я ровно. – Но пока я не ищу вообще никакого работодателя. Если что-то изменится – я дам знать.

Он морщится. Серая нить его уверенности на мгновение вспыхивает алым – ярость, быстро подавленная железной волей.

– Вы совершаете ошибку, мальчик. С такими, как Волковы, далеко не уедешь. Они сожрут вас без остатка.

– Возможно, – соглашаюсь я. – Я это учту.

Он смотрит на меня еще несколько секунд, затем резко разворачивается и уходит, его трость громко стучит по брусчатке.

Вот так вот. Началось. Морозовы вышли на меня напрямую.

Возвращаюсь домой, снова окольными путями, раза в два дольше, но так надежнее. Нужно укреплять защиту. И не только магическую. Орлов не случайно появился именно сейчас. Значит, за мной установили слежку, причем достаточно профессиональную, чтобы я не сразу ее заметил.

В своей каморке провожу тщательный осмотр. Ищу подслушивающие устройства, следы взлома, любые признаки присутствия посторонних. Ничего не нахожу, но расслабляться рано.